Проект собственной смерти - Алексей Макеев

Он спустился на один этаж, заглянул сквозь стекло двери, пытаясь рассмотреть, что за ней находится. Как он и предполагал, дверь выходила на лестничную клетку. Лев бросил взгляд на четыре двери с номерами квартир и снова поднялся к Крячко.

— Действительно, стандартный вариант, — подтвердил он собственную догадку.

— Удивительно, как его могли проглядеть? Безглазые, что ли, на вызов приезжали? — возмутился Стас.

— Не бузи! Видел же, кого сюда прислали. Мальчишка совсем.

— Это-то и удивительно. Неужели в районном отделе никого поопытнее найти не смогли? Ведь не бомжа, в конце концов, убили. Известный архитектор, престижный район — и наш молокосос. Тебе это не кажется странным? — стоял на своем Крячко. — Или у местного начальства в голове опилки?

— Пойдем обратно, Володя уже наверняка закончил осмотр, — пропуская мимо ушей его слова, предложил Гуров.

Они поднялись по лестнице, прошли по крыше и спустились в тамбур, где их поджидали следователь Егоров и криминалист Володя.

— Ну, что тут у вас? — задал вопрос Крячко, спустившийся первым.

— Лестница, ведущая вниз, так же безупречна, что и та, что ведет на крышу. Никаких следов пребывания людей, — отчитался криминалист. — Выход ведет…

— Мы уже знаем, куда ведет выход, — оборвал его Стас. — Раз вы ничего не смогли обнаружить, помощь ваша больше не требуется. Дальше мы сами.

— Как скажете, — отозвался криминалист. — Поеду в отдел, там с ДТП столько материала, на сутки работы хватит.

Он побросал инструменты в чемоданчик, в знак прощания коротко кивнул присутствующим и скрылся в квартире. Следом за ним пошли и Гуров с Крячко. Егоров немного задержался — ему лично хотелось увидеть то, что видели Гуров и Крячко. Но самовольничать он не решился и, вздохнув, последовал за старшими товарищами. А в гостиной штейновской квартиры уже шло обсуждение.

— Подытожим, что удалось узнать, — произнес Лев, стоя в центре комнаты, прямо возле мелового силуэта, оставшегося после первого осмотра.

Крячко уселся в удобное кожаное кресло, закинув ногу на ногу, и лениво переводил взгляд с одного предмета интерьера на другой.

— Итак, господин Штейн вернулся домой около полуночи. Судя по тому, что следов борьбы не видно, никто на него не нападал. Лечь в постель он не успел, о чем свидетельствует полная экипировка, в которой он был обнаружен. Криков и шума борьбы соседи не слышали, так? — Этот вопрос Гуров адресовал Егорову. Тот согласно кивнул, и он продолжил: — Тогда как убийце удалось незаметно подобраться к Штейну? Почему он не сопротивлялся?

— Возможно, убийца был ему знаком, — предположил Крячко.

— Допустим. Но тогда зачем убийце понадобилось прибивать свою жертву к полу и обставлять все под ритуальное преступление? Или у Штейна в рядах сатанистов тоже знакомцы имеются?

— Удар! — подал голос Егоров.

Полковники разом посмотрели на него. Он смутился, но пояснил:

— У погибшего в затылочной части черепа обширная гематома. Нанесена тупым предметом, предположительно, металлическим. Убийца подкрался к нему сзади и нанес первый удар. Штейн потерял сознание. Остальное убийца доделывал, пока Штейн был без сознания. Помните, в отчете сказано, что жертву душили спереди?

— Логично, — чуть удивленно протянул Крячко. — Штейн вернулся домой и занялся привычными делами. Возможно, прошел в кухню, чтобы налить себе стаканчик прохладительного. Убийца подкрался сзади, оглушил жертву, перетащил его в гостиную, накинул удавку и задушил. После чего прибил его одежду к полу, выколол глаза, а для пущей важности наклеил на лоб бумажку с пиктограммой.

— Но зачем? — задал вопрос Гуров. — Для чего такие сложности? А главное, ради чего? Что убийце нужно было в квартире архитектора?

— Почему ты решил, что ему что-то было нужно? — пожал плечами Крячко. — Возможно, его единственной целью было убийство. А в сатанистов играл либо из интереса, либо с целью замести следы, чтобы на него не подумали.

— Это в том случае, если он не является сатанистом, — снова подал голос Егоров. — Психически неуравновешенный человек вполне мог выбрать жертву произвольно и поглумиться над трупом.

— Не годится, — возразил Гуров. — Для простого психа все слишком сложно. Если бы речь шла о психе, ему не нужно было забираться в дом к выбранной жертве, скорее он вывез бы тело в лес или в какое-то другое безлюдное место. Чтобы гарантированно не помешали. А тут такие сложности. Дом под охраной. Соседи кругом. В любой момент к Штейну мог кто-то прийти.

— В первом часу ночи? — скептически проговорил Крячко.

— Почему бы и нет? Штейн относится к городскому бомонду, а эта братия привычна принимать посетителей и в более позднее время. Данный тип людей ведет ночной образ жизни, не забывай об этом. И еще один факт: сатанисты, они на то и сатанисты, чтобы производить свои пакостные дела над живыми людьми. Жертвоприношения, прочая гадость. А тут все не так. Даже убили его в бессознательном состоянии. Нет, я за версию, что простое убийство замаскировали под ритуальное.

— Не думаю, что генерал позволит тебе отбросить данную версию, — проговорил Крячко. — Журналюги такой хай поднимут, небесам тошно станет. Это ж сенсация на многие недели. Нет, подобной добыче они не дадут так легко сорваться с крючка.

— Журналисты меня волнуют меньше всего, — отмахнулся Лев. — В данный момент меня беспокоит то, что в доме не обнаружено ничего, что могло бы охарактеризовать хозяина как личность. Как такое вообще возможно? Мужику под полтинник, а у него даже личных фотографий в доме нет. Тебя это не смущает, Стас?

— Мало, что ли, на свете чудиков? — ответил тот. — Не любил человек сантименты, и что с того?

— Тем не менее у каждого нормального человека за жизнь накапливаются предметы, которым он придает особое значение, — настаивал Гуров. — Пусть не фотографии, но что-то же должно было его волновать? Скажите, кто осматривал квартиру на предмет пропавших вещей?

Он повернулся к Егорову, ожидая ответа. Тот замялся, потом, выудив из памяти нужную информацию, радостно сообщил:

— Секретарша. Его личный секретарь, Светлана. Она осматривала квартиру и заявила, что все на месте.

— Интересно, как часто она тут бывала до смерти Штейна? — полюбопытствовал Крячко. — Они что, состояли в интимной связи?

— Нет, этого она не говорила, — смутился Егоров.

— Тогда как она может знать наверняка, все ли предметы на месте? Или он ей опись личного имущества произвести поручал? — усмехнулся Стас.

— Не могу знать, — вытягиваясь по стойке «смирно» под строгим взглядом полковника, отчеканил Егоров.

— Да что вы тут вообще делали все это время? — загромыхал басами Крячко. — Все дело похерили. Вы хоть в общих чертах с правилами осмотра места преступления знакомы?

— Остынь, Стас, сейчас не до этого! И так понятно, что в этом деле масса недоработок, потому нас с тобой и вызвали, — остановил его Гуров и уже более мягким тоном обратился к Егорову: — Кто обычно наводил порядок в доме Штейна, вам известно? Был ведь у него на этот случай кто-то? Не сам же он квартиру драил?