Головоломка для практикантки - Алексей Макеев

– Я сейчас нахожусь у своего тестя. Вы можете подъехать к нему часа через полтора. Раньше никак. Вы знаете, куда приезжать?

– Нет, – ответил Крячко и принялся записывать адрес, который ему продиктовал Данилин. – Хорошо, подъеду к семи часам, – ответил он и отключил телефонную связь.

Через полчаса он уже входил в кабинет Орлова с докладом.

Генерал сидел за компьютером и что-то сосредоточенно отстукивал на клавиатуре одним пальцем.

– Садись, я уже заканчиваю, – не глядя на Крячко, сказал он и чертыхнулся: – Черт, опять не ту букву нажал.

– Отчего это ты, Петр Николаевич, не своим делом занимаешься? А Верочка у тебя на что?

– Верочку я домой отпустил, – всматриваясь в монитор, ответил Орлов. – Она простудилась. А мне тут микробы ни к чему. Отправил лечиться. До завтра, – добавил он и два раза тюкнул по клавишам.

– Где она в такую жару умудрилась простудиться? – удивился Станислав, но потом и сам догадался. – Кондиционер, да?

Орлов кивнул и три раза стукнул по клавиатуре.

– Я этот рапорт никогда не закончу, – устало откинулся он на спинку кресла. – Может, ну его, этот рапорт? – махнул он рукой. – Вера завтра выйдет, и я ей надиктую. За десять минут управимся.

– Так и я никак не пойму, – хмыкнул Крячко, – чего это ты, Петр, так потеешь? Неужели зуб до сих пор болит?

– Да не болит он, – поморщился Петр Николаевич, – а ноет противно.

– Ну, и вырвал бы или вылечил бы ты его и не мучился бы, – посоветовал Станислав.

– Ага, вырвать! Ты сам когда в последний раз у зубного врача был?

– Давно был, – кивнул Крячко. – Еще в юности.

– И что, – с подозрением посмотрел на него генерал, – с тех пор и зубы ни разу не болели?

– Болели пару раз. Но я таблеточки попил, и боль прошла. Правда, мучился долго – недели две, – нехотя признался он.

– Вот! А мне советуешь идти к этим садюгам, – ухмыльнулся Орлов. – Лучше уж помучиться. Мне боль терпеть – не привыкать.

– Так, говорят, что сейчас зубная медицина достигла небывалых высот… – попытался сказать Крячко, но Орлов перебил его:

– Вот пусть они и летают дальше на своих высотах, а мы как-нибудь на этой бренной земле разберемся и с зубами, и с расследованием. Что там у тебя? Подвижки какие-то есть?

– Сказать, что сильно продвинулся – не могу, но кое-какие новые сведения по убийству Галины Данилиной мы насобирали.

– Кто это мы? – поинтересовался генерал.

– Я себе в помощники взял лейтенанта Демченко из Центрального райотдела. Вести дело назначили сначала Заковряжина, но ведь ты его знаешь – он любитель свалить дело на кого-нибудь другого, если чувствует, что пахнет глухарем. Так вот, молодому Демченко и скинули расследование.

– Толковый хоть? – нахмурился Орлов.

– Молодой, научится, – ушел от прямого ответа Станислав. – По крайней мере, старается во все вникнуть и все сделать правильно.

– Ладно, давай дальше докладывай.

– Так вот, если говорить о версиях, то пока стоящая только одна. Додонов, сожитель Галины Данилиной и ее партнер по фонду, – большой любитель делать ставки на спорт. Ну и, естественно, проигрывать оказался мастером. По всей видимости, даже запускал лапку в казну фонда, но пойман не был, так как у него в бухгалтерии свой человек имеется, а вернее, даже любовница, которая его и прикрывает. В общем, мотив и стимул убрать и свою гражданскую жену, и ее сына, который тоже входил в акционеры фонда, у него имелись.

– Не сам же он это сделал? – искоса глянул Петр Николаевич на Крячко.

– Да какое там сам! Он так – фитюлька. А вот нанять кого-нибудь вполне мог, ибо доступ к деньгам на оплату заказа имел. Теперь по той квартирке, откуда стреляли…

– Ну-ну… Что-то интересное нашли?

– Нашли, – кивнул Крячко. – Нашли возможность проверить всех, кто в этой квартирке побывал за те полгода, когда ее сдавали внаем. Оказывается, соседка, которой хозяин квартиры ключи доверил – Перцева – тетрадочку специальную завела и всех квартиросъемщиков туда вписывала. Требовала у них паспорт и все данные в эту особую тетрадь вносила.

– Интересно, отчего же она эту тетрадочку у себя держала и следователю или тому же Заковряжину не отдала? – удивился Орлов.

– А они ей не понравились, – усмехнулся Крячко.

– А ты ей, значит, понравился? – в тон ему спросил Орлов.

Крячко кивнул и добавил:

– Да, я всем женщинам нравлюсь. Я обаятельный, вежливый, красивый… – Он стал загибать он пальцы, но генерал его прервал:

– А еще болтливый. Давай дальше. Какой ты оперативник, я и так знаю. Вы с Гуровым именно поэтому всегда первые в моем списке. И заметь, не за красивые глазки.

– Так вот эта тетрадочка – еще не вся эпопея со сдачей квартиры внаем. Оказалось, что Перцева живет с внуком Ростиславом, который втихую от бабули эту квартирку тоже сдавал за небольшую плату своим друзьям-подружкам. Молодежи тоже где-то резвиться надо… Но мы этих гавриков уже проверили. Там все чисто. А вот среди тех, кто в списке у Перцевой, есть парочка ребят, у которых имеются карабины. Правда, не «Тигр-9», но убойные. Сразу скажу, народу в тетрадочке записано много, и не всех еще проверили. Завтра Демченко остальных съемщиков будет проверять. Тех, кто из Подмосковья и из других регионов – командированных. Потом будем проверять относительно их связи с Данилиной или с кем-то из ее семьи. Есть все-таки вероятность, что Галине Владимировне мстил кто-то за то, что денег на лечение не дала.

– И что, много наберется таких мстителей? – Орлов встал и по своей давней привычке прошелся по кабинету.

– Пока только одних знаю, – ответил Станислав. – Котенковы. Они с фондом даже судились, но так и не смогли доказать, что смерть их трехлетнего сына наступила из-за того, что фонд им вовремя не дал денег на лечение мальчика. Хотя и обещал. Думаю завтра с ними встретиться и переговорить. Возможно, они и подскажут что-то. Вполне может быть, что зуб на Данилину имел и еще кто-то из обиженных фондом родителей.

– А как эти мстители в квартиру попали – есть мысли на этот счет? – спросил Петр Николаевич. – Взлома-то не было, насколько я помню. Я тоже мельком просматривал это дело.

– Думаю, что могли сделать дубликаты по слепку, если планировали убийство. А это мог сделать и профессионал, нанятый Додоновым, и обиженный родитель. Да и вообще кто угодно. И сделать могли такой дубликат не обязательно в Москве.

– Интересно, а зачем обиженному родителю убивать еще и Глеба Данилина? С Додоновым этот вопрос как-то отпадает – ему выгодно было двоих убрать. А вот с местью кого-то из тех, кого обделили деньгами, что-то не очень вяжется, – возразил генерал.

– Это просто потому, что мы еще толком не знаем, какую роль играл в фонде Глеб Данилин. Пока еще очень мало информации на эту тему. Так что…