Любовь и ежики - Дарья Калинина

– Вы ведь дядя Галины? – наудачу спросила у седовласого мужчины Мариша.

Но, как всегда, ей повезло.

– Как вы узнали? – поразился мужчина, не отрицая своего родства с бывшей женой Павла.

– Фамильное сходство, – соврала Мариша, которая понятия не имела, как выглядела при жизни Галина. – Вы с Галиной просто очень, очень похожи.

– Да, я ее дядя по отцовской линии, – признался мужчина. – Думаю, что милиция быстро разберется, кто здесь кто. Так что тайны из своего имени я делать не собираюсь. Позвольте представиться – Владимир Иванович Орехов.

Девушки, в свою очередь, тоже представились.

– А что случилось с вашим братом? – спросила Мариша. – Почему он сам не смог приехать? Он снова заболел?

– Вы сами ответили на свой вопрос, – грустно кивнул Владимир Иванович. – После смерти племянницы брат стал сдавать. Только вот это письмо поддержало его силы. Он позвонил мне и буквально умолял поехать с ним. Я человек одинокий, мне отпрашиваться не у кого. Детей у меня нет, Галина была нашим общим ребенком. Мы все так ее любили! Я и подумал, что обязан съездить с братом. Но увы, по дороге выяснилось, что дух моего брата все-таки сильней, чем его плоть. И вместо заказника мне пришлось отвезти брата в больницу.

– И?.. Простите, он жив?

Владимир Иванович грустно улыбнулся.

– Врачи сказали, что ему осталось жить не больше месяца. Сердце очень изношено. Тахикардия и стенокардия просто чудовищные. Сосуды у моего брата тоже в ужасающем состоянии. Врачи просто удивлялись, как он до сих пор живет. Разумеется, брат знал о состоянии своего здоровья. Он позвал меня к себе в палату и заставил поклясться, что я отомщу этому мерзавцу, как он называл Павла, за Галину.

– И вы согласились? – затаив дыхание, спросила у него Инна.

– На такие вопросы я вам не отвечу, – сказал Владимир Иванович.

– И не надо, – поспешно сказала Мариша. – Вполне достаточно того, что вы здесь. А раз вы тут, значит, собирались выполнить последнюю просьбу вашего брата.

– Все это письмо! – с досадой воскликнул Владимир Иванович. – Мой брат уже почти оставил эту ужасную мысль о мести. Здоровье не позволяло. Но тут… Он словно заново пережил то ужасное время, когда Галочка…

И тут голос его прервался. Похоже, дядя и в самом деле нежно любил племянницу.

– Кстати, о письме, – осторожно сказала Инна. – Все только и твердят что об этих письмах, из-за которых они тут. Нельзя ли и нам на него взглянуть?

– Вы что, хотите сказать, что не получали таких же писем? – удивился Владимир Иванович.

– Нет, – покачали головами подруги. – Мы тут по личной инициативе. У нас подруга вышла замуж за Павла.

Владимир Иванович не стал бесполезно повторять подругам о том, что личная инициатива не всегда бывает полезна. Кажется, он все понял. Но за письмом в карман полез довольно охотно и, покопавшись в кармане, достал его.

– Вот, читайте, – сказал он подругам.

Подруги вцепились в письмо с двух сторон, но оно их откровенно разочаровало отсутствием почерка. Письмо было написано печатными буквами синей шариковой ручкой и содержало в себе всего одну строчку, информирующую, что Павла Аистова можно застать в заказнике «Лесное», где он будет жить крайне уединенно, и с ним легко можно будет потолковать о прошлом. Подписи не было, вместо нее были нарисованы то ли голубиные, то ли аистовы крылышки.

– Очень милая картинка, хотя и не совсем понятно, при чем тут крылышки, – сказала Инна. – Хотя, может быть, писавший намекал на фамилию Павла.

– Я тоже не очень понял, в чем тут дело, но мой брат был уверен, что Павел – настоящий дьявол. А это письмо послали некие люди, которые объединились в своеобразный союз, чтобы не позволить Павлу и дальше измываться над беззащитными женщинами, попавшими в плен его чар.

– Но вы уверены, что письмо предназначалось именно вашему брату? – спросила Мариша.

– Ошибки быть не могло, – покачал головой Владимир Иванович. – На конверте стояло имя моего брата. А вот адреса не было. Ясно, что нашлись наконец люди, которые решили положить конец этому беспределу под именем Павел!

– Но ваша племянница… – начала говорить Мариша, но Владимир Иванович ее перебил.

– Она тоже совершенно перестала соображать, что к чему, когда познакомилась с этим человеком! – сказал он. – Галина знала, что здоровье у нее слабое и врачи категорически запретили ей иметь детей. Для Галины попытка выносить ребенка была равносильна самоубийству. Она это знала, вся наша семья это знала, Павел, разумеется, тоже был в курсе. Мы все не раз предупреждали его об этом еще до их свадьбы. Твердили, что детей у них быть не может. Заклинали Павла подумать. Однако он сказал, что все понял, но так любит Галину, что обойдется и без детей. Мы успокоились, но вдруг узнали страшную новость. За несколько месяцев Павел успел так запудрить мозги нашей девочке, что она твердо решила рожать. И уже была беременна. Родители пришли в ужас. Врачи только руками развели, они не могли насильно заставить Галину отказаться от ее самоубийственного намерения. Павел же уверял, что все будет хорошо, он обожает Галину, она обожает его, и с ребенком все получится отлично. Но вышло так, как предсказывали врачи. И Галина умерла, так и не доносив ребенка до положенного срока.

– Но зачем Павлу нужен был этот ребенок от Галины? – воскликнула Инна. – У него уже был сын от первого брака. И ожидался ребенок от еще одной женщины.

– Должно быть, Павел считал, что ребенок привяжет к нему Галину прочней, чем что-либо другое. Где-то могу его понять. Я и сам очень хотел иметь детей, но вот не получилось.

И Владимир Иванович сокрушенно покачал головой. Подруги переглянулись, но дядя Галины неожиданно продолжил:

– Так о чем я? Ах да, я мог бы понять Павла, если бы не одна деталь. От своей бабушки – матери ее матери – Галине досталось очень богатое приданое. Не думайте, это была не квартира, не машина, не дача. Это была коллекция ювелирных изделий, которые наша бабушка приобрела в разное время и иногда, как мне кажется, не вполне законным путем. Но как бы то ни было, теперь это не имеет никакого значения. Коллекция и в самом деле была великолепна. Многим из вещей место в Эрмитаже. И уж конечно, каждая из них стоила огромных денег. Поверьте, я и сам не бедный человек. Так вот, речь шла о многих сотнях тысяч долларов. И вскоре после смерти Галины зашел разговор об этих ценностях. Учитывая короткое время, которое Павел пробыл мужем Галины, мы потребовали вернуть основную часть коллекции нам. В семью. Но Павел в ответ показал нам завещание Галины, где четко и ясно указывалось, что всю коллекцию она оставляет своему мужу Павлу Аистову за его любовь, преданность и то счастье, которое он ей подарил. А нам троим – матери, отцу и мне – Галина оставляла по одной вещи из этой коллекции, которые Павел нам и вернул. В этом у меня к нему претензий нет. Но львиная доля все равно осталась в его руках.