Сервиз для безумного чаепития - Дарья Калинина

Появлению мужа Анны Геннадьевны предшествовал визит Виктора Семеновича. Он также был бледен и дрожал.

– Нешуточное дело, – произнес он, как бы в свое оправдание. – За несоблюдение условий хранения единиц оружия мне прямой срок светит! Уголовный!

Бросившись к Анне Геннадьевне, он свистящим шепотом произнес:

– Представляете, Петр Кузьмин тоже исчез! Нигде не могут его найти! На работе он сегодня не появлялся. Татьяна – жена его – ищет своего мужа со вчерашнего дня. С работы домой он не возвращался. Нету его! Исчез! Похоже, убийство совершил он!

– Кузьмин – это же ваш родственник?

– Свояк! Брат жены! Представляете, как мы с вами выглядим в глазах следователя?

– Не понимаю.

– Ну как же… Мой родственник убил вашего родственника. А приняли их обоих на работу мы с вами! Как вы думаете, что следователь скажет на все это?

Следователь не заставил себя долго ждать. Он появился почти одновременно с высокого роста крупным господином, одетым в деловой костюм. Умелый, а потому явно дорогой портной скрыл излишнюю тучность фигуры мужчины. Но несмотря на ладно сидящую одежду и мягкую лакированную обувь, Саше этот тип не понравился. Было в его лице что-то надменное и желчное. Не иначе как с ним Саше и довелось пообщаться давеча. А та легкость, с какой Анна Геннадьевна в очередной раз сменила окраску, окончательно убедила Сашу в том, что явившийся господин является тем самым грозным супругом.

– Александр! – простонала Анна Геннадьевна, протягивая руку своему мужу. – Я совсем без сил! Подойди ко мне!

Муж склонился над ней, но о чем они говорили, не было слышно никому, кроме этих двоих. Чтобы заполнить паузу, Саша внимательно рассмотрел супругов. Очень странно. Оба одеты стильно и, прямо сказать, даже дорого. А между тем одежда убитого Игоря была хоть и новой, и чистой, но самой обычной. И кроссовки его не имели никакого отношения ни к одному из мировых брендов, как говорится, и рядом не валялись.

Саша невольно отметил для себя этот факт, еще не зная, как сможет в дальнейшем его использовать. Анна Геннадьевна продолжала шептать что-то своему мужу, вот только откровенному разговору мужа с женой помешал все тот же следователь. Узнав, что он видит перед собой родителей погибшего юноши, следователь увел обоих с собой в соседнее помещение, где никто не мог помешать их разговору. У Саши мелькнула мысль, а не подслушать ли ему немножко, но останавливало незнание местности и стыд, если его застукают за таким занятием.

Зато Саша мог всласть наслушаться домыслов и слухов, которые потоком хлынули из сотрудниц, стоило начальнице скрыться за дверью.

– А сынок-то нашей Анны Геннадьевны и впрямь того был, – произнесла одна из женщин, покрутив пальцем у виска. – Неудивительно, что он так кончил.

Тетка эта Саше совсем не нравилась. Была она тощая, с длинным носом, который так и норовила сунуть в каждую щель. Глаза у этой особы были холодные и какие-то блеклые, словно она слишком часто смотрела ими туда, куда смотреть было совсем не надо, и они у нее выцвели. Как только она сказала про покойного в таком тоне, Саше сразу стало ясно, что она противная не только на лицо, но и внутренний облик у нее соответствует наружности.

И все же слова ее Сашу заинтересовали, и он спросил:

– Как это вас понимать?

– Правду говорю! Сызмальства с головой-то Игорь не слишком дружил. Я это хорошо знаю. Мой Темочка с ним в одном классе учился. Вот, покажу сейчас его фотографию.

И женщина показала фотографию парня с удивительно жирной и наглой харей. Иначе Саша охарактеризовать эту похожую на дыню физиономию никак не мог.

– Правда, красавец? – с гордостью поинтересовалась женщина. – В отца пошел.