Оборванные нити. Том 2 - Александра Маринина

Народу в тесное помещение набилось великое множество, спиртного было много, закуски, как водится, мало, поэтому все, кто пил, довольно быстро пьянели. Члены дежурной следственно-оперативной группы тоже позволили себе, хотя и был риск нарваться на неприятности, но в День милиции выезд на место происшествия в не вполне трезвом состоянии обычно прощался.

Саблин пил мало, хотя напиться очень хотелось. Настроение было отвратительным, но поддаться соблазну он не решился: все-таки он — начальник Бюро, и если его подчиненным станет известно, что он нажрался как свинья на дежурстве, то есть в рабочее время, ему уже будет невозможно бороться за дисциплину. Его предшественник Двояк постоянно находился на работе в подпитии — и результат хорошо известен.

В дальнем углу кабинета он заметил забавную парочку: молоденькую девочку — инспектора по делам несовершеннолетних в форме с погонами лейтенанта милиции, и того самого эксперта-трудоголика по имени Глеб, который, как выяснилось, был сыном Кашириной. Девочка-инспектор уже изрядно набралась и тесно прижималась к эксперту, который, судя по выражению глаз, был трезв как стекло. Саблин понаблюдал за ними минут пятнадцать и убедился в том, что не ошибся: эксперт подливал инспектору, поощрительно приобнимая ее за плечи, но сам не пил.

Сергей пил в этой компании уже не в первый раз и знал, что разговор рано или поздно дойдет до баек: каждый начнет рассказывать что-нибудь неординарное из собственной или чужой практики. Начинали почему-то всегда со следователя, запас историй у которого довольно быстро иссякал, и тогда вступали опера и эксперты.

— В котловане на новостройке нашли матку без придатков и фрагментированный труп плода, — начал вещать следователь прокуратуры, полный мужчина лет пятидесяти с лишним, — возбудились тут же, ментов нагнали, ну и прокурорских тоже подтянули, ну а как же, убийство женщины и младенца — дело серьезное. Искали-искали, всех на уши поставили, прокурор города под свой контроль дело взял, а знаете, что оказалось? Женщина умерла на ранних сроках беременности, матку с плодом изъяли и приготовили препарат для анатомического музея больницы. А через двадцать один год препарат пришел в негодность, что-то там они нарушили при его хранении, так санитар ничего лучше не придумал, как отнести на пустырь и закопать. Кто ж знал, что на этом пустыре стройку начнут и станут котлован рыть.

Сергей поморщился. Это был старый случай из практики московских судмедэкспертов, хорошо известный среди специалистов. Неужели у следователя настолько плохо с казусами, что он занимается откровенным плагиатом?

— А вот еще, помню, был случай, — продолжал между тем следователь, — обнаружили на берегу реки мужика с дырками по всему телу, такое ощущение, что стреляли из дробовика с неблизкого расстояния, потому что дырок много, а следов пороха нет. Тоже кучу сил потратили, пока все ружья в данной местности не перепроверили, всех владельцев дробовиков перетрясли, одного «закрыли», потом через неделю выпустили — другого задержали, но и его пришлось отпустить. А судебные медики на голубом глазу нам заявляют: это ему пиявки, дескать, шкурку попортили.

— Пиявки? — нестройно загудели присутствующие. — Это как?

— Да вот так! — следователь торжествующе обвел глазами празднующих. — Мужик напился, упал в камышах, а пиявки из него всю кровь высосали.

— Да быть не может! Лажа какая-то! Сергей Михайлович, вот скажите, может такое быть?

— Может, — подтвердил Саблин, — редко, но случается. И вообще, чего только на этом свете не случается!

— Это да, — подал голос один из оперов, — и чудеса случаются, и идиотов всегда хватало. Помните случай на заводе, когда один придурок-рабочий подкрался к своему товарищу и подставил к заднему проходу конец резинового шланга от насоса со сжатым воздухом? Тот сразу упал, потерял сознание и умер.

— Да ладно, — недоверчиво протянул кто-то из молодых сотрудников, — не свисти, от чего там умирать-то? Ну, задул ему воздух в дырку — делов-то.

— Сергей Михайлович, ну объясните вы ему, если он не верит, — шутливо взмолился опер. — Я помню, как вы сами мне этот случай объясняли, только повторить не могу, уж больно мудрено там у вас все.

Сергей улыбнулся. Он помнил этот случай хорошо, сам проводил вскрытие.

— Сжатый воздух через анальное отверстие проник в кишечник, разорвал поперечно-ободочную кишку и купол диафрагмы, попал сначала в брюшную полость, потом в грудную и этим вызвал резкое смещение легких и сердца. Произошла резкая тампонада.

Несколько секунд в кабинете царила тишина, внезапно разорвавшаяся хриплым хохотом: смеялся начальник отдела розыска, тот самый, который жаловался Сергею на невозможность дактилоскопирования гнилых и мумифицированных трупов.

— Ну ты даешь, Михалыч! Так объяснил, что ни хрена не понять! Ты человеческими словами умеешь разговаривать?

Сергей неожиданно для себя развеселился. Отчего-то поднялось настроение и захотелось поразвлекать народ занятными историями.

— Хочешь человеческими словами? — с деланой угрозой спросил он. — Ладно, получи. Вот вам загадка на сообразительность: мужик помер в больнице от пневмонии, а при вскрытии у него в мочевом пузыре обнаружили градусник. Ну, кто смелый? Кто выскажет предположение, как он там оказался?

— Так больница же, ему температуру измеряли, вот и…

Сергей нашел глазами говорящего — это оказалась та самая девочка-инспектор, так и продолжавшая сидеть в обнимку с экспертом по имени Глеб.

— Ну, измеряли, и что? Как градусник в мочевой пузырь-то попал?

— Но ведь есть же такой метод, когда температуру измеряют не под мышкой, а… — она залилась краской, смутилась, но отважно продолжила: — А в попе.

— Ну? — насмешливо проговорил Сергей. — Допустим, в попе, как вы выразились. И дальше что?

— Так он из попы в мочевой пузырь и попал.

— А что? — раздались голоса — Точно! Так и было! Катюха наша дело говорит! Молодец, догадалась.

Сергей слушал их и удивлялся: ну почему, почему люди не считают нужным иметь хотя бы элементарное, хотя бы самое поверхностное представление о строении человеческого тела и его функционировании! Ведь тело есть у каждого, это, собственно говоря, самое близкое, что у нас есть. А мы ничего не хотим знать о том, как оно устроено, как работает, по каким законам существует. Из заднего прохода в мочевой пузырь! Она что же, полагает, что то, ради чего она посещает туалет, устроено сообщающимися сосудами?

— Нет, друзья мои, — констатировал он, — не догадалась ваша Катюха. Этот мужик градусник в уретру вводил, вот оттуда он и попал в мочевой пузырь. Для тех, кто не в курсе, объясняю: уретра — это такой канальчик, из которого мальчики писают. Прошу прощения у дам за пикантные подробности.

— Для чего? — изумленно спросил кто-то.

— Для мастурбации, — спокойно пояснил Саблин. — Для поддержания эрегированного состояния полового члена.

— Е-мое! — дружно выдохнули собравшиеся. — Вот идиот-то!