Идол прошедшего времени - Ирина Арбенина

— Вам это показалось странным?

— Потерянную вещь можно найти. И я искал этот шарфик, но он упорно не находился. А то, что нельзя найти, возможно, просто хорошо спрятано.

— И что же?

— Видите ли, попытка убийства — серьезная вещь. А вас тем камешком чуть не убили. На убийство обычно идут в экстремальной ситуации, верно?

— Чаще всего…

— Но в связи с чем могла возникнуть такая сверхнапряженная ситуация, когда некто готов даже на убийство?

— Идол?

— Да. Возможно, за покушением на вас стоит авантюризм и азарт, который захватывает человека, когда он попадает в особый водоворот событий, подумал я. Наверно, некто не рассчитывал, что так быстро найдет то, что ищет. Но вдруг находит… Вероятно, что люди Тучкова поторопили события и перерыли раскоп в поисках идола, рассуждал я. Но скорее всего они идола не нашли. Иначе я не заметил бы этих ребят однажды снова в окрестностях лагеря… Да и на «рынке антиков», за которым мы внимательно следили, достанься находка Тучкову, это отразилось бы, не осталось бы незамеченным. Возможно, идола нашел кто-то другой, решил я и представил: если его нашла женщина, то как это могло выглядеть?

— Как?

— Да она сняла с головы шарфик — и завернула в него свою находку! Конечно, заворачивать украденную вещь в свой шарф крайне неосмотрительно… Но подумайте, это ведь вполне естественный — и такой женский! — поступок. Я и предположил, что именно так и было все сделано тогда… Непрофессионально. Спонтанно. По-женски…

— Но как ей удалось найти идола?

— Люди Тучкова перерыли раскоп, но идола нашли не они. Очевидно, идол нашелся, когда сняли дерн для нового раскопа. Дерн просматривать ведь очень трудно… Вы забыли, что у Арсения Павловича нет металлоискателя? Возможно, поэтому идол попал в отвал. А Китаева очень аккуратная — достаточно взглянуть, как она тщательно перебирает землю на раскопе. Конечно, не укради она истуканчика, потом Корридов все равно достал бы металлоискатель и проверил отвал. Он бы это сделал, и идол от него бы не ушел. Но так вышло, что он достался Китаевой… Вера Максимовна нашла истукана — и бес ее попутал.

— Она решила не отдавать идола Тучкову?

— Да, решила вести свою игру. Найдя идола, она, очевидно, еле успела тогда спрятать его в дупло дерева на берегу Мутенки…

— Вот птицы отчего раскричались!

— Конец длинного шарфика зацепился за ветку… И тут появляетесь вы со своим фотоаппаратом. Да еще хотите вместе с птичкой сфотографировать тайник.

— И она схватила первый попавшийся камень и треснула меня по голове?

— Да. Пока вы были без сознания, Китаева успела перепрятать идола. К ее счастью, очнувшись, вы почти ничего не могли вспомнить.

— Вот оно что…

— Но всю эту цепь событий я реконструировал, конечно, позже. А сначала я только подумал: а не спрятан ли красивый шелковый шарфик вместе с идолом?

— И с тех пор вы уже вовсю подозревали, что именно Вера Китаева — человек Тучкова?

— Погодите… Потом, как вы знаете, нашелся рюкзак Нейланда…

— Странно, если она убила Яшу из-за его записной книжки, то почему не уничтожила и даже не спрятала ее хорошенько? Почему бросила неподалеку от палаток?

— Не бросила, а подбросила. Теперь, имея заключение экспертизы, я точно знаю, что рюкзак она подбросила, предварительно удалив из записной книжки Нейланда компрометирующие опасные страницы.

— Вот как?

— Видите ли… Я с самого начала думал, что Нейланд случайно попал в колесо событий, его не касающихся, что его просто затянуло, как в мясорубку… Что его смерть случайно связана с действиями людей Тучкова… И преступное намерение похитить идола к Яше имеет косвенное отношение. Возможно, он просто «слишком много знал», думал я.

Я сразу предположил, что некоторые листы в записной книжке удалены. Чего только не было в этой книжке… Одного там только не было — компрометирующих сведений, из-за которых кто-то мог бы владельца этой книжки убрать. Именно это и было странно.

— А номер «Хаммера»?

— Этот номер я, кстати, несколько раньше уже выяснил. В Корыстове! Джип туда заезжал — и бдительные огородники его запомнили. Китаеву, я думаю, не слишком смущало, что я узнаю из записной книжки Нейланда номер «Хаммера». Она, не без оснований, предполагала, что я все равно его выясню. И это ее даже устраивало…

— Но как же она не побоялась, что вы заметите удаление листов?

— Надо сказать, это было проделано очень аккуратно. Чтобы доказать, понадобилась экспертиза. К тому же ей так хотелось, чтобы я нашел эту записную книжку.

— Почему?

— Яшины фантазии о мраморной богине, о которых в книжке так много написано, были, на ее взгляд, очень кстати. Если молодого человека сгубила Венера… То разве это преступление?

— Неужели она надеялась, что вы и в это поверите?

— Она надеялась, что мне придется проверять все, что связано с версией «Нейланд — мраморная богиня — коллекция Неведомских». И это займет немало времени. Ей очень нужно было протянуть время. Я даже предположил, что это Китаева положила в подкинутый рюкзак тот мраморный обломок. Взяла из Мширского музея, где тот хранился в запасниках. Я это даже проверил. Однако мрамор, возможно, и правда имеет отношение к коллекции Неведомских… Очевидно, Яша, случайно бродя по лесу, наткнулся на обломок мраморной статуи, возможно, действительно «вырытой» и разбросанной ураганом. К тому времени он уже наслушался рассказов о Купели Венеры, о коллекции Неведомских, о странных увлечениях графов и любви гвардейского офицера к мраморной статуе. Побывал в бывшей усадьбе Неведомских… А дальше все довершило его больное воображение. Его больной психике достаточно было небольшого толчка. Находка мрамора совпала с чтением «Венеры Илльской».

— И все?

— И все.

Кленский только покачал головой.

— Вы не согласны, Владислав Сергеевич?

— А я? Неужели мне все только примерещилось? Нет, какой-то морок напал на нас с беднягой Нейландом… И что означал Яшин внезапный отъезд, похожий на бегство?

— Вы опять со своей версией о могучих мраморных объятиях? — Дамиан усмехнулся. — Помните тот мрачный дом? Так вот, как выяснилось, живет в нем обыкновенная семья. Женщина… Правда, несколько странная. В деревне о ней говорят: «с приветом» — слишком любит гулять в лесу. Мужчина… Немного мрачноват! Что вполне объяснимо при такой кокетливой жене, гуляющей по лесу. Их рыжеволосый ребенок играет с самодельным луком. Женщина действительно очень красивая…

— И похожа на богиню.

— Надеюсь, вы не думаете, что мраморная Венера все-таки снизошла до гвардейского офицера или кто-то из графов согрешил с дриадой, а потомки этой любви до сих пор обитают в мширских лесах?

Вместо ответа Кленский потупился, глядя куда-то вниз и в сторону. Примерно так же делал сенбернар Иннокентий, когда хозяин предлагал ему заняться чем-то, что не совпадало с его собственными намерениями. Не отказывался грубо, но вежливо уклонялся.