В плену подозрений - Джон Данн Макдональд

Я знал, что все нужные звонки уже сделаны, и смертельно хотел спать. Но хозяин, прекрасно понимая, что я сильно простыл и еще не отошел от глубокого шока, заставил меня сначала принять горячую ванну. Надо признаться, он оказался полностью прав, она мне здорово помогла. Скоро я физически ощутил, как в мои измученные мышцы снова возвращаются и силы, и жизнь. Он ушел, только когда окончательно убедился, что я в ванне не умру, не захлебнусь. Оставил на табуретке свежее белье, шерстяную рубашку, синие джинсы. Отмокал я долго, может, даже слишком долго, но зато с неописуемым наслаждением. Время от времени до меня доносились громкие голоса, звуки шагов... Наконец, сочтя, что этого будет вполне достаточно, я вылез из ванны, насухо вытерся большим грубым полотенцем, посмотрел на себя в настенное зеркало: так, здоровенная шишка в самом центре лба, левая щека распухла и покраснела, глаза затекли так, что превратились в узенькие щелочки.

Одевшись в оставленную для меня одежду, я вышел из распаренной ванной комнаты. Дети удивленно уставились на меня и тут же разбежались по разным комнатам дома. Войдя в гостиную, я к своей величайшей радости, увидел там — кого бы вы подумали? Сержанта Португала! Он разговаривал с неизвестным мне молодым человеком с неухоженными усами.

— Как она? — первым делом спросил я.

— Господи, ну и видок у вас, Дин! — покачал головой сержант. — Познакомьтесь с врачом. — Большим и указательным пальцами правой руки он вертел небольшой кусочек металла. — Кстати, вот это док вытащил у нее из головы.

— С нею все будет в порядке, мистер Дин, — произнес врач.

— Думаю, это была пневматическая винтовка, — высказал догадку Португал.

— Причем очень мощная. Пуля попала прямо в макушку, прошла между кожей и черепом и застряла чуть выше левой брови. Попади она под чуть другим углом, полагаю, раскроила бы ей весь череп.

— Могу я ее повидать?

— Нет. Я удалил пулю, дал ей успокаивающее и сделал укол снотворного. Теперь она будет спать часов восемь, не меньше. Но перевозить ее вполне можно. «Скорая помощь» будет здесь с минуты на минуту.

— Ее поместят в арландский госпиталь под другим именем, мистер Дин, так что не волнуйтесь, — сказал Португал. — Мы с вами тоже возвращаемся в город, поэтому поблагодарите этих добрых людей, проверьте, высох ли ваш бумажник, — и вперед. Поговорим по дороге.

Когда мы с Португалом ехали в его крытом седане, навстречу промчалась «скорая помощь». За Джоан. Я говорил и говорил. Ничего не утаивая — ни малейшей детали, ни одного известного мне факта. Из-за возбужденного состояния иногда слишком увлекался и начинал нести чепуху, и тогда Португал сухим, лаконичным вопросом тут же возвращал меня к действительности. Скоро он остановился у небольшого универсама, чтобы, как он сказал, сделать один короткий звонок. Сидя в машине, один в темноте, я чувствовал себя далеко не самым лучшим образом. Река что-то сделала с моими нервами. И тем не менее, каждый раз вспоминая о Джоан, я ощущал внезапный прилив необъяснимой радости.

Скоро Португал вернулся. Молча сел в машину, но мотор почему-то не завел.

— Через десять минут мне надо будет сделать еще один звонок, — увидев мой вопросительный взгляд, объяснил он. — Будем ждать прямо здесь.

— Какой звонок?

— Мне надо узнать, куда вас везти. Где они будут вас ждать.

— Они?

Он неторопливо повернулся ко мне. В машине было достаточно света, чтобы увидеть на его широком лице усталую улыбку.

— Это не моя территория, но вы будете в надежных руках, мистер Дин. Так что расслабьтесь и успокойтесь...

Я проснулся оттого, что меня кто-то тряс за плечи, и, сонно мигая, пробормотал:

— Ну как, сделали свой звонок?

— Сделал и даже провез вас целых три мили. Теперь вам с ними.