Падение Ворона - Данил Корецкий

– Я бы с этим не связывался, но мне обещали продать ее почти даром… Какой же смысл отказываться? – без умолку тараторил Миша. – В общем, придётся, наверное, такси взять. Там же есть такси? Наверно, дорого?

– Не переживай, – бросил Ворон. – Я на тачке, подброшу.

– Вот здорово! И веселей вдвоем! – по-детски обрадовался Миша. – Спасибо большое!

– Да пока не за что! Давай сначала доедем.

– Доедем, куда мы денемся!

Но на подходе к Карне поднялся шестибальный шторм. Ещё двое суток «Молодая гвардия» не могла зайти в порт и болталась в море в ожидании погоды. Правда, качка не мучила: из-за большого веса шторм не был властен над паромом. Пассажиры сидели в барах и ресторане, толпились в бильярдной, большинство валялись в каютах и спали.

– Интересно, долго еще? – спрашивал Миша, то и дело выглядывая в иллюминатор.

– Меньше болтай, а то еще чего-то накаркаешь! – раздраженно сказал Ворон. – Куда денемся, куда денемся… Ну, и куда ты делся?! А у меня убытки! С кого их получать? С тебя?

– Так просто совпало, – виновато оправдывался Миша. – Случайность! Я-то причем?

Он не понимал: шутит его сосед, или говорит серьезно. Хотя Ворон никогда не шутил, да к тому же, в его кругах шутки вообще не были приняты. Хотя снимать деньги с соседа он, конечно, не собирался.

Все когда-нибудь заканчивается, закончился и шторм. Но не проблемы Ворона. Во-первых, оказалось, что у него просрочено приглашение для въезда в страну. А во‐вторых, поменялся начальник пограничной смены. Вместо старого приятеля толстяка-жизнелюба Христо, в кабинете сидел молодой, подтянутый человек со строгим лицом, демонстрирующим любовь к здоровому образу жизни и отвращение к спиртным напиткам. На новой табличке значилась его фамилия: Бояров Т.

– Что значит, в следующий раз продлите? – возмущённо сказал он на приличном русском, возвращая Ворону загранпаспорт и не обращая внимания на коробку с коньяком. – Вот в следующий раз и приезжайте!

– Да я же забыл просто, что срок истекает, – объяснял Ворон. – Это же обычная формальность…

Он будто невзначай достал сто долларов, но Бояров воспринял это так, будто нарушитель собрался справить нужду в его кабинете.

– Попрошу покинуть помещение! – ледяным тоном произнес он. – И запомните: теперь здесь соблюдается закон. А все попытки его обойти, будут жестко пресекаться!

Ворон вышел ни с чем.

– Что же теперь делать? – озабоченно спросил Миша, как будто это его не пускали через границу.

– Мне придётся возвращаться, – ответил Ворон. – Но тебе я помогу.

Он проводил соседа до КПП, договорился с пограничниками, чтобы его пропустили без волокиты, нашёл попутную машину, чтобы подвезли до города…

– Если до вечера управишься, то назад вместе поплывём, – сказал на прощание Ворон. – Вечером другой паром пойдёт – «Красный партизан», вчерашний, а наш на отстой до утра встанет – проверка, ремонт, выходной день экипажу… У них и так график сбился. А мне ночевать здесь смысла нет.

– Конечно, управлюсь!

– Не загадывай, ты уже накаркал!

– Два раза снаряд в одно место не попадает!

– Много ты знаешь про снаряды… Ладно, давай до вечера!

– До вечера. – Миша пожимал ему руку, а сам смотрел куда-то мимо.

– Да что ты там увидел?

– Смотри, какая рожа, вылитый Фантомас!

Действительно, за шлагбаумом КПП, с пограничником беседовал высокий полный парень бандитского вида. Сглаженные черты лица напоминали резиновую маску – выкраси кожу в зеленый цвет, действительно получится Фантомас.

– Да и хрен с ним! – сплюнул Ворон. – Нам он по барабану!

Миша беспрепятственно прошел пограничный контроль и уехал, а Ворон сел в машину и от скуки снова принялся читать Библию.

Когда объявили погрузку, он заехал одним из первых. Предварительно зашел к капитану. На этот раз Шлеп-нога встретил его, как родного: пригласил в каюту, налил рюмку «Солнечного берега», выставил вазу с фруктами.

– Ты не обижайся, работа у меня нервная, и не всегда получается все, как хочешь. Да ты пей, на меня не ровняйся, я же на работе!

Ворон выпил пару рюмок, потом вышел на пассажирскую палубу и наблюдал за погрузкой. Миша приехал поздно. Загнал на грузовую палубу свою белую, вполне приличную «Ауди», и поднялся на пассажирскую палубу одним из последних.

– Ну, как съездил? – подошел к нему Ворон. Он был в благодушном настроении. – Тачкой доволен?

– Да, да… Доволен…

Мишу словно подменили: выглядел он каким-то испуганным, обычной словоохотливости как не бывало.

– Чего ты такой невеселый?

– Спать хочу, ноги не держат! – ответил Миша и быстро ушёл в каюту.

В этот раз дошли по расписанию. Даже один из двух двигателей в пути не глушили для экономии топлива, видимо, чтобы войти в свой график, нарушенный штормом. Так что, к обеду следующего дня паром причалил в Партизанске.

Мишина «Ауди» стояла к выезду ближе и должна была покинуть паром в числе первых, поэтому Ворон решил попрощаться с ним заранее.

– Спасибо за помощь! – крепко пожал руку Миша и побежал в транспортный отсек.

Ворон не торопился. Он проходил процедуру выгрузки много раз и знал, что времени ещё достаточно – сначала маневровый локомотив вытащит с кормы последние вагоны, потом выедут стоящие на первой палубе машины… «Что-то пошло не так», – понял он, наблюдая за выгрузкой с пассажирской палубы. На выезде образовался затор, вокруг которого сновали люди, матерясь и разводя руками.

Ворон спустился к своей машине.

– Что там стряслось? – спросил по пути у встречного матроса.

– Мотовоз сломался. Заводи, будем по запасному выпускать!

Ворон прыгнул за руль и принялся медленно выезжать вдоль самого борта, подчиняясь регулировщику, указывавшему направление движения. Через два ряда машин справа от себя он увидел Мишу и помахал ему рукой. У того перед машиной, перегородив выезд, стояли два железнодорожных вагона.

К удивлению Ворона, Миша начал подавать ему знаки остановиться.

– Живее, живее! – крутил рукой регулировщик. – Выезжай!

Останавливаться здесь было нельзя. Лишь выехав на берег и отъехав в сторону, Ворон остановился и вышел из машины.

– Что случилось? – спросил он у подбежавшего Миши.

– Так это твоя машина?!

– Ну, моя, – удивился Ворон. – А что?

– А то, – ещё тяжело дыша, сообщил Миша. – Когда я возвращался из Карны, недалеко от порта меня остановили бандиты и забрали двести баксов – налог «за дорогу». Пока я с ними торговался, к ним подошел тот самый Фантомас, который с пограничниками терся… Помнишь его?