Один неверный шаг - Харлан Кобен

Причина смерти – два пулевых отверстия в затылке.

Через час Черил Саттон, капитан «Нью-йоркских дельфинов» опознала в убитой женщине свою подругу по команде Бренду Слотер.

Машина стояла все на том же месте.

– Я хочу поездить, – сказал Майрон. – Один.

Уин потер пальцами глаза. Потом молча вылез из автомобиля. Майрон скользнул на место водителя и нажал на газ. Он мчался мимо деревьев и машин, мимо дорожных знаков и домов, мимо магазинов и людей, вышедших на вечернюю прогулку. Из проезжающих автомобилей доносилась громкая музыка. Майрон продолжал гонку. И тщательно пытался изгнать из головы образ Бренды.

Не сейчас.

Когда он подъехал к квартире Эсперанцы, был уже час ночи. Она сидела на пороге, вроде бы ждала его. Он остановил машину, но не вышел. Эсперанца подошла к нему. Майрон увидел, что она плакала.

– Зайди, – попросила она.

Майрон покачал головой.

Эсперанца стояла молча, смотрела на него, не переставая плакать.

– Ты ее любил, – сказала она.

Майрон закрыл глаза, немного посидел, потом снова открыл.

– Я не об этом говорю, – возразил он. – Я говорю о нас. Все, что я знаю, весь мой прошлый опыт уверяют меня, что наше партнерство обречено. Но потом я вижу тебя. Ты самый славный человек из всех, кого я знаю, Эсперанца. Ты – мой самый близкий друг. Я тебя люблю.

– Я тоже тебя люблю, – сказала она.

– Я хочу, чтобы ты осталась.

– Хорошо, потому что я все равно не смогла бы уйти. – Она подошла поближе. – Майрон, пожалуйста, зайди в дом. Мы поговорим, ладно?

Он отрицательно покачал годовой.

– Через несколько часов я буду у Уина.

– Договорились, буду ждать тебя там.

Майрон отъехал, не дожидаясь, скажет ли она что-нибудь еще.

* * *

– Вы их всех убили, – заявил он. – Сначала Аниту. Потом Хораса. Теперь Бренду.

Она открыла рот от удивления.

– Что ты такое говоришь?

Майрон вынул пистолет и нацелил его в лоб старой женщины.

– Если будете лгать, я вас убью.

Шок у Мейбел быстро сменился холодным пренебрежением.

– Ты записываешь разговор, Майрон?

– Нет.

– Впрочем, не имеет значения. Ты держишь меня под прицелом. Я скажу все, что пожелаешь.

Подталкивая дулом пистолета, он заставил ее войти в дом. Закрыл за собой дверь. Фотография Хораса все еще стояла на каминной доске. Майрон секунду смотрел на друга. Потом повернулся к Мейбел.

– Вы мне лгали, – произнес он. – С самого начала. Все, что вы говорили, было ложью. Анита никогда вам не звонила. Она умерла двадцать лет назад.

– Кто тебе сказал?

– Чанс Брэдфорд.

– Разве такому человеку можно верить? – фыркнула она презрительно.

– Ваш телефон прослушивался, – сказал Майрон.

– Что?

– По распоряжению Артура Брэдфорда. Все двадцать лет. Он надеялся, что Анита вам позвонит. Но мы все знаем, что она никогда не звонила.

– Это ничего не значит, – заявила Мейбел. – Может быть, он пропустил эти звонки.

– Не думаю. Это еще не все. Вы сказали, что Хорас звонил вам на прошлой неделе, после исчезновения. И трогательно попросил вас не искать его. И опять же, ваш телефон прослушивался. Артур Брэдфорд искал Хораса. Почему он ничего об этом не знал?

– Наверное, опять прошляпил.

Майрон покачал головой.

– Я только что навестил одного тупого бандита по имени Марио, – продолжил он. – Я его внезапно разбудил и слегка потрепал. Говорю это без всякой гордости. Марио признался в самых различных преступлениях. Включая попытку вместе со своим тощим приятелем получить у вас информацию. Как вы мне и поведали. Но он клянется, что фонарь под глазом он вам не ставил. И я ему верю. Потому что ударил вас Хорас.

В последнее время Майрона стало беспокоить собственное отношение к расовым вопросам. Теперь он осознал истину. Его полусонные предрассудки перекрутились в нем, подобно змее, норовящей ухватить себя за хвост. Мейбел Эдвардс. Милая чернокожая старушка. Вязальные спицы и очки на носу. Большая, добрая, основательная. Зло никак не может прятаться в такой правильной оболочке.

– Вы сказали, что переехали сюда вскоре после исчезновения Аниты Слотер. Как могла вдова из Ньюарка позволить себе такую покупку? Вы упоминали, что ваш сын учился в Йельском юридическом колледже. На какие шиши? Простите, но на такое обучение официантом сейчас не заработаешь.

– Ну и что?

Он все еще держал ее на мушке.

– Вы ведь с самого начала знали, что Хорас – не отец Бренды, верно? Анита была вашей ближайшей подругой. Вы тогда тоже работали у Брэдфордов в доме. Вы должны были знать.

Мейбел не шелохнулась.

– Ну и что? – повторила она.

– Тогда вы знали, что Анита собирается сбежать. Она наверняка с вами поделилась. И если бы в гостинице она столкнулась с проблемой, то позвонила бы вам, не Хорасу.

– Возможно, – согласилась Мейбел. – Гипотетически все возможно.

Майрон прижал дуло к ее лбу и толкнул на диван.

– Вы убили Аниту из-за денег?

Мейбел улыбнулась. На первый взгляд, это была все та же небесная улыбка, но теперь Майрону показалось, что он видит скрываемое за нею зло.

– Наверное, Майрон, гипотетически у меня могло быть много мотивов. Да, деньги. Четырнадцать тысяч – большие деньги. Или сестринская любовь – Анита собиралась разбить сердце моего брата, так ведь? Хотела забрать девочку, которую он считал своей дочерью. Возможно, она даже собиралась сказать Хорасу правду об отце Бренды. И возможно, Хорас сообразил бы, что его единственная сестра покрывала Аниту все эти годы. – Она взглянула на пистолет. – Много мотивов, надо признаться.

– Как вы это сделали, Мейбел?

– Уходи, Майрон.

Майрон снова поднял пистолет.

– Как?

– Ты думаешь, я тебя боюсь?

Он снова ткнул ей в лоб дулом. С силой. И еще раз.

– Как?

– Что ты имеешь в виду, как? – Она брызгала слюной от ярости. – Да ничего сложного, Майрон. Она же была матерью. Я могла тихонько показать ей пистолет и сказать, что если она не будет меня слушаться, я убью ее дочь. И Анита, как хорошая мать, могла меня послушаться. В последний раз обнять дочь и велеть ей ждать в холле. А я могла приглушить звук выстрела подушкой. Просто, верно?

Волна ярости окатила его.

– Так что же произошло?

Мейбел поколебалась. Майрон снова ударил ее пистолетом.