Опасная невеста - Наталья Солнцева

– Я думала, таких вещей не существует… – Она повернулась к Ларисе и добавила: – Вы правильно сказали… насчет женатого мужчины. Он безумно меня любил, но я не хотела разбивать его семью. – Варя дрожащей рукой поднесла стакан к губам и отпила. – Простите… у меня комок в горле…

– Вы сказали, «любил», – вмешался Ренат. – Значит, вы расстались? Он вас бросил?

– Мы не успели сойтись, поэтому он не мог меня бросить. Жена шантажировала его детьми, у них общее имущество, бизнес…

– И он пошел на попятную? Отступился от вас?

Лариса делала Ренату знаки остановиться, но он был ослеплен Варей и не обращал ни на что внимания.

– Вы неправильно поняли, – возразила она. – Это известный в нашем городе человек, коммерсант и меценат, Николай Краснов. У него сеть магазинов и прочий бизнес. Он богат, но я полюбила его не за деньги.

– Все так говорят, – заметила Лариса.

Варя, погруженная в свое горе, проигнорировала ее выпад. Ренат взял планшет, набрал в поисковике названные имя и фамилию и присвистнул:

– Николай Краснов… Погиб? Вчера? При невыясненных обстоятельствах?

– Когда я узнала, сразу села в поезд и к вам…

Санкт-Петербург

– Перестань убиваться! – сердился господин Перевалов, жалея дочь. – На этом жизнь не кончается. Ты еще молода, красива и обеспечена. У тебя все впереди!.. Дела твоего покойного мужа я возьму на себя. Ты, как и прежде, ни в чем не будешь нуждаться.

Он хотел сказать, что организует похороны по высшему разряду, но осекся, глядя на безутешную Мадлену.

– Детям пока ничего не говори, – приказал он. – Пусть думают, что их отец в длительной командировке.

– Ты что, пап? В нашем кругу только об этом и болтают…

– Я немедленно отправлю детей на дачу, – решил Перевалов. – Бабушка за ними присмотрит. Там свежий воздух, грибы, ягоды, рыбалка. И обслуга, как положено.

– Смерть Коли обсуждают все кому не лень. Дети пользуются Интернетом, между прочим… а там любят смаковать подробности чужой трагедии. Каждому рот не заткнешь. Сети гудят, пресса лютует.

– Ну, я что-нибудь придумаю, – пообещал отец.

Мадлена за сутки похудела на пару килограммов, а черное платье еще сильнее подчеркивало ее худобу.

– Мне не нравился твой благоверный… Но ты была влюблена по уши! Я предчувствовал, что ваш брак не приведет к хорошему.

– Это уже не имеет значения, пап.

– Почему твой муж оказался в гостиничном номере на окраине города? Вы поссорились?

– Мы немного повздорили, – призналась Мадлена. – Но я была уверена, что все образуется. У Коли взрывной характер…

У нее язык не поворачивался назвать покойного супруга Ником, как в обиходе. Смерть наложила вето на это милое прозвище. Как и на многое другое.

– Ты что-то скрываешь от меня? – нахмурился отец.

– Нет…

– Не лги! Это не шутки, дочь. С чего вдруг твой муж пустил себе пулю в висок? Долгов у него не было, на здоровье он не жаловался, бизнес шел в гору. Может, его убили?.. Следователь отвергает предположение, что суицид был инсценирован, но я настоял на повторной экспертизе. Не хватало, чтобы у моих внуков был папаша-самоубийца! Пятно на весь род!

– Если бы я знала! – захлебывалась рыданиями молодая вдова. – Я бы не отпустила его из дому!

– К батарее бы приковала? Взрослого мужика на цепь не посадишь. Да еще такого, как твой Краснов. Что между вами произошло? – допытывался Перевалов. – Я же чувствую, что ты о чем-то умалчиваешь. Мне доложили, что недавно вы с Красновым ругались в японском ресторане.

– Мы не ругались…

– Это подтвердили повар и официантка, которая вас обслуживала.

– Мы просто выясняли отношения, как бывало не раз…

– Зачем же тогда Краснов нанял двух адвокатов по гражданским делам?

Мадлена была близка к нервному припадку, она задыхалась, руки дрожали. Перевалов резко ударил ее по щеке, чтобы остановить истерику.

– Я не из любопытства спрашиваю, – процедил он. – Мне плевать на ваши семейные дрязги. Но мои внуки не должны страдать! Это наследники капитала, который я сколотил. Я хочу быть уверен, что ты зачала детей от здорового человека, а не от психа.

Мадлена была достойной дочерью своего отца. Пощечина привела ее в чувство, и она пошла в атаку.

– Ты сразу невзлюбил Колю… За что? Может, это ты… заказал его?

Перевалов побагровел и стукнул кулаком по подлокотнику дивана, на котором сидел. Повсюду, даже в гостиной у дочери он ощущал себя хозяином положения. Как она смеет обвинять его?

– Я щадил тебя, – злобно прищурившись, молвил он. – Только ты этого не стоишь. Твои слова оскорбительны. Я бы не стал марать руки, детка! А насчет адвокатов я и без тебя все выяснил. Краснов собирался затеять бракоразводный процесс.

– Он передумал!

– Адвокаты заявляют обратное.

– Он просто не успел поставить их в известность…

– Ну да. Смерть помешала.

– Что ты имеешь в виду? – опешила Мадлена. – Ты… меня подозреваешь?

– Почему бы нет? Моя дочь вполне способна поступить решительно, если обстоятельства вынуждают. Не пугайся, дорогая. Я на твоей стороне. Но я должен знать правду! Скажи мне ее, и я дам ищейкам отбой.

– Правда ужасна… это слишком больно…

– У нас, Переваловых, крепкая закалка. Я готов тебя выслушать, что бы ты ни сказала. Если ты причастна к смерти мужа, я тебя пойму и помогу выпутаться. Впрочем, версия самоубийства вполне устраивает стражей порядка. Только не меня!

– Я Колю не заказывала, – заплакала Мадлена. – Как ты мог подумать?

– Подозревать друг друга – нормальная вещь.

– У него была любовница…

Перевалову уже доложили о похождениях зятя, он просто проверял, известно ли это Мадлене.

– Я не сомневался, что Краснов будет тебе изменять. Ты не оправдала моих надежд, выбрала себе в мужья слабовольного придурка. И вот результат…

«К прежнему возврата нет! – думала Мадлена, отчего-то вспоминая свое детство. – Никогда мне не испытать той безмятежности и восторга, которые давал родительский дом. Теперь все изменилось. Я сама – мать, и, что самое прискорбное, – вдова. Муж предпочел мне другую, и этого уже не исправишь, не вычеркнешь из книги судьбы».

– Коля хотел уйти от меня, но не смог. Он понял, что любит детей и не может причинить им боль. Ради них он решил остаться в семье.

– Его нашли мертвым в гостинице, – сказал Перевалов. – Как ты это объяснишь?

– Он хотел побыть один… Папа! Поклянись, что ты невиновен в его гибели! Умоляю!