Время собирать камни - Елена Михалкова

Через полчаса он вышел, качая головой. М-да, о том, чторассказала ему хозяйка, стоило задуматься. Что за странная баба! Другие засвоих детей горой стоят, а эта…

– Вань, здорово! Тебя никак обухом по головешарахнули? – К Коломееву подходил участковый.

– Не, Степ, не шарахнули, но ощущение такое же.Оказывается, гражданин Орлов, поселивший здесь свою матушку, страстно хотелприобрести Чернявский дом. И даже предлагал родной матери каким-нибудь хитрымобразом выжить оттуда хозяев. Он, видите ли, то ли с покупкой не успел, то лиденег предложил недостаточно… Короче, совсем свихнулся на этой почве. Так чтоначинаем проверять алиби господина Орлова. Мать его утверждает, что он приезжалв Калиново и во время первого убийства, и сейчас. Говорит, молчала, потому чтосына боялась, а теперь поняла, насколько все серьезно.

– Когда я с ней разговаривал, она что-тотемнила, – припомнил Капица. – Значит, сын у нее свихнулся…

– Во всяком случае, она так говорит.

– А зачем ей врать? Смысл-то какой? Кстати, ты заметил,что оба раза убивали в выходные?

– Заметил, заметил. Все, занимаемся Орловым.Получается, он у нас основной кандидат. Но все же к охотнику еще вашемузагляну. А то сезон два месяца как закончился, а он все охотится. Неподозрительно ли, Степа? Ты документы у него смотрел?

– Обижаешь, гражданин начальник! Смотреть смотрел, датолько…

Капица не договорил, но следователь прекрасно его понял. Присовременном уровне техники подделать можно что угодно, уж они-то оба хорошознали.

Бабка Степанида вышла навстречу Коломееву, когда онподнимался на крыльцо.

– Опять, что ли, по Женькину душу? – заворчалаона.

– Здравствуйте, я следователь, зовут меня ИванЕфремович. – Коломеев развернул документы. – Поговорить с вашимжильцом хотелось бы.

– Ой, не наговоритесь вы никак! Да что ж такое-тотворится, а?

– Убийства творятся, Степанида Семеновна. –Следователь знал от Капицы, как зовут хозяйку.

– А Женька тут при чем? Уж и говорили с ним, иучастковый приходил сто раз, и обувь нашу всю пересмотрели, и документыпроверяли… Все вам мало! Случилось, что ль, еще чего?

– Так можно с гражданином Гуричем побеседовать? –ушел от ответа Коломеев.

– Что, опять побеседовать? – раздался сзадинегромкий голос.

Коломеев обернулся и увидел подходившего к ним невысокогорыхловатого мужика с редкой порослью на лице.

– Степанида Семеновна, я в баньке все сделал.

– Ай, Женечка, ай, молодец! – закудахталастарушка.

– Вы со мной говорить хотите? – повторилохотник. – Вы вообще кто?

Коломеев опять представился. Женька молча проглядел егодокументы и спросил:

– Слушайте, что вы ко мне пристали? Я разве нарушаючто-то?

– Может, мы в доме поговорим? – предложилКоломеев. – Или так и будем на крыльце торчать?

– Не я хозяин, – сухо отозвался охотник.

– Проходите, проходите, – распахнула дверьСтепанида. – Жень, я до бани добегу, посмотрю.

Женька кивнул и прошел в дом, а за ним и Коломеев.

– Долго вы меня пытать будете? – начал Женька,сняв куртку и бросив на кровать. – Что на этот-то раз?

– Да вот, ходим, всех опрашиваем, – невозмутимоотозвался следователь. – Покойный Мысин в день своей смерти к вам заходил,вот и расскажите, о чем беседовали.

– Я уже говорил, и опер все за мной записал. У вас же впротоколе все указано!

– А я еще раз укажу. Так о чем разговор был?

– Дверь я ему помогал делать в доме, он зашел меняпоблагодарить и деньги отдать. Мы с ним так договаривались – если скрипеть небудет, он мне еще доплатит, сколько захочет.

– Ну и сколько захотел?

– Да не обидел, грешить на покойника не буду. В общем,отдал мне деньги, сказал, что к мужику местному зайдет, к богатею какому-то.Вроде Николаем Ивановичем зовут.

– Зачем зайти собирался, не говорил?

– Да нет же! Просто сказал, что в гости, вроде как предложитьчего-то. Не помню, врать не буду.

– И дальше что было?

– А дальше повернулся и ушел. Все. Что вам еще от менянадо?

– А что это ты, гражданин Гурич, какой нервный? –по-свойски поинтересовался Коломеев. – Боишься чего?

– Бояться мне нечего, а вот что надоели вы все, так топравда. Живу я тихо, вреда никому не делаю, хозяйке своей помогаю, как могу. Авсе равно то участковый в гости, то вы на чай. Преступником себя чувствую,ей-богу!

Коломеев помолчал, присмотрелся к охотнику и сказалмиролюбиво:

– Но мы ж не только к тебе, мы ко всем ходим. Шутка ли,убийства такие! А потом, я ведь человек подневольный – куда послали, то исделал. Сказали жителей опрашивать – пошел опрашивать. Так что не тебе одномутакое внимание.

– Вот потому мне возвращаться на работу и не хочется,что то же самое будет! – неожиданно сказал Женька и сел на стул. –Как вспомню – оторопь берет. Как жил?! Ничего не видел, только начальникасвоего рожу. Чуть что – сразу страх: уволят к такой-то матери, и что тогда? И нето ведь, что страшно работу не найти – нашел бы, – просто противно: меня,взрослого мужика, какой-то козел вышибет! А тут, пока страхи здешние неначались, как оттаял. Веришь – до смерти бы так жил, и не надо больше ничего.

Коломеев пристально смотрел на нелепого мужика, сидевшегонапротив него и мечтательно глядящего за окно.

– Так что ж мешает? – наконец спросил он. –Если бабка тебя терпит, что ж не жить?

– А деньги-то откуда? – вопросом на вопрос ответилохотник.

– А сейчас откуда?

– Смеяться будешь – наследство получил, от тетки.Сначала думал, может, купить что-нибудь. А что купишь? На приличную машину нехватит, смех один будет, а не машина, про квартиру уж и заикаться нечего.Приобрел ружье хорошее и сюда подался. Пока хватает, чтобы хозяйке платить дана еду. А закончатся деньги – придется в Москву возвращаться, делать нечего.

– Слушай, а как ты вообще про Калиново узнал? –заинтересовался Коломеев.

– Не поверишь, – усмехнулся Женька. – Сел вавтобус и поехал, куда глаза глядят. А по дороге разговорился с бабулькой,которая рядом сидела. Степанида и оказалась. Вот так я у нее и прижился.

– Понятно. Ладно, бывай, – поднялсяследователь. – Интересный ты человек…

– Что же во мне интересного? – искренне изумилсяЖенька.

– Да так… Сдается мне, если б ты один в лесу жил, тотам и было бы самое для тебя счастье.