Полночный полдник - Марта Акоста

Когда Освальд ушел, чтобы отыскать Гэбриела и поговорить с ним, явился Скип, возжелавший забрать сценарий. Даже несмотря на то, что он не знал отвратительных планов Сайласа во всех подробностях, мне ужасно хотелось затащить его в бассейн и утопить.

— Скип, начнем с делового вопроса. С нашего контракта. — Я передала ему несколько листков бумаги. — Я поговорила с агентшей Томаса, и она составила для меня вот это. Как видишь, текст стандартный.

— Неужели ты мне не доверяешь? — Раздраженно фыркнув, Скип бегло просмотрел бумаги.

— Доверие тут ни при чем. Это работа.

— Вроде бы все в порядке, — заметил он. — Знаешь, ведь тебе придется отдать агентше пятнадцать процентов от всей суммы. Это убыток. — Он вынул из кармана блестящую серебряную ручку и подписал каждый экземпляр. Потом передал ручку мне.

Я подписала бумаги и принесла «Зубы острые».

— Мне кажется, хорошо получилось. Надеюсь, тебе понравится.

— Ну уж наверняка вышло лучше, чем у какого-нибудь выпускника УВП! — улыбнувшись, проговорил он.

— Точно, — согласилась я, вспомнив про Университет второсортных пижонов.

Через некоторое время вернулся Освальд с грустными новостями. Гэбриел твердо решил участвовать в программе «Новый век вампиров».

— Мы можем похитить его, — предложила я. — Привяжем его к стулу, включим техно и старое доброе диско и силой заставим просматривать «Международные каталоги мужской одежды». Ты познакомился с Бриттани? С этой Гнусью-в-розовом?

Освальд устало улыбнулся.

— Да, я познакомился с ней, но она всего лишь симптом болезни, а не сама болезнь. Нам нужно обратиться к источнику заразы.

Когда Гэбриел отказался устроить нам встречу с Сайласом, Освальд использовал Чарли. Вечером нас позвали на свидание в номер Мэдисона.

У меня не было одежды, которая могла бы сойти за коктейльное платье, поэтому я последовала рекомендациям Томаса и надела одну из его великолепных рубашек, что пока еще оставались у меня в номере. Затем подпоясалась длинным шарфом и натянула шорты цвета хаки. Намазав ноги «Парагонским питательным кремом с агавой», я дополнила наряд эспадрильями и бижутерией.

Окинув меня взглядом, Освальд поинтересовался:

— А что случилось с той одеждой, которую я тебе подарил?

— Она осталась на ранчо. Ты сейчас смотришь на мои ноги?

— Да.

— Тогда наряд удался. Пошли.

Когда мы встретились с Чарлзом в вестибюле гостиницы, я заметила, что многие гости уезжают. Консьерж проводил нас в «люкс» Сайласа.

Дверь нам открыла какая-то неовампирская шестерка. В баре стоял небольшой кувшинчик крови, там же были бутылки с негазированной водой и сырные крекеры в виде рыбок, очень вкусные. Я изо всех сил старалась не глазеть на кровь, но это было трудно: дело в том, что я уже допивала жидкость из-под куриной печенки — ее оставалось всего несколько чайных ложечек, и она начинала немного подванивать.

На Сайласе уже не было бинтов; инвалидного кресла тоже не было. Мэдисон стоял у окна. Когда он повернулся, я заметила, что у него на лице нет никаких волос, а кожа стала ярко-розовой, как мой шрам. На фоне новой кожи его голубые глаза казались странно зловещими.

— Доктор Грант, мис-с-с Де Лос-с С-сантос-с, — приветствовал нас он. — Входите, пожалуйста.

Он кивнул шестерке, та подошла к бару и начала смешивать кровавые коктейли.

— Рад снова вас видеть, — заявил Освальд, шагнув вперед, чтобы пожать Сайласу руку. — Пожалуйста, зовите меня Освальдом.