Закон семи - Татьяна Полякова

— А я, по-вашему, на такие чувства не способен? —Прохоров нахмурился, его взгляд был пытлив и насторожен, а ярастерялась. — Интересно, почему?

— Вы не производите впечатление человека… — унылоначала я.

— Впечатление — ерунда.

— Бабуля сказала, что с таким, как вы, недалеко докаторги, — в отчаянии, что окончательно запуталась, брякнула я. — Япривыкла доверять ее интуиции.

— Забудьте о каторге, — отмахнулся он. — Я еесам не жалую, и вас ни во что скверное втянуть не позволю. Почему вы здесь,по-вашему?

— Давайте лучше поговорим о делах, — предложилая. — Как вы считаете, Разин к происходящему имеет отношение?

— Не знаю.

— Он приезжал в Карпов, — напомнила я.

— Приезжал. Но не думаю, что именно он организовалограбление. Предполагаемый похититель половину своей жизни провел в тюрьме,логично предположить, что обратились к нему бывшие дружки. Откуда такие связи учеловека вроде Разина? Другое дело, его нынешний хозяин…

— Что вам о нем известно? — насторожилась я.

— Ничего особенного. Тип с сомнительной репутацией. Внедавнем прошлом имел связи с криминальным миром и сейчас от прежних знакомствне отказался. Вот такой вполне мог отправить в Карпов своих людей после того,как попытка Разина заполучить кинжал с треском провалилась.

— Но тогда выходит, что Разин старался для Мухина?

— Мухин весьма далек от всего, что касается истории.Значит, ему необходим человек, который в этом разбирается.

— И он берет на работу Разина, — кивнула я.

— Но Разин, прекрасно зная стоимость кинжала, возможно,не спешил открыть все карты и хотел поработать на себя. Когда из его поездки вКарпов ничего не получилось, кинжал просто похищают. Сейчас они охотятся завами, пребывая в уверенности, что либо Матюша, либо ваш отец вам что-тооставили.

— Кинжалы?

— Да. Их ведь должно быть семь. Хотя наверняка мы знаемлишь об одном: том самом, что похитили в Карпове. Где еще шесть — неизвестно.

— А если все-таки… — Я вздохнула и замолчала.

— Что «если»? — спросил Марк Сергеевич.

— Вы уверены, что охоту ведут какие-то уголовники,желающие заработать на кинжалах деньги? Вдруг все-таки…

— Мистическое братство кинжалов? — усмехнулсяПрохоров. — Выбросьте из головы.

— Но если верить дневнику моего прапрадеда, оносуществовало несколько веков, и еще накануне революции…

— Да-да, конечно. Отец Андрей отправился с кинжалами вТроицкий монастырь… Но вы забываете, что монастырь был разрушен, а он сампогиб.

— Андрей погиб, но могли остаться другие. И теперь онихотят собрать все семь кинжалов.

— Зачем?

— Это же реликвия, — обиделась я. — Для них,по крайней мере.

— Очень романтично. Вполне подойдет для беллетристики.Однако сомнительно.

— Почему? — обиделась я.

— Потому что нет никаких фактов существования самогобратства.

Только я собралась возразить, как у меня зазвонил мобильный.

— Привет, — сказала Анька. — Есть новости?

— Нет, — вздохнула я, решив, что мои новости еездоровья не улучшат.

— Жаль. А я активно повышаю свой интеллектуальныйуровень. Ты слышала о законе семи?

— Какой еще закон? Тебе о здоровье думать надо, а не озаконах.

— Со здоровьем все не так скверно. Я уверена, мы напороге величайшего открытия. Дала своей помощнице задание…

— Ты поменьше болтай, — перебила я.

— Не беспокойся, журналисты народ очень жадный,сенсацию не упустят, так что секретность прежде всего. Ничего толкового о семикинжалах она пока не обнаружила, за исключением статейки в стареньком журнале.

— Что? — ахнула я. — Как журнал называется?

— «Следопыт», кажется, издавали его лет пятнадцатьназад…

— Где этот журнал?

— Не нервничай. Ты так вопишь, что у меня ухо заложило.Компьютер есть под рукой? Сейчас сброшу на твой адрес статью.

— Ты что там, с компьютером лежишь?

— Издержки профессии. Без ноутбука никуда. Такпересылать статью?

— Конечно. Как ты ее нашла?

— Не я, а Юлька, моя помощница. Кстати, вот занятное изИнтернета скачала: если в странном месте вы встретили необычной красотысущество, предложившее вам сексуальные отношения, бегите от него со всех ног.Светлые существа в интимных отношениях с человеком не нуждаются и никогда непытаются его соблазнить. Кто пудрит нам мозги в этом случае, объяснять, думаю,не надо.

— Ты сейчас о чем? — нахмурилась я, размышляя,стоит ли недавние слова Марка Сергеевича считать предложением сексуальногоконтакта, его квартиру странным местом, а его самого существом необычайнойкрасоты?

— Это я для общего развития. Ладно, пока.

— Чем вас так рассердила подруга? — усмехнулсяПрохоров.

— У нее сотрясение мозга, а она ерундойзанимается, — посетовала я.

— Закон семи вовсе не ерунда, — покачал онголовой. — Когда-нибудь вам попадался на глаза рисунок: змея, кусающаясвой хвост? Это, собственно, и есть художественное воплощение закона семи.Суфизм <мистико-аскетическое течение в исламе (прим, авт.)>, пришедшийчерез Гурджиева, говорит об определенных космических силах, отклоняющих любойобъект, плывущий к земле обетованной, в неких точках траектории отпервоначального курса. Такое отклонение приводит к тому, что человек рискуетвозвратиться к первоначальной точке, хотя бывает и хуже. Оттого люди,начинающие революцию во имя счастья и свободы народа, ничего не зная про этотзакон, кончают кровавой диктатурой. А те, кто отправились искать бога, находятдьявола. Вам не кажется, что нечто подобное происходит и с нашими изысканиями?

— Что ж теперь, вовсе ничего не делать?

— Почему же? — удивился Марк Сергеевич. — Ктопредупрежден, тот вооружен.

— Скажите лучше, у вас есть компьютер? — вздохнулая.

— Конечно. Прошу в кабинет.