Девятый перстень - Елена Анатольевна Леонова

— Да. Те самые кольца, что украли, — Саблин сидел рядом с Сорокой, который лежал с закрытыми глазами и стонал.

— Так, значит, это и есть ваш преступник? — спросил Алдар.

— Да. Это Борис Осипов.

— Но как такое возможно? Он же погиб? И потом, тебе не кажется, что выглядит он слишком молодо для человека, которому должно быть сильно за пятьдесят?

Саблин поднял брови и промолчал, размышляя. Как человек мог оказаться живым, если, по официальной информации, он совершил самоубийство? Его похоронили. Жена, в конце концов, присутствовала на захоронении. Более того, Смирнов прав: мужчине, лежавшему на песке, было явно чуть за сорок. Бред какой-то.

Сорока вновь застонал и открыл глаза.

Следователь придвинулся к нему ближе.

— Вы Осипов?

Сорока медленно моргнул. Его лицо было бледным, губы пересохли. Он посмотрел мутным взглядом, и Саблин заметил огромные расширенные зрачки.

— Похоже, наш «друг» под наркотой. Надышался своим же токсином.

— Что? — Филипп всмотрелся в лицо лежавшего.

— Я постараюсь ему помочь, — пообещал Алдар, копаясь в рюкзаке. Он достал какую-то баночку, встал и подошёл к Сороке.

— Позвольте мне осмотреть рану.

Мужчина никак не отреагировал на предложение шамана, и Алдар сам поднял окровавленную одежду. Рана выглядела плохо, сильно кровоточила, показался гной, что говорило о начавшемся заражении.

— Вы сможете вытащить пулю? — спросил Саблин.

— Боюсь, что нет. Но я наложу травы. Они остановят распространение инфекции на какое-то время, пока он не попадёт в больницу.

— Предлагаете отправить его сейчас в посёлок?

— Лучше — да. Как можно скорее.

Саблин и Филипп переглянулись. Оба, похоже, подумали об одном и том же: если уехать сейчас, то непонятно, когда удастся попасть в ущелье. Однако ночью туда идти нет смысла, в темноте мало что можно будет увидеть. Но и ждать опасно: Осипов может умереть.

— Мы не можем уехать, — возразил Филипп, — кольцо Чингисхана у меня. Его же нельзя увозить опять с мыса.

Алдар внимательно посмотрел на писателя.

— Да, это так.

— Тогда как нам быть?

— Я вижу только один вариант, — сообщил Саблин. — Мы с тобой, Филипп, остаёмся на мысе, а Алдар повезёт на лодке Осипова на судно, чтобы доставить в больницу.

Шаман покачал головой.

— Вам опасно одним идти в ущелье. Кто-то из вас должен поехать в посёлок, а я останусь и сопровожу оставшегося.

— Ну, похоже, везти придётся мне, — заметил Саблин. — Но я не оставлю Смирнова тут одного.

В этот момент Сорока опять застонал и произнёс:

— Перстень. Девятый.

Саблин нагнулся к Осипову.

— Вы меня слышите?

— Да.

— Зачем вам нужны девять колец, можете рассказать?

— Ритуал. Надо провести ритуал.

— Зачем? С какой целью?

— Чтобы… душа успокоилась, — он с тоской взглянул в лицо следователя.

— Чья душа?

— Моего брата.

Глава 31. Мыс Рытый. Вторник. 23:15

Саблин нахмурился.

— Вашего брата? Как его зовут?

— Они забрали перстень… с мыса. И все погибли. Джигари говорит… нужен ритуал, чтобы духи отпустили его душу, — Сорока поморщился, и его лицо исказила гримаса боли.

— Судя по тому, куда попала пуля, у него может быть повреждена почка, — прокомментировал Алдар, накладывая травы из баночки.

Однако Саблин был сосредоточен на полученной информации. Сорока явно говорил про журналистов, которые посещали мыс десять лет назад и нашли здесь перстень.

