Растворенные - Сара Блэдэль

– Из-за утонувшей девочки? – предположил Лиам.

– Понятия не имею, потому что никогда не слышала об этом несчастном случае, но мы все равно ходили туда, потому что Анна, которая там жила на ферме с мужем, угощала нас хлебом с медом. Они держали ульи на заднем дворе. Мне всегда казалось, что нам не разрешали туда ходить из-за ульев.

– И там был резервуар для навозной жижи?

Лиам говорил так торопливо, что слова налетали друг на друга.

– Да, я почти уверена в этом. Но прошло много лет с тех пор, как я была там в последний раз.

– Ты можешь сказать, где это? – вмешался Мартин. – Я немедленно отправлю туда группу!

– Место нетрудно найти, дом находится у церкви Керум, – ответила Дея. – Один из домов позади церкви.

– На Керумсвай, – сказал Мартин, указывая на церковь на карте. – Но вокруг церкви Керум довольно много резервуаров.

– Нам нужны координаты всех резервуаров возле церкви.

Лиам оторвал взгляд от карты Фюна и посмотрел на Мартина, который уверенно кивнул.

– Отправляем туда людей и поднимаем все люки в округе.

Мартин снова кивнул.

– А нам с тобой, – Лиам посмотрел на Дею, которая застыла на месте, – нам нужно снова поговорить с Эрнстом, пусть расскажет, где именно произошел несчастный случай.

* * *

Когда они подошли к дому, в окне кухни все еще горел свет. Дея представила себе, как Мона сидит на кухне в полной растерянности. Наверное, ей следовало остаться с ней, подумала она. Но сейчас у нее не было такой возможности.

Дея громко постучала, затем сама открыла дверь и пошла прямо на кухню. Там никого не было. Она обошла весь дом, выкрикивая Эрнста и Мону, но ей никто не ответил. Она направилась к спальням и тут услышала позади себя голос Лиама.

– Их машины нет. Они уехали!

Дея все равно проверила гостиную и заглянула в спальни – обе кровати были пусты. Халат Моны валялся на стуле.

– Поехали! – крикнул Лиам.

Дея быстро побежала к выходу. Они добежали до дома Йоханнеса и сели в машину.

Когда они добрались до Керума, Лиам передал ей карту, которую им дал Мартин, на ней были отмечены все дома вокруг церкви.

– Ты что-нибудь узнаешь?

Ночное небо над ними было черным, и дождь бил по ветровому стеклу.

– Узнаю ли? Нет, совсем! Как, черт возьми, я могу узнать здесь хоть что-то?! Не видно ни зги, и прошло уже больше тридцати лет с тех пор, как я в последний раз приезжала сюда на каникулы, – сказала Дея, вытирая внезапно подступившие слезы, но потом взяла себя в руки и включила прожектор на крыше машины. Теперь им было видно колокольню.

Дея наклонилась над картой.

– Подожди… Мы ходили через поля к Альфреду и Анне, и…

Она внимательно изучала карту.

– Если церковь там, то… ну, тогда, наверное, надо ехать по той грунтовой дороге!

Часы на приборной панели «пассата» показывали 02:27, когда Лиам и Дея въехали на узкую грунтовую дорогу вблизи церкви.

– Ты уверена, что картографическая группа отметила резервуар в этом направлении? – спросил Лиам. – По-моему, те, что на карте, находятся дальше.

– Не знаю, но именно здесь нам не разрешал играть дедушка, это точно.

Дея вглядывалась в темноту и уже не сомневалась, куда надо ехать.

– Дом Анны и Альфреда был в конце этой дороги.

Лиам осторожно вел машину по неровной, ухабистой дороге, и вскоре они добрались до дома, спрятавшегося за густыми зарослями старых деревьев.

Они остановились, не выключая фары, и попытались сориентироваться. Это был довольно большой хутор, и грунтовая дорога шла мимо него дальше.

Дея вышла из машины и огляделась. В доме было темно, но в свете автомобильных фар на мелкой гравийной крошке хорошо были видны свежие следы широких колес.

– Резервуар был там, за хлевом, – она уверенно махнула рукой.

– Сейчас здесь живет какой-то старик, – сказал Лиам за ее спиной.

Он заглушил двигатель, но фары все еще горели. Они отбрасывали яркий свет на побеленную кирпичную кладку.

Они подошли к входной двери и постучали. Никто им не открыл. Лиам снова громко постучал.

– Я совсем забыла, как тут все выглядело, – сказала Дея, оглядывая дом. – Если человек, который здесь живет, находится в том же состоянии, что и дом, то полагаю, он и не слышит, и не видит.

Лиам внимательно огляделся по сторонам. Дождь превратил двор в грязное озеро. Волосы Лиама намокли, с носа все время стекали капли дождя.

– Обойду хлев, поищу резервуар там. – Дея включила фонарик и побежала к углу дома.

* * *

Лиам сделал последнюю попытку и изо всех сил постучал в дверь. Он уже собрался последовать за Деей, когда в матовом окошке зажегся свет. Через минуту дверь открылась. Перед Лиамом стоял мужчина весьма преклонных лет.

– Полиция, – сказал Лиам.

– Что?

– Полиция! – повторил Лиам громче, протягивая жетон.

Старик открыл дверь пошире и шагнул к Лиаму.

– Ничего не вижу без очков, – сказал он, – а мои очки… – Он дотронулся до лба, затем устало покачал головой. – А в чем дело?

– Извините, что беспокою вас посреди ночи, но мы ищем резервуар для навозной жижи.

– Резервуар для навозной жижи? – удивился старик. Говорил он как-то невнятно, слова складывались с трудом. Лиам подумал, что, вероятно, старик вынул зубной протез на ночь.

– В настоящее время в этом районе проводится масштабная полицейская операция. На вашем участке есть такой резервуар?

Старик кивнул, но, похоже, про полицейскую операцию не понял.

– Позади дома есть резервуар, но в нем уже много лет не было навоза, – пробормотал мужчина, махнув рукой в темноту. Он поднял взгляд на Лиама и медленно покачал головой. – Не думаю, что чем-то могу помочь.

– Скажите, а не проезжали ли в последние несколько дней мимо вашего дома какие-то незнакомые вам люди? – продолжил Лиам.

Старик казался каким-то хрупким и прозрачным, но внезапно в его голосе зазвучала сила.

– Там вот рыбачат, – уверенно произнес он и снова махнул рукой.

– За хутором?

– Да, там посреди поля большое озеро. Обогните сарай и идите прямо по дорожке, она и приведет вас к нему.

– И туда приезжают какие-то незнакомые вам люди?

Мужчина кивнул.

– Тут никто не