Клеймо смерти - Питер Джеймс

– Крисп? – предположил Джек Александер.

– В десятку! – кивнул Грейс.

– Получается, Эдвард Деннинг – это Эдвард Крисп? – уточнил сержант Экстон. – Ничего себе!

– Это пока только предположение, но чем больше я узнаю об этом докторе, тем мне неспокойнее. – Он посмотрел сначала на Нормана Поттинга, потом на Джона Экстона. – У меня поручение для вас обоих. Я хочу знать все об Эдварде Криспе. Всю его биографию, начиная с детства. Связи, школьные друзья, учителя, с кем встречался, жена, дети, родственники, с кем общался – в профессиональном и бытовом плане. И самое главное – мне нужен список его нынешних и прошлых клиентов. Ясно?

Оба детектива кивнули.

– И вот что еще, сэр, – продолжал Поттинг. – Шансы, конечно, невелики, но я хотел бы отправить на экспертизу вот этот листок – доктор Крисп написал на нем номер телефона.

– Хорошо, Норман, так и сделай.

Руку подняла Таня Кейл:

– Не знаю, сэр, важно это или нет, но я участвовала сегодня в интервью с Фрейей Нортроп и обратила внимание, что неделю назад она была на приеме у доктора Эдварда Криспа.

Грейс вздрогнул, как будто его ударила молния.

– Что?

– Она отозвалась о нем как о человеке милом, но немного чудном.

Грейс застыл в задумчивости.

– Да, весьма примечательно, – заметил Гай Батчелор.

Суперинтендент молча кивнул.

Руку подняла Эмма Джейн Бутвуд.

– Да?

– Сэр, команда внешнего поиска поговорила с женщиной, живущей в доме напротив дома Фрейн Нортроп. Она еще и координатор «Присмотра за соседями» на своей улице. Прочитала в «Аргусе» заметку о ночном происшествии и позвонила сегодня в оперативный штаб. По ее словам, в прошлое воскресенье, около одиннадцати дня, у дома Фрейн ходил какой-то человек в непромокаемой куртке и с планшетом. Тогда она не придала этому значения, но теперь решила сообщить.

– Она смогла его описать?

– К сожалению, только в общих чертах. Сказала, что лицо частично закрывал шарф и твидовая кепка. Потом ее отвлекла внучка, и она о нем забыла.

– Как он выглядел?

– Худощавый. Средних лет. Белый, ни бороды, ни усов, в очках.

Как и доктор Крисп, подумал Грейс и повернулся к судебному ортопеду Хейдну Келли, прибывшему на совещание, как всегда, в модном костюме и ярком галстуке. Держать такого специалиста в команде на постоянной основе было дороговато, но сейчас денежный вопрос стоял не на первом месте.

– Хейдн, что у нас с отпечатком из подземного гаража? Подвижки есть?

– Поначалу мне показалось, что след в саду у дома Фрейн Нортроп выглядит его точной копией и оставлен кроссовкой той же марки. Не буду вдаваться в технические детали, но обнаруженные впоследствии мелкие отличия заставили меня отказаться от этой версии. Насколько я понимаю, в последнюю неделю на участке проводились строительные работы, и след мог оставить любой из десятка побывавших там – судя по размеру – мужчин.

– Думаю, исключать обнаруженные в саду следы нельзя. Мы ведь еще не уверены, что отпечаток в подземном гараже оставил именно похититель, – это лишь предположение.

– Понятно, – отозвался Келли. – Вот возьмем подозреваемого, тогда и отпечатки будет с чем сравнить.

Грейс поблагодарил его и повернулся к Брэнсону:

– Гленн, у тебя есть список всех, кто там работал?

– Есть, босс. Ребята из внешнего поиска уже всех опросили. – Он посмотрел в блокнот и перевернул пару страниц. – Их всего семеро. Электрики, сантехники, маляры, штукатур и плотник. Мы всех исключили.

– А что, если арестовать Криспа и допросить, – предложил Гай Батчелор. – Нам ведь есть чем его прижать?

