Не засыпай - Меган Голдин

Страх пронзает меня, когда приходит осознание. Я слишком напугана, чтобы двигаться, слишком напугана, чтобы даже дышать, когда я понимаю, насколько опасно мое положение. Я в машине с убийцей Эми и Марко.

Сидя за рулем, он, возможно, чувствует, что что-то не так, и поворачивает голову, чтобы посмотреть на меня.

– Ты в порядке, Лив? Ты выглядишь очень бледной.

– Ага. Просто устала, – мне требуется все мое самообладание, чтобы притвориться, будто я все еще не знаю, что происходит.

– Почему бы тебе не закрыть глаза и не поспать. Я разбужу тебя, когда мы приедем, – предлагает он с беспокойством в голосе. Он нажимает педаль газа, ускоряясь на перекрестке.

Я не попадаюсь на удочку его доброты. Я знаю, кто он на самом деле. Я знаю, что он убил Эми и Марко и, вероятно, собирается убить меня.

Я смотрю на слова «НЕ ЗАСЫПАЙ», написанные на тыльной стороне моих ладоней под костяшками пальцев. Из телефонных сообщений Теда, которые я просмотрела в корейском ресторане, я знаю, что каждый раз, когда я засыпаю, я забываю обо всем, что произошло с того дня, когда Эми и Марко были убиты. Я закрываю глаза и притворяюсь, что сплю, снова и снова повторяя в голове, словно первобытный крик: «Не засыпай, не засыпай, не засыпай».

Через некоторое время двигатель автомобиля замолкает. Бретт отстегивает ремень безопасности и выходит, запирая меня внутри. Я слышу, как удаляются его шаги, сопровождаемые бормотанием голосов, перемежающихся с грохотом проносящихся мимо машин. Я набираюсь смелости открыть глаза, чтобы украдкой взглянуть на происходящее. Он стоит ко мне спиной в нескольких метрах от машины и разговаривает по телефону. Я предполагаю, что он отвечает на тот звонок, который застал нас в машине.

Не спуская глаз с его спины, я достаю из кармана джинсов сотовый телефон и меню корейской еды навынос. Быстро набираю номер телефона, оставленный мне женщиной-детективом, который нацарапала на меню, и скидываю ей свое местоположение.

«Помогите мне», – пишу я ей.

Я нажимаю «Отправить», затем перевожу телефон в беззвучный режим и кладу его обратно в карман. Меню навынос упало на пол машины, но поднимать его слишком рискованно. Я пинаю его под сиденье и притворяюсь, что сплю, прислонившись лбом к пассажирскому окну. Дверь водителя открывается, и машина проседает, когда он садится.

Он включает зажигание и выруливает обратно в поток машин. Я чувствую, как он сверлит меня взглядом. Должно быть, он пытается понять, действительно ли я сплю. Я заставляю себя дышать медленно и размеренно, пока он за мной наблюдает. Он осторожно убирает мою челку с лица.

– Чертовски жаль, что тебе и твоему другу понадобилось копаться в прошлом, – говорит он себе под нос.

Через некоторое время он ставит инструментальный джаз. Мягкая музыка резко контрастирует с холодным ужасом, сжимающим меня так плотно, что каждый нерв находится на пределе. Я открываю глаза на миллисекунду и вижу, что мы едем по неосвещенной промышленной зоне со складами. Гравий хрустит под колесами автомобиля. Мы подпрыгиваем на нескольких глубоких выбоинах. Затем мы останавливаемся.

Глава шестидесятая

Среда, 23:44

Когда он останавливает машину, я продолжаю притворяться, что сплю. Все мои органы чувств сосредоточены на попытке понять, что происходит и где мы находимся. Я слишком боюсь открыть глаза и увидеть это место. Я ощущаю, как он наблюдает за мной. Мне нужно, чтобы он думал, что я все еще сплю.

Он наклоняется ко мне, его дыхание согревает мне кожу. Я заставляю себя оставаться неподвижной. На этот раз он не прикасается к моим волосам. Он открывает бардачок и что-то достает. Я не понимаю, что это, пока не слышу серию металлических щелчков. Звучит как пистолет, заряжаемый магазином патронов.

– Просыпайся, Лив, – он грубо трясет меня за плечи и расстегивает ремень безопасности.

Если у меня есть хоть какой-то шанс убежать от него, я должна дать ему понять, что я только что проснулась и, таким образом, снова потеряла память. Я преувеличенно зеваю и устало протираю глаза.

– Где мы?

– Мы здесь, чтобы встретиться с Эми.

В свете всего, что я сегодня узнала, меня пробирает дрожь оттого, как он произносит ее имя.

– Эми здесь? – подыгрываю я.

– Она ждет тебя, – он смотрит на свои наручные часы. – Мы опаздываем.

Я вылезаю из машины. Мои колени настолько слабы, что почти подкашиваются подо мной. Он держит меня за плечо с притворной заботой. Его хватка крепка. Я никак не могу вырваться. Я не подаю вида, что мне больно. Чем дольше я буду продолжать этот цирк, тем дольше я останусь в живых.

Холодный ветер обдувает нас, пока мы идем к заброшенному складу. Наш путь освещает луч его фонарика.

– Что мы здесь делаем?

– Помнишь, Эми получила билеты на новую постановку «Макбета», действие которой происходит в антиутопическом мире. Ты знаешь, как сильно она любит авангардный театр. Лично я нахожу его скучным, но не хочу ее расстраивать.

Мы переступаем через лужи, приближаясь к заброшенному зданию. Окна заколочены и изуродованы ругательствами и аляповатыми рисунками.

– Надеюсь, на этот раз зрители будут сидеть, – говорю я, поддерживая его фарс. – Когда Эми водила меня на одну из этих авангардных постановок в прошлый раз, все происходило на старой пивоварне. Пришлось все представление стоять. К концу вечера мои ноги были в агонии.

– Я почти уверен, что на этом спектакле сидят, – успокаивает он, ведя меня в заднюю часть здания. – Эми будет раздосадована тем, что мы так опоздали.

Он пробивает доску, закрывающую подвальное окно в задней части здания, уничтожая всякую иллюзию того, что мы здесь, чтобы посмотреть спектакль. Он грубо пихает меня в оконный проем. Я со стоном приземляюсь на бетонный пол в темной кладовой.

Сотни пластиковых стульев-кресел навалены горами разной высоты. На полу лежат старые металлические шкафы для документов, некоторые опрокинуты набок. Другие стоят прямо. Ящики сложены в неустойчивые башни. Множество столов придвинуто к стене. Есть и вращающиеся стулья, десятки из них расставлены неаккуратными рядами.

Меня пугает пронзительный писк. Крысы. Он направляет фонарик на грызуна, бегущего вдоль оконной рамы. Подняв со стола запыленную папку, он бросает ее в крысу, как фрисби. Она попадает в цель. Животные разбегаются. Моя кожа покрывается мурашками. Он ослабляет хватку на моем плече и бросает еще одну папку.

Я пользуюсь своим