Пик Дьявола - Деон Мейер

— А подозреваемый?

— Он здесь. — Нгубане ткнул пальцем в дверь у себя за спиной. — Только молчит.

— Можно войти?

Нгубане распахнул дверь. Гриссел заглянул внутрь. Комната была небольшая. Грязная. На картонной коробке сидел мужчина. Густые черные волосы, обвислые черные усы, расстегнутая белая рубашка; нагрудный карман надорван. На щеке длинная царапина.

— Его зовут Карлос, — сказал Нгубане — нарочно на африкаансе, чтобы Сангренегра их не понял. Потом он вытащил из кармана блокнотик. — Карлос Сан-гре-негра. — Он отчетливо выговорил фамилию по слогам.

— Пошел ты, — злобно отозвался Сангренегра.

— Его что, били? — спросил Гриссел на африкаансе.

— Мать. Мать девочки. Он колумбиец. Его виза… давно просрочена.

— Тим, что случилось?

— Входи. Не хочу оставлять этого сучару одного.

— Ты здорово ругаешься на африкаансе.

Нгубане вошел в комнату впереди Гриссела и, впустив его, закрыл дверь.

— У меня были хорошие наставники.

Гриссел огляделся. Похоже, здесь собирались устроить кабинет. У стены стеллаж, темное полированное дерево, но полки пустые. На полу коробки.

— Что в коробках? — спросил Гриссел.

— Смотри, — ответил Нгубане и сел на единственный стул, дорогой офисный стул с высокой спинкой из коричневой кожи.

Гриссел открыл коробку. В ней были книги. Он вытащил одну. На корешке золотыми буквами было напечатано: «Повесть о двух городах».

— А ты, Карлос, значит, не очень любишь читать? — спросил он.

— Пошел ты!

— Часов в восемь в участок на Каледон-сквер позвонила женщина, — продолжал Нгубане на африкаансе. — Она плакала. Сказала, что ее дочь похитили и она знает, кто это сделал. В ее квартиру на Бель-Омбр-стрит выслали бригаду. Хозяйка оказалась не в себе; на голове у нее была рана. Она сказала, что мужчина напал на нее и похитил дочь. Она тогда была…

Нгубане подыскивал нужное слово на африкаансе.

— Без сознания.

Нгубане кивнул.

— Потом она назвала имя похитителя и дала его адрес и еще добавила, что он и ее изнасиловал. Она сказала, что хорошо знакома с ним и что он любит детей… понимаешь? А еще сообщила, что он наркобарон.

Гриссел кивнул и, повернувшись к Сангренегре, принялся разглядывать его. Карие глаза колумбийца горели злостью. Сангренегра был худощавого телосложения; на предплечьях проступили синие прожилки. На нем были джинсы и кроссовки. Руки были скованы наручниками за спиной.

— Дежурный известил начальника участка, а тот позвонил нам. Я как раз дежурил, принял вызов, потолковал с Яубертом и попросил опергруппу. Потом мы все приехали сюда, а опергруппа прибыла на вертолете. Здесь мы нашли пятерых мужчин, Карлоса и тех четверых, что внизу. Обнаружили наркотики в подвале, а в одной из комнат — одежду девочки. Потом нашли кровь в салоне его БМВ и на игрушечной собаке — мягкой игрушке. Но ребенка нигде не оказалось, а этот говнюк не желает говорить. Уверяет, что ничего не знает.

— Ребенок… Девочка?

— Ей три года. Всего три года, представляешь?!

Гриссела замутило.

— Где она? — спросил он у Карлоса.

— Пошел ты!

Он подскочил к Сангренегре и схватил его за волосы, запрокинул голову назад и принялся выдирать черные пряди. Потом наклонился почти вплотную к Сангренегре:

— Где она, сволочь?

— Не знаю!

Гриссел снова дернул его за волосы. Сангренегра поморщился.

— Она врет. Та шлюха, она врет. Я ничего не знаю!

— Тогда как одежда девочки оказалась в твоей комнате, говнюк? — Гриссел снова изо всех сил дернул Карлоса за волосы.

— Она сама принесла. Она была моя шлюха!

— Господи. — Гриссела передернуло; он последний раз дернул Сангренегру за волосы и отпустил. Брезгливо осмотрел засаленную ладонь и вытер ее о рубашку Сангренегры.

— Ты врешь, подонок!

— Я уже это проходил, — раздался за его спиной спокойный голос Нгубане, как если бы ничего не случилось.

— Спросите моих людей, — сказал Сангренегра.

Гриссел невесело рассмеялся.

— Откуда у тебя это?

Он ткнул пальцем в царапину на щеке колумбийца.

Тот плюнул в него. Гриссел занес руку, собираясь влепить ему пощечину.

— Он сказал, что сегодня навещал истицу, — вмешался Нгубане. — Уверяет, что она проститутка. Она, мол, сама пригласила его к себе домой. Девочки там не было. Потом она вдруг, без всякого повода, ударила его. А он дал ей сдачи.

— Так он говорит?

— Так он говорит.

— А мать?

— С ней сейчас сотрудники социальной службы. Она… травмирована.

— Что думаешь, Тим?

Гриссел понял, что задыхается. Он присел на коробку.

— Бенни, девочка была в его машине. Там кровь. И собачка. Она была, была там! Он куда-то с ней уехал. С момента нападения на истицу прошло два часа. Прошло два часа, прежде чем мы сюда приехали! Он куда-то увез ребенка. Решил, раз ее мать девушка по вызову, он может делать что хочет. Но в машине что-то случилось. Может, девочка испугалась, может, еще что… И он ее порезал. Об этом свидетельствует характер кровотечения. Пятно на подлокотнике заднего сиденья. Похоже на… — он снова задумался, вспоминая правильное выражение на африкаансе, — артериальное кровотечение. Потом он понял, что вляпался. Должно быть, он каким-то образом избавился от ребенка.

— Господи!

— Да, — кивнул Нгубане.

Гриссел посмотрел на Сангренегру. Карлос в ответ смерил его презрительным взглядом.

— По-моему, не стоит обольщаться насчет девочки. Будь она жива, этот говнюк захотел бы поторговаться.

— Можно мне кое-что попробовать? — спросил Гриссел.

— Пожалуйста. — Нгубане пожал плечами.

— Карлос, — сказал Гриссел, — ты слыхал об Артемиде?

— Пошел ты!

— Сейчас, Карлос, я кое-что тебе расскажу. Представь себе, неподалеку рыщет один здоровенный тип. У него есть большой ассегай. Знаешь, что такое ассегай, Карлос? Это такое копье. Зулусское оружие. С длинным и очень острым лезвием. Ну так вот, парень с ассегаем доставляет нам массу неприятностей, потому что он убивает людей. А знаешь, кого он убивает, Карлос? Он убивает мерзавцев, которые мучают детей. Ты уверен, что не слыхал о нем?

— Пошел ты!

— Мы пытаемся поймать того типа. Потому что он нарушает закон. Но ради тебя мы сделаем исключение. Сейчас я расскажу тебе, как я поступлю. Я намерен рассказать газетчикам и телевизионщикам, что ты похитил хорошенькую маленькую девочку, Карлос. Я дам им твой адрес. А еще мы опубликуем твою фотографию. И уж я позабочусь о том, чтобы ты не сорвался с крючка. Твоих дружков я посажу за решетку, а тебя одного — понимаешь, совершенно одного! — оставлю дома. Мы будем караулить снаружи, чтобы ты не сбежал и не вернулся к себе в Колумбию. И подождем, пока тебя найдет парень с копьем.