– Нет. Пока что Крисп всего лишь стал потенциальным подозреваемым, и нам еще предстоит немало поработать, чтобы удостовериться в том, что он может быть убийцей. – Грейс сделал пометку в рабочем журнале и поднял голову. – Против Криспа есть много косвенных улик, но в данный момент это все. Кто бы ни был преступником – Крисп, так и не обнаруженный нами Харрисон Хантер или кто-то еще, – он несомненно умен, если на протяжении многих лет успешно избегал ареста. Если и когда мы решим задержать Криспа, нам нужно иметь более сильную позицию, чем та, что есть сейчас. К тому же мы многим рискуем, если возьмем его слишком быстро, а потом, ничего не найдя, будем вынуждены отпустить. Он испугается, затаится, и мы снова потеряем его на много лет или даже навсегда. Думаю, пока нам выгоднее, чтобы Крисп оставался на свободе. Не забывайте о Логан – может быть, она еще жива. И поиски ее остаются нашим первейшим приоритетом.

Грейс отпил кофе, помолчал секунду-другую и продолжил:

– Мне представляется, что мы имеем дело с человеком, не склонным к спонтанным действиям. Он все тщательно планирует. Этого мнения придерживается и Тони Балаж, который не смог быть сегодня с нами. Думаю, он долго, неделями, если не месяцами, наблюдает за жертвами. Балаж считает, что он уже наметил очередную цель и готовится нанести новый удар, отыграться за свой провал в четверг. Сейчас он, несомненно, представляет потенциальную опасность для горожан, и я намерен обратиться с просьбой установить за Криспом круглосуточное наблюдение на основании его связи с Фрейей Нортроп.

Ему вдруг снова вспомнился совет судебного психолога Тони Балажа: «Мы заставим его совершить ошибку и получим свой шанс».

А что, если… Мысль эта была столь неожиданна, столь неортодоксальна, что он даже улыбнулся.

Получится ли?

Ход был опасный, мог иметь нежелательные последствия, и Грейс понимал, что должен подстраховаться и получить разрешение от службы уголовного преследования. Он чувствовал, что Логан Сомервиль еще жива, но времени, чтобы найти ее, у них очень мало, и на счету буквально каждая минута.

– Дэйв, – он повернулся к Грину, – мне нужна видеозапись с доктором Эдвардом Криспом и его фотография крупным планом. Можете завтра утром поставить фотографа у его дома? Обычно он выходит на прогулку с собакой между семью и восемью. Важно, чтобы Крисп его не заметил. И обязательно получите соответствующее разрешение.

– Да, босс.

Четверть часа спустя Рой Грейс закончил совещание и поспешил в кабинет – с надеждой, что всплеснулась, наверное, впервые с начала расследования. Он снова испытывал то знакомое, с покалыванием под кожей, возбуждение, которое приходило, когда дело поворачивало в его пользу и они выходили на подозреваемого. Затягивали сеть.

Крисп.

Доктор Эдвард Крисп.

Вместе с тем он прекрасно сознавал, что нельзя складывать все яйца в одну корзину и забывать про Харрисона Хантера. Выйти на след Хантера до сих пор не удалось, и этот факт очень его беспокоил.

Грейс мысленно вернулся к тому вечеру в Лагуне. Для большинства людей нормальная реакция на труп – шок. У Криспа же страшная находка никаких чувств не вызвала, он как был, так и остался в легком расположении духа. Впрочем, врачи – люди особенные, а Крисп долгое время сотрудничал с полицией. Возможно, у него, как и у полицейских, сформировался защитный механизм, позволяющий оставаться равнодушным к смерти и даже смеяться над ней. Такой выпускной клапан есть у всех, кто регулярно сталкивается со смертью. Взять тех же работников скорой помощи. Юмор висельника – для них в порядке вещей. Он вспомнил, как приехал однажды на дорожное происшествие под Брайтоном, в котором автомобиль вылетел на огороженный выпас для овец, водитель лежал среди обломков, пронзенный столбиком от забора. Стоявший с ним рядом дорожный полицейский сказал тогда: «Вот бедолага, а ведь жена всего лишь послала его за стейком».