Бюро убойных услуг - Ирина Волкова

- Савалас? - нахмурился Майкл Исстерман. - Это тот сумасшедший коп, что судился с Келлером из-за мастурбации в общественном туалете?

- Совершенно верно.

- И что? Он имеет какое-то отношение к Лапиной?

- Самое непосредственное, - подтвердил капитан Хирш. - Раиса Лапина и Кейси Ньеппер, супруга певца, захвачены Саваласом. Он обещал отпустить за-. ложниц при условии, что Келлер лично явится к нему.

- Я не сомневался, что Савалас идиот, но даже не подозревал, до какой степени, - сокрушенно произнес полковник. - Такой тип, как Келлер, пачки сигарет не даст за бывшую жену и фанатку, которую он в жизни не видел.

- Говорят, идиотам везет, - вздохнул Джеймс. - Уверен, что Дагоберто получит то, что хочет.

- То есть Келлера в обмен на заложниц? Но каким образом?

- Когда Савалас позвонил, в номере певца находился Самарин. Он взял трубку, поговорил с Саваласом и попросил того перезвонить ему на сотовый. Ради микропленки Череп похитит не то что Келлера, а целый бродвейский мюзикл с оркестром в придачу.

- Твои люди перехватили звонок Дага на мобильник Самарина?

- К сожалению, нет, - покаялся Хирш. - Они пытались, но аудиосканер сотовых телефонов вышел из строя в самый неподходящий момент.

- Shit! - в сердцах выругался Исстерман. - Какого черта? У вас что, был только один аудиосканер?

- Вообще-то я подавал заявку на три, но вы сами знаете, как это бывает. Обещали дать два, получил один.

- Можешь не объяснять, я уже двадцать пять лет здесь работаю, процедил сквозь зубы полковник.- Есть еще какая-нибудь информация?

- Череп вступил в контакт с Франсиско Асаведой. Во время встречи с ним он говорил по сотовому телефону, скорее всего с Дагоберто. Думаю, колумбийцы помогут Самарину похитить Келлера, чтобы обменять еге на Лапину. Какие будут указания? Помешать им?

- Зачем же мешать? - пожал плечами Майкл Исстерман. - Должен же Келлер хоть раз в жизни принести пользу своему отечеству. У нас нет времени выслеживать Саваласа, да и при попытке освободить заложников Раиса может погибнуть. Не вмешивайся, но внимательно следи за развитием событий. Твоя задача - вступить в игру в наиболее подходящий для этого момент и захватить девицу. Да, и еще одно: последи за тем, чтобы похищение Келлера прошло без всяких нежелательных накладок. Я имею в виду, что необходимо исключить вмешательство полиции и службы безопасности отеля.

- Вас понял, господин полковник, - отрапортовал в трубку капитан Хирш.

Чикаго, озеро Мичиган, яхта Саваласа.

- Прекрати, наконец, развлекаться с этой идиотской штуковиной, - с отвращением взирая на тамаго-чи, потребовала Кейси Ньеппер. - Ее писк меня раздражает.

- Отстань, - отмахнулась Рая. - Чем хочу, тем и занимаюсь. Мне это помогает сосредоточиться.

- Сосредоточиться? - голосом, полным яда, переспросила актриса. - Для этого как минимум требуется иметь мозги.

- А как обстоит с мозгами у голливудских звезд? -- с убийственным сарказмом осведомилась Лапина. --Они у них такие же силиконовые, как сиськи?

- Дура!

- Сама дура! От дуры и слышу!

- Шлюха коммунистическая!

- А ты - режиссерская подстилка с залатанной мордой. Что, получила, ходячая древность, мумия голливудская? Лучше не зли меня, а то устрою тебе фильм-катастрофу - пассажирам с "Титаника" позавидуешь.

- Ну все, с меня хватит, - прошипела Кейси, яростно вцепляясь свободной рукой в пышную Раечкину шевелюру.

- Ах ты, кошка драная, выдра заштопанная, - выронив тамагочи, яростно завизжала Лапина. - Ну, ты у меня получишь!

Услышав в каюте шум борьбы, Савалас открыл дверь и застыл на пороге, с нарастающим интересом наблюдая за русско-американским боем без правил.

Дамы настолько распалились, что даже не заметили его появления. Их драка была по-женски сумбурной и неэстетичной - с кошачьим царапаньем, визгом, воем, яростно-истерическими подергиваниями, укусами, шлепками, тычками и беспорядочными неловкими ударами, направленными абы куда.

С другой стороны, отсутствие профессионализма с лихвой компенсировалось боевым задором и особой скандально-бабской исступленностью, благодаря которой женские схватки по рейтингу популярности стояли на ступеньку выше, чем скорпионьи и петушиные бои.

- Ну и ну, - пробормотал ошеломленный зрелищем Дагоберто. - А еще говорят, что Тайсон отморозок.

Ненадолго покинув поле боя, бывший полицейский вышел на палубу, откуда вскоре вернулся с ведром, полным воды.

Неожиданно обрушившийся на соперниц холодный душ исторг из их глоток столь истошно-пронзительный визг, что у Дага чуть не лопнули барабанные перепонки. Приостановив боевые действия, мокрые окровавленные дамы обратили на Саваласа взоры, полные праведного возмущения.

Разгоряченная битвой Кейси Ньеппер успела позабыть о необходимости соблюдения положенной заложницам дисциплины. Актриса набрала в грудь побольше воздуха, прикидывая, какие ругательства из ее впечатляющего репертуара могли бы наиболее полным образом выразить обуревающие ее чувства, но Дагоберто ее опередил.

- Конец третьего раунда, - объявил бывший коп. - Противники расходятся по углам, причем без всяких цензурных или нецензурных комментариев. И учтите на будущее: никакого мордобоя на своей яхте я не потерплю. Сейчас я вас прощаю, но в следующий раз каждой отрежу по мизинцу, вне зависимости от того, кто из вас затеет драку. Надеюсь, я ясно выразился?

Опалив друг друга ненавидящими взглядами, Рая и Кейси кивнули.

- И еще одно, - отчеканил Савалас. - Имейте в виду, что я собираюсь лично вас прикончить. Не стоит делать за меня эту работу.

Злорадно ухмыльнувшись, Даг повернулся и вышел из каюты.

- Кретин, - прошипела в захлопнувшуюся за ним дверь Кейси Ньеппер.

Нью-Йорк, Манхэгтен, офис Китайчика.

Окутанный ночным мраком Манхэттен сиял и переливался морем разноцветных огней. Задержавшись у огромного, во всю стену, окна своего офиса, Леша Китайчик любовался раскинувшимся у его ног видом. Мистер Гераськин любил вот так, под настроение обозревать Нью-Йорк с высоты птичьего полета. В такие моменты он особенно остро ощущал, на какую неимоверную высоту ему удалось взлететь, причем не столько в переносном, сколько в буквальном смысле слова.

К сожалению, в последние дни привычные удовольствия были отравлены неприятно-тревожным чувством, от которого Китайчик, как ни пытался, не мог избавиться.

"Чем выше взлетаешь, тем больнее падать", - вертелся в голове у Леши расхожий афоризм.

В данном случае угроза падения была отнюдь не метафорической, а исход его грозил стать смертельным.

"Я старею, - мысленно одернул себя Китайчик. - Становлюсь паникером. Вероятность того, что катастрофа произойдет именно со Всемирным торговым центром, слишком мала. И все же, как бы ничтожна она ни была, я обязан ее учитывать".