ДНК неземной любви - Татьяна Степанова

Двое сотрудников милиции местного ОВД (наряд наблюдения, оставленный у монастыря по просьбе коллег из Москвы), скучавшие в старенькой служебной «Ниве», сначала решили, что это приехали на ночь глядя сами москвичи-муровцы. А потом увидели номера – федеральные, судебного ведомства. Машина была явно служебная – «Мерседес», в салоне шофер и еще кто-то второй – на заднем сиденье.

Водитель снова посигналил и облокотился на руль. В свете фонаря он был отлично виден – все чин чином, в белой рубашке, при галстуке. Лишь по третьему нетерпеливому сигналу заскрипела монастырская калитка, и к машине подошла монахиня.

– Добрый вечер? Вам кого?

– Добрый вечер, это машина начальника управления судебного департамента Глеба Сергеевича Белоусова, его жена находится в вашей больнице...

– Простите, но час уже поздний, монастырь закрыт.

– Это вы нас извините великодушно, – голос водителя звучал вежливо, однако настойчиво. – Но мы так долго до вас добирались, такие пробки на дорогах, у меня письмо от моего шефа к вашей настоятельнице, до вас ведь не очень-то дозвонишься сюда в монастырь. И деньги... пожертвование монастырю. Мне поручено лично передать их настоятельнице.

– Хорошо, я скажу, матушка вас, конечно, примет, но придется немного подождать, сейчас все в церкви, на службе. А это кто с вами? – монахиня с любопытством заглянула в салон.

– Это врач-кардиолог из центра Бакулева, в письме все написано. Глеб Сергеевич Белоусов хочет, чтобы она осмотрела его жену и проконсультировала лечащего врача больной.

– Хорошо, хорошо, я передам и сестре Софье тоже, подождите, пожалуйста.

«Мерседес» остался у монастырских ворот. А пост наблюдения срочно связался с ОВД – так и так, каковы дальнейшие инструкции?

– Номера судебного департамента, говорите? Так мы права не имеем ни задерживать, ни досматривать, – ответил дежурный по ОВД. – Кто в машине?

– Водитель и женщина... врач-консультант из Москвы.

– Не имеем права задерживать, пропустите и продолжайте наблюдение, – повторил дежурный. – А начальнику отдела я сейчас доложу.

Казалось, они поступают правильно, но на чем это было основано? Катя мучилась этим вопросом всю дорогу, пока они ехали... мчались... кавалькада милицейских машин с синими мигалками и воющей сиреной. Такой кортеж лучше всего наблюдать со стороны, с обочины, а когда находишься в эпицентре...

То, что это дело завершится не в Москве на бульваре, а в монастыре... это же просто еще одна версия. Догадка... И никто не давал никакой гарантии.

Кто вообще может дать какие-то гарантии по таким делам?

Когда уже проехали больше половины пути, ДПС сообщили по рации об экскурсионном автобусе турфирмы «Славянские древности». Экскурсанты давно уже покинули лавру и направлялись из Сергиева Посада в Переславль-Залесский, где для них в гостинице были забронированы номера. ДПС во избежание обострения ситуации досматривать автобус на маршруте медлила. Одно точно знали – в четыре часа в местном ресторане, где обедали экскурсанты, все заказанные заранее места были заняты. До этого по запросу турфирмы экскурсовод подтвердил, что все туристы, купившие путевки, «присутствуют на борту».

Однако разница во времени и в пути оставалась по-прежнему внушительной. Сто тридцать шесть километров по свободной дороге – это одно, а по загруженной до предела Ярославке – совсем, совсем другое.

– Боюсь, что опоздаем, – Лиля на заднем сиденье курила в окно.

К чему?

Но что толку было спрашивать?

Звонок!

– Да, я... Что? – Лиля обернулась к Кате. – Только что сообщили: примерно три часа назад угнали машину Белоусова в районе Волжского бульвара. Водителя по голове ударили, сейчас он в больнице. Его на улице прохожие нашли без сознания.

Синие сумерки за окном, темные леса...

Говорят, что из всех на свете дорог главная только одна.

Какая дорога?

– Добрый вечер, МУР беспокоит, ну что там в гостинице? Прибыл автобус? – Лиля... капитан Белоручка названивала по мобильному в Переславль начальнику ОВД. – Ага, они уже приехали? Экскурсия? Так... У стойки регистрации... Я не отключаюсь, жду...

Сумерки, сумерки за окном, темные, темные леса...

Мимо, мимо, мимо...

С какой скоростью мы сейчас едем?

– Да я, слушаю... Тумак нет? Ключ от номера на стойке регистрации она не получила?

– Что там у них? – не выдержала Катя.

– Автобус приехал к гостинице, это в центре города. Пока высаживались, выгружали вещи... На стойке регистрации вместе с портье наши проверяли паспорта. Ключ от одного номера так и не был получен, а паспорт на имя Марины Тумак не предъявлен. Она приехала туда, в город, а в гостиницу не пошла. А в Москве угнали машину Белоусова. Ты понимаешь, что это означает?

– Все, практически уже подъезжаем, – ободрил водитель. – Только бы железнодорожный переезд быстро проскочить.

Не проскочили быстро.

Шлагбаум. Красный свет. Грохочущий товарняк...

Заработала рация.

– Дежурный по городу сообщает, доложили с поста наблюдения у монастыря: в ворота въехал черный «Мерседес» – номера федеральные, судебного департамента, в машине водитель и пассажир.

Тяжелый товарняк, груженный углем и лесом, внезапно кончился, пролетел мимо. Сразу стало очень тихо. Катя увидела огни – городок Переславль опять встречал их, загадывая загадки.

– К Николькому монастырю, – скомандовала Лиля.

Всем постам! К монастырю!

«Мерседес» с номерами судебного департамента медленно въехал во двор монастыря – недолгое ожидание окончилось.

В церкви пел хор.

К машине со стороны монастырской больницы подошла сестра Софья.

– Пойдемте со мной, матушка настоятельница вас примет.

Сестра Софья на водителя внимания практически не обратила, больше ее, как врача, заинтересовала коллега-кардиолог. Надо же, какая честь, из самого Бакулевского центра... приехала на консультацию, видно, заплатили хорошо. Молодая, слишком уж молодая, чтобы быть профессоршей.

Настоятельница ждала их у себя.

– Добрый вечер, – поздоровалась она степенно и приветливо. – Мне сказали, что вы из Москвы и хотели меня видеть, у вас ко мне поручение и пожертвование монастырю от...

– Где она? – спросил водитель.

Настоятельница удивленно глянула на него.

– Вы сказали, что у вас ко мне письмо...

– Где она? В какой палате?

– Она... сестра Галина сейчас в церкви, мы отвезли ее туда в кресле, она хотела присутствовать на службе, это для ее же пользы...

– В церкви? Ах вот даже как. Это еще лучше, словно по заказу. Отведите нас к ней.