Дело рыжего киллера - Михаил Карчик

— Вот это по кайфу, — наигранно обрадовался Арчи, хотя больше всего ему сейчас хотелось вбить похотливую физиономию продавца в стену, — правда, электричеством? — Покажи-ка, братан.

Продавец, пакостно улыбаясь, повел сыщиков в подсобку, где пахло мочой и какой-то скисшей жратвой. Он включил видик и через минуту на экране появилось изображение девушки, игравшей с электрическим проводом. Лицо актрисы назвать веселым было бы трудно. Вот она скинула сарафан и сунула провод между ног. В эту минуту продавец выключил видик.

— А продолжение — за деньги, — подхихикнул он.

— Идет, берем, — кивнул Арчи.

Продавец нагнулся к видику, чтобы достать кассету, но распрямиться не успел, ибо Александрыч от души ударил его по затылку.

— Извини, Коля, ну не сдержался, — извиняясь, пророкотал он, доставая из кармана наручники, — только у меня на эту мразь всегда аллергия была.

«Ну, раз ты такой умный — сам и поговори с ним», — отреагировал Арчи, — «Только боюсь, что теперь это надолго» — и он кивнул в сторону лежащего. Но бывший оперативник ошибся: через несколько минут продавец очнулся.

Продрав глаза, он с трудом сообразил, что прикован к одному из стеллажей. Рядом стояли оба покупателя. Чтобы продавец скорее пришел в себя, Александрыч тыкал ему в лицо резиновым членом, взятым с витрины.

— Пацаны, вы не знаете, какая у нас крыша, — начал было пленник.

— Твоя крыша — крышка гроба, — прервал Александрыч его речи короткой, но увесистой пощечиной.

Продавец поспешил заткнуться.

Тем временем, Александрыч взял небольшой магнитофон, стоявший на столе, размахнулся и двинул им с размаха о стену. После этого принялся деловито зачищать электрический провод. Когда работа была окончена, вразвалку подошел к пленнику, расстегнул у него ширинку, сунул туда оголенную часть и сделал вид, будто намерен вставить штепсель в розетку.

— Не-е-а! — Завизжал продавец.

— Значит, говоришь, девки смеются, когда играют с электричеством? Я хочу понять: ты будешь смеяться или нет? Если этого не хочешь, ответь на один вопрос: откуда в вашем поганом заведении такая видеопродукция?

— Меня за это убьют, — на глаза продавца навернулись слезы.

— Может быть. Но если не скажешь, мы убьем тебя прямо сейчас, медленно и отвратительно. Братан, вставляй!

Штепсель уже был почти в розетке, когда продавец изменил свое мнение.

— Нам эти кассеты… ну где девки в сарафанах… привозят раз в две недели. Условие есть: самим не копировать и не продавать тем, кто будет копировать. Иначе — убьют…

После недолгих уговоров, продавец согласился немедленно позвонить поставщикам продукции и сообщить им, что на «Лампочку Ильича» неожиданно возник супер-спрос, поэтому требуется как можно скорее пополнить запасы. Продавец, опасливо косясь на оголенный провод, набрал необходимый номер и попросил как можно скорее подвезти еще кассет. На том конце линии пообещали прислать партию в одиннадцать утра. После этого продавец решил, что его мучения завершились. Но он ошибся. Арчи сказал ему, что останется здесь до времени приемки продукции, «составлять акт приема-сдачи» порнушки.

* * *

Когда поставщик видеопродукции, очевидно только недавно связавшийся с этим гнилым бизнесом, прибыл в магазин, то, казалось, не очень удивился нелюбезной встрече. Разговор с ним оказался непродолжительным и очень конструктивным. Бандит так и не понял, кого представляют собой двое мужчин и две девушки, поджидавшие его в магазине. Он понял одно: эти люди настроены решительно и хотели бы его убить. В итоге, поставщик согласился показать им загородную усадьбу.

Но у Арчи были свои соображения по поводу дальнейшего участия в развитии событий. Поэтому микроавтобус поставщика для начала немного задержался у Лахтинского КПП. Там Катерине пришлось смириться с тем, чтобы пересесть в машину сыщиков и отправиться на ней назад в город. В микроавтобус же резво забрались несколько здоровых парней в камуфляже с надписью ОМОН. Еще один автобус с такой же «группой товарищей» стоял неподалеку.

В дальнейшем никаких проблем не предвиделось. Шофер уже успел рассказать почти все о фирме «Русская изба». Естественно, базировалась она не в Финляндии, а в Ленинградской области и клиентами ее были любители «особых развлечений», время от времени посещавшие это место. Еще «Русская изба» занималась выпуском специфической видеопродукции, причем не только такой, образцы которой Арчи и Александрыч увидели вчера вечером, но и более стандартной. Как заявил им еще до встречи с омоновцами вдруг раскаявшийся шофер, приблизительно «на двадцать кассет расходуется одна девка». Куда уходят «отходы производства» он пояснять не стал.

Николай еще не успел сесть в свою машину, когда к нему подошел мужчина в штатском. Пожав сыщику на прощание руку, он проговорил: «Бутылка, конечно, с меня. Но учти: если твоя контора еще раз хоть боком прикоснется к чему-то подобному — останешься без лицензии. И помочь тебе я уже не смогу». Затем, обращаясь уже к недовольно ворочавшейся в машине Катьке, строго погрозил ей пальцем: «А ты, коза, сиди смирно и не рыпайся. И скажи спасибо ему (кивок в сторону Арчи), что бандюганам тебя показывать не будем». Потом, несколько смягчившись, добавил: «А за сестру не волнуйся: вернем в целости и сохранности»…

* * *

Пока возвращались в город, у Арчи сработал мобильник. Звонили сыщики, самостоятельно занимавшиеся в этот день нертовскими проблемами и отрабатывавшие возможные связи Войцеховской.

В результате Катька была срочно высажена из машины с напутствием побыстрее добраться до дома, пока не вернулся «с работы» Борис; Марина под бдительным надзором Александрыча поехала на такси к нему домой на проспект Металлистов ожидать возвращения Арчи. Сам же руководитель сыскного агентства, спешно поехал в контору, а затем, ознакомившись с отчетом своих сотрудников, — в Озерки. Именно там находился один весьма интересный дом.

Что же касается организации скорой встречи Нертова и Марины — сыщик решил не торопить это событие: ему в голову пришла одна очень простая, но ужасно неприятная мысль. Исходя из тех сведений, которые удалось собрать за последние дни, одним из главных подозреваемых становился сам Нертов: именно его отец при определенных допусках мог выиграть и от смерти Лишкова, и от прочих проблем, которые закручивались вокруг истории с Мариной Войцеховской…