— Как ваше имя? — настойчиво повторил он.

— Павел.

— Борис Осипов — ваш брат? — озвучил своё предположение следователь.

— Да.

Неожиданно картина стала ясна. Сорока — брат погибшего Бориса Осипова, и он собирал кольца, чтобы провести ритуал на мысе, дабы душа покойного родственника обрела покой. Видимо, история с проклятием тех, кто побывал здесь и забрал что-то с мыса, волновала не только местных жителей.

— Откуда он знает про ритуал? — поинтересовался Филипп. — Он что, шаман?

— Ну видимо, раз использовал шаманский токсин. Да и вообще… все эти чёрные одежды. Наверное, он тот самый… как вы называли тех шаманов? — Саблин посмотрел на Алдара, который закончил оказывать помощь Сороке и сидел поодаль.

— Гурбан-тэнгри.

— Да, точно.

— Но он не выглядит как гурбан-тэнгри, — шаман глянул на лежащего мужчину.

— Почему?

— Они отшельники. Занимаются колдовством, воскрешают мёртвых. Такой шаман не стал бы беспокоиться за душу брата.

— Тогда кто же он? — Филиппу тоже показалось, что Павел хоть и преступник, но на шамана не похож.

— Вы шаман? — Саблин решил не гадать, а допросить преступника.

— Не-е-е, — Сорока закашлял, и в уголке рта показалась кровь. — Я просто хочу, чтобы брат обрёл покой.

— Откуда тогда вы знаете про ритуал?

— Джигари сказал… Он обещал, что получится. И я увижу, как душа отойдёт в небо, — Павел широко раскрыл глаза, глядя вверх, в тёмный звёздный купол.

— Кто такой Джигари?

— Учитель. Он всё знал. Надо найти кольца и привезти сюда. Тогда получится.

— То есть он попросил вас найти в Москве девять перстней и привезти сюда для ритуала? — уточнил следователь.

— Да. В день солнцеворота. Иначе не получится, — на мгновение Саблину показалось, что Павлу стало лучше. Он говорил более чётко и оживлённо. Возможно, помогли травы шамана.

— Как вы нашли кольца?

— Случайно. Повезло. В ресторане наткнулся на людей с перстнями.

— На масонов? В ЦДЛ?

— Да.

— А другие кольца? У художника Арно и Мечникова?

— Услышал, как про них говорили другие.

— Про музей Пушкина тоже услышали?

— Нет. Про это кольцо я давно знал. Бывал в музее. Джигари сказал, подойдут любые перстни. Главное, чтобы у них была история.

— А египетский папирус у Дорофеева тоже вы забрали?

— Нет. Ничего про это не знаю.

Клубок загадочных событий с кражами начал постепенно распутываться. Саблин судорожно вспоминал детали, чтобы как можно больше узнать и понять весь ход событий.

— Откуда у вас токсин из мухоморов?

— Джигари дал. Так проще забирать украшения. Люди теряли сознание, бредили, и я спокойно уходил.

— Это вы подбросили токсин нам в костёр?

— Да. Ещё в Даурии, ночью, когда ваш шаман спал. Я добавил его в смесь для ритуала, зная, что вы будете использовать на мысе.

— Откуда вы знаете этого Джигари? У него есть имя?

— Я приехал в Даурию на годовщину смерти брата. Десять лет прошло. Там я встретил Джигари. Он увидел, как я скорблю, как мне плохо. Я любил брата. И Джигари предложил помочь: провести ритуал отправления души. Мой брат покончил с собой. Такие души застревают между мирами. Нужно было собрать девять колец и привезти их сюда, на мыс, чтобы помочь душе брата увидеть свет.

— Вы убили Дорофеева и жену вашего брата?

Павел прикрыл глаза.

— Это вышло случайно. Дорофеев оказался дома, хотя я слышал в ресторане,