Заказ на мента - Евгений Сартинов

Через полчаса они стояли перед дверью квартиры Валерия Сухорученко. Это была стандартная дверь, железная, с тремя замками. На требовательные звонки Астафьева никто не открывал, да и не было похоже, что кто-то там вообще есть живой. Это подтвердила соседка Валерия, молодая женщина с маленьким ребенком, возвращающаяся с прогулки.

— Вы к Валерию? А он только что уехал.

Юрий удивился. Группа наблюдения уверила их, что объект по-прежнему в квартире, никуда не выходил, не звонил.

— Давно он уехал?

— Да, минут десять как. Мы шли через соседний двор, смотрим, он в машину садится.

— На чем он уехал?

— На своей машине, у него такой бежевый «Хондай».

Тут же эти данные были переданы в управление, а потом "Хондай"-Соната с номером три тройки, была объявлена в перехват. К этому времени с двенадцатого этажа спустился один из группы наблюдения.

— Через чердак ушел, там замок открыт, и керамзит на площадку вывалился.

Группе захвата оказалось легче проникнуть в квартиру Сухорученко со стороны окна, чем ломать массивные двери. Как оказалось, это был удачный ход, так как со стороны двери была привязан адский набор из толовой шашки, запала от гранаты, и канистра с бензином. Все это было подвязано к электронному таймеру, и до взрыва оставалось всего пятнадцать минут. Если бы дверь не начали ломать в течение часа, то все равно взрыв и пожар были бы неминуемы. На обезвреживание всего этого добра ушел час, и только потом Астафьев вошел в квартиру отставного лейтенанта. Он сразу прошел в комнату, посмотрел на рабочий стол Сухорученко. На нем все было в идеальном порядке — органайзер по центру, справа чистая бумага, по центру ноутбук. Да и в самой комнате не было никакого беспорядка, хотя хозяин собирался в большой спешке.

— Это Сапсан, — вслух сказал Астафьев. — Заберите ноутбук, и все бумаги. Обыщите квартиру на предмет документов и оружия.

— А на кухне целая лаборатория по изготавлению ядов, — сказал один из оперов. — Там такие книги по химии, я и не знал, что бывают такие.

На всякий случай задержали, и вежливо попросили проехать с ними и третьего подозреваемого, Авдонова. Тот неожиданно признался, что знал по Чечне не только Сухорученко, но и Кануева. К тому же он припомнил, как Валерий Сухорученко как-то восхищался сапсанами.

— Мы тогда выехали вниз с гор, в равнину, и там летало несколько хищников, орлы там всякие, соколы. И вот он сказал, что сапсан из всех них самый быстрый. Разгоняется там до какой-то дикой скорости, на лету прямо долбит жертву, и все. Один удар — и готово.

— Да, он просто орнитолог какой-то, — заметил Миша-Бульдог.

— Да нет, так он неплохой мужик, суховатый только.

— Как это, суховатый?

— Ну, мы пятнадцатого февраля все встречаемся в кафе «Баграм». Там и афганцы, и мы, чеченцы. Он тоже приходит, но выпивает только сто грамм за погибших, а потом весь вечер пьет только минералку.

— Вы с ним виделись и в тире, и в атлетическом зале. Как он как боец?

Авдонов с уважением покачал головой.

— Крутой! Мы же с ним и в одну пейнт-больную команду входили. Так вот, пока он с нами там мутился, нас никто победить не мог. Потом он перестал ходить, и все! И медали мы упустили, и кубок продули. У него башка оставалась холодной в любой ситуации.

В этот же день раскололся и Михаил Хомутовский — Хомут. Дожал его сам Аркан. Он убедил главу охранного агентства, что одному ему сидеть на скамье подсудимых как-то не с руки. Тем более, что все его подчиненные уже начали говорить.

— Сапсана первый раз мы наняли год назад, когда надо было убрать директора Вазовского завода запчастей Амирамова. До этого наши пытались что-то сделать, но все бестолку. Машина у того бронированная, охрана была из бывших ваших, конторских. Он хлопнул его на даче, через форточку, наповал. Следов никаких, все чисто. Нам это понравилось, начали с ним часто работать.

— Сколько всего было таких заказов.

Хомут подсчитал в уме.

— Восемь. Из них он не смог выполнить только один, последний.

— Это по Астафьеву?

— Да.

— А почему вы так упорно его пытались убрать? Он же почти ничего не знал.

— Ну, а мы то откуда это знали? Потом уже разобрались, что зря икру метали.

— Но, почему тогда заказ не отменили?

Хомут явно не понимал вопроса полковника.

— Почему на него покушались и три дня назад, и позавчера? — пояснил Аркан.

— Третьего дня я уже сидел у вас, в камере, — напомнил Хомут.

— Кто же тогда подтверждал заказ?

— Не знаю. Не в курсе.

В это время Астафьев был в том самом знаменитом отделе «К». Как Юрий и предполагал, перед уходом Сапсан стер с диска всю информацию. Кроме того, он рассчитывал, что пожар уничтожит все следы, в том числе и ноутбук.

— Ничего, сейчас этих хитрых программок, чтобы восстанавливать информацию, масса, — утешил Астафьева молодой, полноватый парень в очках с толстыми линзами.

Через час он действительно, с довольным видом показал на экран.

— Вот, читайте, что хотите.

— Тут должны быть какие-то денежные поступления за последнюю неделю. Круглые суммы в валюте.

Эксперт подтвердил.

— Есть такие. Вам распечатать?

— Да, лучше все.

Через десять минут Астафьев показал эту бумагу Хомуту. Тот подтвердил:

— Да, это наши перечисления. Только минус двадцать процентов. Но, вот про эти выплаты, — он ткнул пальцем в последние две суммы, — я ничего не знаю.

— А кто еще знал эту систему вашей связи с заказчиком? — спросил Аркан.

Хомут что-то прикинул в голове, и назвал две фамилии. Обе были хорошо известны Астафьеву.