Бриллиант мутной воды - Дарья Донцова

Ничего не понимая, я пошел к Элеоноре, но хозяйки не оказалосьни в спальне, ни в кабинете, ни в гостиной. Из ванной слышался плеск воды. Так,понятно, Нора принимает душ. Водные процедуры у нее растягиваются порой на двачаса, а мне не терпелось поскорей добраться до Капотни и прояснить ситуацию.Поколебавшись пару минут, я сбегал к себе, взял письмо, положил его в кабинетехозяйки на самое видное место и написал записку: «Поехал по указанному адресу,там вроде находится Дмитрий Быстров и его дочка Лиза, мне это показалосьинтересным. Позвоню вам позже, вы со мной не соединитесь, в моем телефоне селабатарейка, забыл „заправить“».

Добравшись до метро «Братиславская», я увидел большойсупермаркет, хотел сначала купить батон и упаковку вологодского, но тут жеодернул себя. Да ты, Иван Павлович, никак совсем разума лишился! Собралсяпривезти изголодавшимся людям лишь булку! Взяв проволочную тележку, я набил еекрупой, маслом, мясом, сыром, колбасой, творогом и потом еле дотащил тугиепакеты до квартиры Беаты.

Дверь и впрямь оказалась открытой, я крикнул:

— Митя, вы где?

— Тут, — донесся слабый голос.

Держа в руках сумки, я шагнул на звук и чуть не упал,споткнувшись о крохотного ребенка, который спал на пороге комнаты, прямо наголом полу, без подушки, одеяла и матраса. Ощутив толчок, девочка медленноподняла голову. На секунду мне показалось, что Лиза, которая сейчас мирнымобразом обедает у нас дома, каким-то непостижимым образом телепортировалась вКапотню, настолько похожи были малышки. Обе блондиночки, худые, дажеизможденные, вялые и молчаливые.

— Дочка совсем плохая, — прохрипел из полумракаголос, — ослабела от голода, а у меня нет сил встать, чтобы положить ее надиван.

Я подхватил почти невесомое тело ребенка, донес его докресла и устроил девочку на сиденье. В комнате было темно, занавески задернуты,свет выключен. Я шагнул к портьерам, распахнул их, повернулся к Мите ивскрикнул. На разобранном диване, том самом, где убили Беату, без постельногобелья, под синим старым байковым одеялом, лежал обнаженный по пояс парень. Еголицо, плечи и грудь покрывали жуткие пятна и нарывы. Зрелище было не дляслабонервных.

Внезапно юноша быстро сел, что показалось мне странным.Вроде он настолько слаб, что не может подойти к спящему на полу ребенку, астоль резко меняет позу.

Митя прикрыл лицо руками:

— Пожалуйста, задерните занавеску, у меня от светаглаза болят.

— Да, конечно, простите.

Комнату вновь наполнил полумрак.

— Спасибо, — прошелестел хозяин, — я незаразный, это от нарушения обмена веществ, но на всякий случай сядьте подальше,к кровати не подходите.

Честно сказать, я не горел желанием приближаться кнедужному, выглядел он жутко.

— Чем могу вам помочь? — запинаясь, пробормотал я,отойдя к противоположной стене.

— Сделайте доброе дело, — донеслось изтемноты, — сходите в ванную, там на стене шкафчик, пошарьте на полках,найдите ампулу и шприц.

— Но я не умею делать уколы, — испугался я.

— А и не надо, я сам введу себе лекарство, пожалуйста,очень прошу, мне не дойти.

— Да-да, конечно. — Я подскочил и бросился всанузел, крохотный и грязный, как, впрочем, и все в этой ужасной квартире.

Где же он, этот шкафчик? Ага, вот. Я раскрыл двери ипринялся рыться среди множества пузырьков. Внезапно мой нос ощутил знакомыйзапах. Машинально перебирая склянки, я подумал: «Кажется, где-то разлилибензин».

В ту же секунду послышался странный шум, скорее гул. Резкопотянуло дымом… Я бросился к двери, нажал на нее, но она не открылась. Непонимая, в чем дело, я кинулся на нее всем телом, но фанера неожиданнооказалась крепкой. Из комнаты полетел тихий детский крик, больше похожий наскулеж больной собаки. У меня затряслись руки. Что случилось? Отчего дверь неоткрывается? В квартире явно начался пожар. Маленькая Лиза плачет от ужаса, абедный Митя не может даже пошевелиться. Если я не выломаю дверь, погибнут все:девочка, мужчина и я.

Последняя мысль придала мне сил, но дверь стояла насмерть. Вполном ужасе я огляделся по сторонам. Нечего даже и думать о том, чтобыразбежаться и высадить преграду плечом. Санузел был в ширину полтора метра, небольше. Вверху, под потолком, имелось довольно широкое окошко, выходящее вкухню. Я забрался на бортик ванны и посмотрел в окно. С высоты моего почтидвухметрового роста было хорошо видно, как по занавескам весело скачет пламя.Нечего даже надеяться на то, чтобы пролезть в кухню, потому как в ней гудитогонь. К тому же мне, занятому в основном умственным трудом, ни за какиепряники не подтянуться на руках. Внезапно Лиза громко завизжала. Я слетел сбортика и от полной безнадежности изо всей силы ударил ногой возле ручки. Послышалсятреск. Я обрадовался и повторил маневр, раздался резкий звук «крак», и дверьотворилась. Я вылетел в коридор и мигом закашлялся. Пришлось возвращаться вванную, мочить в холодной воде полотенце, прикладывать его к лицу.

Огонь бушевал на кухне, а в комнате было совсем темно отдыма. Оторвав на секунду от лица мокрую тряпку я заорал:

— Лиза, Митя!

Слабый писк донесся из угла, где стоял диван, кое-как,заливаясь от едкого дыма слезами, я добрел до лежанки и пошарил по ней руками.Пусто! Несчастный, еле живой парень исчез.

— А-а-а, — послышалось откуда-то с пола.

Я нагнулся и заглянул под софу.

— Лизочка, иди сюда.

В ту же секунду мне в руки ткнулась мокрая мордашка. Яподхватил девочку, прижал к ее личику второй конец влажного полотенца ибросился к входной двери. Здесь меня ждал сюрприз. Выход был перекрыт.Понадобилось долгих пять минут, прежде чем я сообразил: квартира закрытаснаружи, а под непрезентабельной дерматиновой обивкой скрывается стальотличного качества. Почти потеряв голову, я кидался на железку. Девочка, обнявменя ручонками за шею, тихо ныла, трясясь всем своим маленьким тельцем. Можнобыло попытаться дойти до окна, выбить стекло, но и в комнате, и в кухнебушевало пламя. Огонь медленно подбирался к прихожей, и дышать становилосьнечем.

— Спокойно, — бормотал я, — спокойно,Лизочка, не плачь.

Я схватил телефон, стоявший у двери на тумбочке. В трубке небыло гудка, я потянул аппарат и понял, что провод оборван. И именно сегодня яоставил мобильный дома, в нем села батарейка. Ощущая полную безысходность, яшагнул назад в санузел, прикрыл сломанную дверь, включил воду и заткнул сливныеотверстия в раковине и ванне. Пока струя наполняла ванну, я успокаивал девочку.