Алмаз Элизабет - Ирина Евтушенко

– Что же в этом плохого? – ответил с недоумением на лице Дилан и ещё сильнее сжал губы.

В комнате повисла напряжённость, Боб молчал и казалось, что подбирает нужные слова.

– Плохо, что это долетит, или уже долетело до ушей копов. Этим ребятам только и подавай таких как ты, чтобы прицепить себе на грудь новую медальку или получить повышение.

Дилан допил сок и поставил стакан на край кресла. Он был невозмутим, чем ещё больше разжигал гнев Боба. Такая самоуверенность не могла не внушать опасений.

– Я здесь задерживаться не собираюсь. Как только мы получим деньги, я сразу смотаюсь и никто не узнает куда. Даже ты Боб.

Он усмехнулся и в глазах у него сверкнул огонёк ненависти.

– Кстати, может просветите меня, что за дело? Или будем дальше выяснять отношения и заниматься болтовнёй? После того, как мы всё сделаем, я вас не знаю, вы меня. Я работаю с людьми один раз. Больше не вижу смысла.

– Это ещё почему? – удивился Боб и искоса глянул на Скота стоявшего возле холодильника.

Тот дёрнул плечом и почесал небритые щёки.

– Разве тебе не нужны деньги?

Боб заёрзал на кресле и сказал Скоту: «Дай, чего ни будь перекусить. Терпеть не могу, когда идут одни разговоры, а желудок при этом пуст».

– Дело не в деньгах. Здесь другое, я могу отвечать за себя, больше ни за кого. Большие бабки кружат людям голову. У них едет крыша, и они совершают глупости. И тогда попадают на крючок полиции. Меня не греет такая перспектива. Я редко встречал Робин Гудов, которые выдерживают допросы и не идут на сделку с судьёй или прокурором. Человеческая натура прогнила с Рождества Христова. С того момента, когда Иуда предал Христа за тридцать сребреников. И чтобы мне не обещали, на второе дело я не ходок.

– Что ж, в логике тебе Дилан не откажешь. Не буду пытаться переубедить тебя и навязать свою точку зрения. Но прежде чем мы приступим к нашему делу, я бы хотел тебя проверить.

Боб прищурился и вырывая из рук Скота кусок жареной свинины, откусил большой кусок и принялся жевать.

– О чём ты не пойму?

Дилан посмотрел на Скота, но тот пожал плечами, давая понять, что не знает, что задумал Боб.

– Я и Скот тоже хотим подвязать, и уйти на заслуженный покой. Всё время могут бегать в поисках добычи по саванне – шакалы и гиены. Куш мы собираемся сорвать приличный и прежде чем заняться разработкой нашего плана, я бы хотел, чтобы ты показал себя. Мастерство, как и талант не пропьёшь, и ты должен доказать, что действительно стоишь половины куша. Но об этом мы поговорим позже, пока я хочу спросить тебя, ты согласен? Или нам искать другого напарника.

– Слушай толстый, не пудри мне мозги. Или давай на чистоту, или я отчаливаю.

– Не называй меня толстым, – истерически заверещал Боб.

Его лицо покрылось красными пятнами.

Моментально улетучился прежний Боб – ласковый и внимательный. Теперь Скот узнавал своего друга, и понимал, что Дилан не устоит перед напором Боба.

– Извини, сорвалось случайно с языка…

Дилан понял, что сказал лишнее и сидел помалкивал. «В конце концов эти ребята предлагают кусок хлеба», – думал он и уже абсолютно другими глазами смотрел на Боба.

– Давай с тобой договоримся, больше ты не будешь меня обзывать. Ни толстым, ни свиньёй, ни ещё Бог знает, как, – выпалил Боб на одном дыхании. Как будто эту словесную тираду он знал всю свою непутёвую жизнь. Хотя вполне возможно, что так оно и было. Непонятно к чему бы привели их словесные перепалки, если бы не появилась Нэнси. Вот как раз здесь и началось всё самое интересное.