Шансон для братвы - Дмитрий Черкасов

— А первый следак. Яичко?

— Ну, этот-то как раз классика! Как в учебнике — тупой, пьюший и страшный, как атомная война. Я бы с такой внешностью в светлое время суток вообще на улицу не выходил бы. А в темное время — тем более — у нас народ нынче мистикой увлекается, за барабашку бы приняли. Ты фильм старый «Три мушкетера» помнишь, начала века?

— Да.

— Там де Тревиль классный. Как сидит — нормально, а из-за стола выйдет — карлик. И этот такой же. Де Яичко, вместо шпаги — «макар».

— Плешивый?

— Угу... Умные волосы покидают дурную голову. Ему бы на другую работу устроиться, побольше бы на свежем воздухе бывать, на озеленение города, к примеру... Хотя нет, там с секатором работать надо, может не справиться, поранит еще кого или сам напорется... Дворником тоже никак, они зимой ломами лед скалывают, а таких маленьких ломов не выпускают. Да-а, кроме ментовки податься-то некуда, иначе выделяться будет...

— А что ты, когда лабуда эта началась, к Альпинисту не обратился? Я насколько знаю, отношения с ним у тебя прекрасные остались.

— Ну, с Альпинистом мы хорошие приятели, это да. Но тут-то я сам виноват, и менты вмешались... Подставлять пацанов под ментовку — последнее дело. Я думаю, мусора этого ждали, ручонки потирали, как они всех скопом повяжут, намекали даже... Но я другую тактику избрал — все наоборот делал, они к одному готовятся, а я, как Вова Ульянов, другим путем...

— Тоже верно. Долго только все это тянется.

— Ну и что? Время есть, повеселюсь. Мне в работе это не мешает. Я дома сижу, пишу статейки разные. Не трудно еще и заявленьица накорябать. Пущай разбираются! Я же со своими бабками не отстану, вернуть все равно заставлю...

— А если другим способом? Коваля[118]обуть, но уже по-настоящему?

— Тоже дело... Я — за.

— Колюня сильно жадный?

— Беспредельно. Он, кроме «зелени», ничем в жизни не интересуется. У него цель — разбогатеть. Все средства хороши.

— А сколько он реально имеет?

Огнев задумался.

— Сам не очень много, в пределах ста штук баксов. Но есть нюанс один — он с чиновничками большую дружбу водит. Вот те собрать достаточно могут. Начальник КУГИ у него в приятелях, из мэрии много... Им-то деньги отмывать надо, нахапали уже предостаточно...

— Начальник КУГИ Гуревич, что ли?

— Он самый. Мне его Колюня показывал, когда в ресторане обедали. Подошел, поздоровался, о чем-то с полчаса шептались. Ковалевский-то любые помещения достает, а это о многом говорит.

— Да уж. Ну, такого рублем наказать — самое милое дело. Да и чиновники пусть поделятся, не обеднеют.

— А, — Огнев махнул рукой, — с Ковалевским не сложно, если речь о прибыли заходит, он вообще соображение теряет, разве что слюни не текут.

— Ты, если что, проконсультируешь по ходу пьесы?

— Без проблем. В любое время звони. Я пока мусоров дурной активностью поотвлекаю, опять заявлений настрочу, пусть отбрыкиваются. Еще документиков состряпаю, им пошлю... Да, кстати, Денис, у тебя на примете специалиста нет, чтобы в контору к Колюне ночью забраться?

— Что за вопрос? Конечно есть.

— Там сигнализации нет, дверь только железная.

— Без базара. А что хочешь?

— На его пишущей машинке чего-нибудь состряпаю. И еще идейка есть дюже прогрессивная — у него особнячок под контору и дачка деревянные, а я могу живых термитов раздобыть, у меня в одном институте приятель работает, Владик Рокотов[119]. Сам-то он ракообразными занимается, но и с насекомыми подсобит, если что. Я с ним эту тему уже обсуждал.

— Мы точно сработаемся, — подвел итог Денис.

* * *

— А это не подозрительно — африканские термиты в Питере? — засомневалась Ксения.

Денис удовлетворенно погладил живот. Он только что отобедал.

— Не-а. Сейчас всякой живности навалом. Тут год назад над Кабанычем даже пошутили. Он коттедж купил, евроремонт сделал, два этажа, одиннадцать комнат — Все собаку хотел. Ему Философ на новоселье щенка подарил, на птичьем рынке купил, порода редчайшая, типа такса какая-то хитрая... Философ-то не разбирается, раз порода экзотическая, надо брать. Пятьсот долларов отдал. Щен вырос и оказался гвинейской крысой. Вся полосатая, на ушах кисточки, хвост мохнатый, жрет просто все, как фреза работает. Ее Кабаныч месяца два поймать не мог — стены в дырах, в секунду прогрызает, бетон — не бетон, по фигу! Трубы ему в ванной перекусила, подвал залило, ужас! Что только Кабаныч не делал, все без толку. Отраву раскладывал — наутро крысер живой, здоровый, не берет! Раз даже ему двух бультерьеров привели, типа, загнать с разных сторон. А они, заместо крысы, друг с дружкой махаться начали, стены кровью забрызгали... Кабаныч орет, дружбаны его булей растащить пытаются, даже крысер на шум выглянул. Такой единственный зритель в театре абсурда. Тут у кого-то нервы не выдержали, хвать пушку и в крысера садить! Не попал, случайно на автоматический огонь перевел, ствол повело — и в ногу хозяину! Нормально! Кабаныч свалился, бультерьеры в коридор умчались, там драку продолжают, снайпер от шока ствол в окно метнул, привычка сработала — мочканул кого, сразу сбрось «дуру». Фарс какой-то! Но, что интересно, крыс как-то сам собой успокоился, даже в клетку свою вернулся. Теперь в Кабаныче души не чает...

* * *

Наркодельца с проспекта Медиков обложили плотно.

В назначенный день к его двум корешам на улице подвалили Гоблин со Стоматологом и под предлогом «закурить» настучали им по башке и кинули в речку Карповку. Мокрые и обозленные «оппоненты» помчались докладываться старшему.

Через два часа Мишка-Цыган, подстрахованный Ди-Ди Севеном, умыкнул красный «БМВ» «уголка» прямо от парадного и прикатил на нем к кабаку «Белая лошадь», где разместилась группа «возмущенной общественности» во главе с Садистом и Паниковским. Под чутким руководством Ортопеда в скверике напротив дефилировали два десятка «прохожих».

«Бритый шилом» [120] «уголок» узнал, где его «точило», ближе к вечеру и вместе с остатками своего кодлана явился на «разборку». Горя жаждой мести, вооруженные дубинами и пиками отморозки прибыли прямо к «Белой лошади» и с гиканьем вломились в зал, расшвыривая посетителей и мебель.

Главарь гордо выступил вперед, обвел глазами зал и сразу понял, что выступил-то он зря — перевес был явно не на его стороне. Как по численности, так и по физическим данным.

На ехидное предложение Садиста «просто побеседовать» он не согласился и бросился в бой, ошибочно оглушил ничего не понимающего участкового в штатском, мирно пьющего пиво, и начал его душить. Столь дикое поведение глубоко возмутило собравшихся, и начался погром. Главного хулигана оттащили от посиневшего участкового и с размаху бросили об стойку. В лучших традициях ковбойских реалий. Участия в дальнейших действиях он не принимал.