Седьмая вода на коньяке - Ирина Хрусталева

– Это почему же? А телефон, который был в кейсе вместе со всеми атрибутами для киллера? – не собиралась сдаваться Наташа.

– И что? – усмехнулся Хитров.

– Как это – что? Когда на нем нажимаешь цифру «один», звонит ваш телефон. Только что все слышали, что он звонил в вашем кармане, – все больше и больше хмурилась Наташа.

– Ну и что? – снова засмеялся мужчина. – На нем что, написано, что это именно мой телефон? Я его только вчера нашел на улице. Можете проверить сим-карту, она не может быть на мое имя, потому что он не мой. Я его нашел на улице!!! – очень четко, с ударением на каждом слове, проговорил Хитров. – Докажите, что это не так, и я преклоню перед вами колени, – злорадно усмехнулся он.

– Пройдемте с нами, гражданин, – прервал этот спор Иван. – Мы разберемся на месте, что, где и когда вы нашли.

– А у вас есть ордер на арест? – тут же вскинулся мужчина.

– Я задерживаю вас по подозрению в сбыте наркотиков. Так что до выяснения всех обстоятельств у нас имеется семьдесят два часа, на которые ордер не требуется, – прищурившись, отчеканил Иван.

– Каких еще наркотиков?! – опешил Хитров.

– А вот этих, – кивнул головой Иван, и все увидели, как он снова полез в карман к растерянному мужчине и вложил в его ладонь полиэтиленовый пакетик с белым порошком.

– Но ведь это – чистой воды подстава! – закричал Хитров и, бросив пакетик на стол, как будто он обжег его пальцы, вскочил со стула.

– Спокойно, Валерий Михайлович, сопротивление властям вам обойдется еще в энное количество часов в камере предварительного заключения, да и на пакетике теперь имеются ваши отпечатки пальцев. Так что отвертеться вам, увы, ну никак не удастся! Вы же опер со стажем и знаете, что спорить со мной сейчас – не в ваших интересах, – сморщился капитан. – Чем быстрее сядете, тем быстрее выйдете.

– Мерзавец, – процедил сквозь зубы мужчина. – Ты еще у меня за это поплатишься!

– Оскорблять, и при свидетелях? Ай-ай-ай, Валерий Михайлович, вы меня поражаете! – с упреком покачал Иван головой. – Вам же прекрасно известно, чем это может для вас обернуться.

– Я имею право на один телефонный разговор!

– Будет вам разговор, но только в отделении.

– Я буду говорить только в присутствии своего адвоката!

– Да нет проблем, будет и адвокат, только в отделении, – снова покладисто согласился капитан.

– Что-то мне нехорошо, – вдруг прошептал побледневший Савинский, и Наташа тут же кинулась к нему.

– Пойдем в комнату, мне тоже не очень нравится эта сцена, – проговорила она и бросила уничтожающий взгляд в сторону Хитрова.

В это время в прихожей раздался какой-то шум, и в квартиру вошли еще двое парней.

– Подождите у лифта, – распорядился Иван.

Почти сразу же заработало переговорное устройство, которое он вытащил из кармана Хитрова.

– Ответьте и скажите, что все в порядке, – сказал Иван, обращаясь к мужчине.

– А если не скажу? – с вызовом поинтересовался тот.

– Не хотите, не говорите, – равнодушно пожал плечами капитан. – Просто, я думаю, чем меньше будет шума, тем лучше для вас. Если ваши сотрудники поймут, что вас арестовали, не думаю, что это сослужит добрую службу вашей репутации. А так – чем черт не шутит, может, вам и в самом деле удастся доказать, что вы невиновны, – усмехнулся Иван.

Хитров включил кнопку связи и спокойно спросил:

– В чем дело?

– В подъезд вошли двое, мне они показались подозрительными, – ответил молодой голос.

– Все в порядке, у меня здесь все под контролем.

Капитан удовлетворенно кивнул головой.

– Вот и отлично, а теперь пройдемте в нашу машину, Валерий Михайлович, и не советую вам делать глупости. Вы же понимаете, чем это может закончиться?

Хитров бросил тревожный взгляд на Ивана и пошел к выходу. Как только они вышли из подъезда, двое его сотрудников тут же заторопились к ним.

– Ждите Савинского, а мне нужно отъехать по делам, – сказал своим сотрудникам Хитров, и те послушно вернулись к машине.

– Вашей дисциплине можно только позавидовать, Валерий Михайлович, – с уважением сказал капитан. – Откровенно признаю это.

– Засунь свою откровенность знаешь куда… – процедил сквозь зубы мужчина, и, гордо вскинув голову, прошел к машине оперов.