Ушебти - Александр Асмолов

– Все.

– Ну, ты даешь. Я только сейчас вспомнила… Рассказывай! Варя присела на краешек огромного кресла, нахохлившись, словно воробей. Держа чашку обеими руками, она отпивала чай маленькими глотками.

– Давай договоримся, что ничего не было. Мы просто заехали выпить чаю и поболтать о твоей предстоящей поездке.

– Постой. Какой поездке? – недоумевала Саша.

– Ты же собралась в Бельгию.

– Да… А как же…

– Поверь мне! Так надо. Я не буду ничего объяснять, а ты не будешь спрашивать.

– Но как же… – взгляд Александры вдруг потух, и лицо окаменело. – Все так плохо?

– Нет. Все будет хорошо, но тебе нужно вести себя как прежде. Мне нужно время.

– А ты поедешь с нами? Я все устрою. Визу билеты. О расходах не беспокойся. Я уже все придумала. Мы оформим тебя как няню, и ты будешь все время рядом. Ты сильная и сможешь одолеть его. Мы заставим их вернуть второй вариант уставного договора. Мы…

– Саша!

Сцепив пальцы, женщина лихорадочно что-то говорила, очевидно, и сама не очень веря своим словам. Это был приступ отчаяния. Варя понимала это и не прерывала потоки взволнованных судорожных фантазий. Они давно накопились в одинокой душе и теперь выплескивались на благодарного слушателя. Девушка лишь села на широкий подлокотник кресла, в котором, как в клетке, металась взволнованная женщина, и ласково прижала ее горячую голову к себе. Молча слушала она нервную отрывистую речь и осторожно гладила короткую стильную прическу бизнес-леди. А та никак не могла остановиться, строя один план нереальнее другого.

Когда же Саша затихла, едва всхлипывая и безвольно опустив ухоженные руки с длинными пальцами, тишина и сумрак осторожно покинули свое укромное убежище и заглянули в комнату с двумя креслами. Тщедушная малышка с черными глазами, казалось, стала выше и стройнее. От девушки веяло силой. Она не принимала напыщенных поз и не произносила угрожающих фраз, но от нее, словно запах, по комнате распространялся поток силы. Его хотелось вдыхать всей грудью, словно комната превратилась в майский вишневый сад, на пару дней озаренный тысячами маленьких нежных цветков.

– Успокоилась? Вот и умница. Надеюсь, ты не делилась этими планами еще с кем-нибудь?

Саша отрицательно покачала головой.

– Тебе нельзя выдавать себя никоим образом, – Варя вернулась на свое место. – Если я правильно поняла, деньги очень большие, – женщина лишь молча кивнула в ответ. – Нам нужно быть предельно осторожными. Не исключено, что за тобой приглядывает кто-то из сотрудников или знакомых.

Саша вскинула удивленные глаза, но Варя жестом остановила ее.

– Тебе нужно поскорее забыть нашу встречу. Заставить себя забыть. Пожалуйста, не проговорись. Это очень важно. Доверься мне и сделай так, как я прошу. Женщина лишь сдержанно кивнула.

– Я сняла информацию очень аккуратно и не оставила следов. Никто ничего не почувствует, и ты должна в это верить! Запомни, ничего не было. Ты меня едва помнишь. Мы когда-то встречались на занятиях то ли фитнеса, то ли плавания. Я просто знакомая. И все!

– Зимой я ходила по утрам в бассейн на Варшавке. «Труд», кажется.

– Точно. Там есть школа начинающих дайверов. Они удивленно посмотрели друг на друга. Тесен мир.

– Оттяни как можно дольше отъезд в Бельгию. Хотя бы на пару недель.

– Хорошо.

– Я буду звонить тебе каждый третий день в двадцать три часа. Это удобно?

– Вполне.

– Не обращай внимания на номер, который определит твой сотовый. Я звоню с разных телефонов.

– Мы играем в шпионов.

– Просто мне так спокойнее.

– Хорошо.

– А теперь мне пора…

– Я вызову такси. И не возражай, пожалуйста. Мне не трудно это оплатить.

Осень иногда бывает удивительно щедрой. Решившись раздать остатки тепла, она будто соперничает с ушедшим летом, намекая, что не хуже. И тогда прохожие расстегивают куртки и плащи, подставляя лица последним солнечным лучам. Загадочно улыбаются и молчат о чем-то ушедшем.

– Красавица, а яблоки попробовать можно?

Варя вздрогнула от неожиданности. Задумавшись, она не заметила, как у ее прилавка на рынке оказался улыбающийся симпатичный парень. Телогрейка, сапоги и платок вряд ли делали ее моделью, не говоря о перепачканных руках.

– Конечно, сейчас отрежу, – засуетилась девушка. – Сладкие, как мед. Только утром собрала. Бери, не пожалеешь! Вот, попробуй.

Парень взял отрезанную дольку и, приподняв голову, посмаковал.

– А дай-ка мне, вон то, – он наклонился почти вплотную к Варе, дотягиваясь до спелого красного яблока, потом неожиданно тихо прошептал: – С тобой хочет поговорить Маша. Оказавшийся каким-то образом в руках девушки чужой сотовый телефон через минуту соединился с далеким абонентом. Парень как ни в чем не бывало выбирал яблоки и балагурил, а в маленьком аппарате зазвучал до боли знакомый голос:

– Алло, Варя, алло. Это Маша! Ну, где же ты, я тебя не слышу. Алло!

– Маша?

– Господи, ну наконец-то! Воробушек, это ты? – Д-да…

– Здравствуй, дорогая! Я очень рада тебя слышать.

– Но как?

– Ни о чем не спрашивай. Заканчивай свои дела и отправляйся вместе с Иваном. Можешь ему доверять. Он тебе все расскажет. Этот мобильник оставь себе и звони мне в любое время.

Варя растерянно смотрела то на парня, то на замолкнувший телефон.

– Красавица, а яблок у тебя много? – он обезоруживающе улыбался, сочно надкусывая спелое яблоко. – У меня машина на стоянке, я бы все взял. Бабушка варенья наварит.

– Два мешка, – едва приходя в себя от неожиданности, пролепетала Варя.

– С меня тысяча. По рукам?

– Сначала деньги давай, – Варя подбоченилась, как заправская торговка.

– Обижаешь, хозяйка, – парень протянул купюру. – Поможешь в яблоки багажник положить, я тебя до метро подброшу. Соседки с завистью смотрели вслед веселому парню, что так заботится о своих родственниках, и девчушке, которой повезло сегодня с покупателем.

– Ну, здравствуй, потерянная душа, – парень сел за руль и аккуратно захлопнул дверцу иномарки, которая не предназначалась для перевозки мешков. – Меня зовут Иван, я знакомый Маши, которая очень просила тебя отыскать.

– Варя, – еще не веря такой удаче, опасливо озираясь, проговорила девушка.

– Я поеду потихоньку до «Дмитровской», а ты сама решишь, что делать.

– И как ты меня вычислил?

– Просто, – он мягко тронулся с места. – У тетки не живешь, с кафедры ушла. Денег нет, жить негде. Надо подрабатывать, а на стройку ты не пойдешь. Я прикинул вариант с репетиторством, но если ты решила прятаться, то по агентствам тебя будет легко отыскать, и ты туда не пойдешь. На рынках затеряться проще. Для техники или стройматериалов нужны знакомства, которых нет, а на продуктовой сезонке тебе самое место. Чтобы не встретиться с родственниками, которые живут на Каширке, ты подалась на север.