Красная площадь - Эдуард Тополь

– Только не врать! – сказал он. – Я все равно отправлю тебя завтра к врачу на проверку. Есть?

– Нету, честное комсомольское… – почти со слезами проговорила Тамара.

– Только без слез! Откуда ты знаешь, что нету? Ты когда проверялась?

– На той неделе. И вообще, я перед этим делом антибиотики принимаю…

– Где проверяешься и откуда антибиотики?

– У меня есть свой врач.

– Агапова Светлана Николаевна, да?

Тамара молчала.

– Вопрос второй, – сказал Светлов. – Кто тебя подослал ко мне в ту ночь?

– Никто! Честное слово! Мне Нина позвонила, это же при вас было! Вы к ним в гости приехали и она при вас позвонила…

– Куда она тебе звонила? Ты же дома не бываешь.

Вокруг них иностранцы азартно танцевали с русскими и своими иностранными женщинами, разговаривали, смеялись, пили коктейли и чистую русскую водку, и Светлов улыбался окружающим, но его рука железной хваткой держала Тамару за талию.

– Она меня случайно у Ирины застала. Ну, вспомните, – просила Тамара. – Она же не мне звонила, а Ирке, нашей подружке.

Светлов вспомнил – действительно, в тот вечер, когда прикатил ко мне с коньяком и оставшимися после полета из Адлера цыплятами-табака, Ниночка обзвонила нескольких своих подружек по цирковому училищу и вытащила ему эту Тамару из какой-то компании. «Похоже, она не врет, и даже не знает, что Нина и ее врач Агапова погибли», – подумал Светлов и спросил:

– Вопрос третий. Агапова тебя знакомила когда-нибудь с Мигуном?

– Да… – еле слышно сказала Тамара.

– В той же квартире на Качалова?

– Но это было давно, полгода назад. Честное слово! Я была там только два раза…

– Когда ты последний раз видела Агапову?

– В субботу. Но что в этом такого? Я ей только сказала, что была с вами на квартире у ее Мигуна.

– И дала ей телефон Шамраева?

– Да.

– А зачем ты звонила вчера утром Нине?

– Я? – изумилась Тамара. – Я не звонила. Клянусь.

– Хорошо. Ты можешь сейчас как-нибудь отделаться от этого шведа?

– Нет. Но он уедет завтра. И у меня будет три дня отгулов, – сказала Тамара и кокетливо заглянула ему в глаза: – Вам позвонить?

– Да. Но перед этим съезди в седьмой диспансер к доктору Гольбергу, проверься. Скажешь ему, что ты от меня.

– Зачем? Меня Светлана Николаевна проверит.

– Она тебя уже не проверит, – сказал Светлов и повел ее к столику, где нетерпеливый швед сидел, нахмурившись, за третьей порцией русской водки. Светлов улыбнулся ему и почему-то по-французски сказал: – Мерси. – Потом усадил Тамару на стул рядом с ее шведом и добавил для нее по-русски: – А после Гольдберга поедешь к себе домой и наведешь там порядок. Цветы полей.

Выйдя из бара, Светлов поднялся лифтом на третий этаж, в номер 321 за своим милицейским полковничьим мундиром.

– Ну что? – спросил у него Шаховский. – Будешь ее брать?

– Сегодня – нет, – ответил, переодеваясь, Светлов. – Не хочу твоей работе мешать. И вообще она чистая – в смысле, к иконам не имеет отношения. Ошибочка у нас вышла. Но все равно – я твой должник, если что – обращайся.

– Спасибо, – сказал Шаховский.

…На улице, в милицейской «Волге» Светлова, которая стояла сбоку от ярко освещенного подъезда в гостиницу «Националь», трещал зуммер радиотелефона. Но прежде чем взять трубку, Светлов завел машину и включил обогрев кабины – на улице был мороз и в машине тоже. Передернув от холода плечами, Светлов выдернул трубку из клеммы и сказал грубовато:

– Ну чего?

– Марат Алексеевич, говорит дежурный по городу полковник Кремнев. Вас срочно вызывают в Кремль. Езжайте к Спасским воротам.

После семи вечера

Из журнала регистрации исходящих документов личной канцелярии Л.И. Брежнева:

ТЕЛЕФОНОГРАММА

ПАРИЖ, СОВЕТСКОЕ ПОСОЛЬСТВО, СЕКРЕТАРЮ ПОСОЛЬСТВА тов. ГОНЧАР А.П.

По личному поручению Леонида Ильича Брежнева для освещения в прессе положительной реакции французского народа на подписание «контракта века» о сооружении газопровода «Тюмень – Париж», сегодня в 20 часов 10 минут рейсом «Аэрофлота» № 81 вылетает в Париж корреспондент газеты «Комсомольская правда» Вадим Белкин. Встречайте в аэропорту «Орли», забронируйте гостиницу.

Заведующий личной Канцелярией Председателя Президиума Верховного Совета СССР товарища Л.И. Брежнева М.В. Дорошин.

Отправлено из Кремля 26 января в 19 часов 22 минуты

Принято в Париже Дежурным по Посольству тов. Сперанской М.Е.

Из Протокола допроса начальника Главного Управления Исправительно-трудовых учреждений МВД СССР генерал-лейтенанта И.Д. Богатырева.

Вопрос следователя Шамраева: Вы подозреваетесь в ряде преступлений должностного характера, в том числе в сокрытии данных о местонахождении заключенного гр. Мингадзе Гиви Ривазовича, а также в изъятии этих данных из Центральной картотеки и Информационно-вычислительного центра МВД СССР. Что вы можете сказать по поводу исчезновения этих данных?

Ответ: Лично я ни в каком сокрытии этих данных или изъятии их из картотеки не участвовал. Приблизительно в начале этого месяца я получил запрос из Отдела разведки нашего министерства на этого Мингадзе и сообщил им, что он находится в тюменском лагере строгого режима. После этого я получил сообщение от начальника этого лагеря, что для допроса этого Мингадзе в лагерь прилетал старший следователь Прокуратуры СССР товарищ Бакланов. И затем, по требованию этого следователя, заключенный Мингадзе был доставлен под Москву, в Балашихинский лагерь строгого режима. Но данные об изменении его местонахождения могли задержаться в канцелярии ГУИТУ и не поступить одновременно на компьютер.

Реплика присутствовавшего на допросе начальника Кремлевской охраны генерала Жарова: Брось… (шесть нецензурных слов). Задержаться! Кто тебе приказал, чтобы эти данные задержались? Говори, иначе… (восемь нецензурных слов).

Ответ: Я просто высказал предположение, товарищ генерал. Данные о перемещении заключенных идут через спецотдел учета ГУИТУ и «АСУ-МВД» в Центральную картотеку МВД. Может быть, кто-нибудь из сотрудников…

Вопрос следователя Шамраева: Значит, в настоящий момент заключенный Мингадзе находится в Балашихинской колонии строгого режима? Это в зоне расположения дивизии КГБ имени Дзержинского, не так ли7

Ответ: Нет, три дня назад, в субботу, я получил телефонограмму от начальника этой колонии Скворчука, что в целях безопасности этого заключенного он, по личному распоряжению начальника Отдела разведки МВД генерала Краснова, отправлен в лагерь особого режима № 274 под Фергану Киргизской ССР. Там, если вы знаете, урановые разработки. Но я не думаю, что за три дня он туда уже доехал. Пересылка идет поездом, в спецвагонах… Я думаю, что за три дня он мог доехать только до Урала…