Бросок кобры - Николай Леонов

– Вот Гуров, собственной персоной, так сказать. Отправляйтесь к нему, возьмите для увеселения полковника Крячко и решайте свои проблемы. Напоминаю, сегодня суббота, вы можете с чистой совестью отдыхать.

– Хотел как лучше, получилось как всегда! – Кулагин открыл дверь. – Лев Иванович, я тебя жду, – и вышел.

– Они проверяются, используют Павла втемную, – тихо сказал Гуров.

– Все это блядство!

– Проверь кличку Кобра, примерь на разыскиваемого. Извини, но запрос генерала, начальника главка, выполняется быстрее.

Вскоре приехал Станислав, Кулагин рассказал, что ему стало известно о засаде в квартире проститутки Валентины Серовой. Кулагин переживал вдвойне. С одной стороны, в одном с ним отделе работали коррумпированные офицеры, прикрывавшие особо опасного преступника и пытавшиеся убить приятеля, офицера милиции. С другой, он, подполковник контрразведки, вынес сор из избы, в которой живет.

Гуров и Крячко лишь раз взглянули друг на друга, им было стыдно. Если Павел абсолютно искренен, то он ради принципов и дружбы пошел на риск, а друзья ему не верят и морочат голову. Если Павла используют втемную, значит, он человек не шибко далекий, ежели он ведет двойную игру, тогда он подлец и верить уже нельзя никому.

После продолжительной паузы Гуров спросил:

– Паша, что ты рвешь на себе нижнее белье? Изначально, сразу после сообщения Интерпола, стало ясно: террориста пригласили верха, зреет заговор. Тебя поражает, что в нем замешаны твои коллеги? Ни один заговор не может обойтись без участия спецслужбы. Одновременно пропали две валютные проститутки? Не факт, что они пропали. Может, они купаются в бассейне и зарабатывают своим тяжелым трудом баксы. Плохо здесь только одно, что одна из них ночевала у меня. Я понимал, что Вика – девушка не из монастыря, но что валютная путана, даже не догадывался. Ты же знаешь, Паша, я денег девочкам не плачу.

– Но и не берешь, – вставил Крячко. – А напрасно, с деньгами сейчас большая напряженка.

– Действительно, чего я так расклеился? – Кулагин облегченно вздохнул. – Вы молодцы, дружите, все на юморе, начальник у вас классный.

– Мы Петра постоянно воспитываем, – пояснил Станислав. – Дозволь начальнику сесть тебе на шею, в жизни не сгонишь.

– А как ты узнал о случившемся? – неожиданно спросил Гуров. – Ведь в вашей конторе прекрасно известно, что мы с тобой дружим?

– Они ночью использовали мой кабинет для инструктажа, – ответил Кулагин. – А со времен покойного предшественника Ильина, ты ж его знал, кабинет оборудован включением автоматической звукозаписи.

Я когда его занял, скрытый магнитофон хотел убрать, а потом передумал, решил, может, и пригодится. А позже меня генерал Володин пригласил, ласковый такой, говорит, повстречайся со своим дружком Гуровым, узнай, чем он минувшей ночью занимался, и о проститутке рассказал.

Гуров вспомнил, что, когда лейтенанты описывали кабинет, в котором с ними беседовали, сыщик узнал бывший кабинет Ильина, сегодня Кулагина. А может, это не случайно, кабинетов не хватает? Может, у нас среди заговорщиков имеется союзник, который открытого разговора боится? А предупредить хочет? А возможно, человек знал, что его собственный кабинет прослушивается, перешел в соседний и на этом попался. Тут и не разберешься, и пытаться не стоит.

– Ребята, ждавшие тебя в засаде, не работают в центральном аппарате. Боевики. Они имели стычку с бандитами, расшифровываться не стали, оружие не применили, отделались ушибами и кровоподтеками. – Кулагин помолчал. – Интересно, на каком уровне оканчивается заговор? Мой непосредственный шеф на все способен, а начальника управления я практически не знаю. Что мне делать? Я же обязан доложить по инстанции, иначе становлюсь соучастником.

– А какие отношения между твоим Володиным и начальником управления? – спросил Гуров.

– Не дружественные точно, а так черт не разберет. Я с ними за одним столом не сиживал и не член коллегии.

– А ты пойди к начальнику управления: если он тебя примет, значит, Володину не верит, хочет переговорить с начальником отдела лично. Ты работаешь в контакте с МВД совершенно официально. Скажи генералу, тебе кажется, что менты чего-то интересного накопали, но Володину не верят, делиться с ним информацией не хотят, считаешь полезным, если начальники главков встретятся напрямую.

– У вас действительно что-то есть?

– Возможно, но требуется работать, а нам фигуранты не под силу. Они ваши клиенты. Ты Егора Яшина помнишь? – спросил Гуров.

– А как же! У Коржанова служил, после истории с фальшивыми долларами его из Управления охраны убрали. А недавно я его в нашей конторе видел, бодрый, лощеный, словно ничего не было, как с гуся вода. – Кулагин развел руками. – Словно за ним какая-то сила стоит. Другого бы за такие дела так закопали, экскаватором не достанешь.

– Он любовник Вероники Николаевны Ждан, а супруг ее, как известно, помощник Президента. Да и Коржанов не захотел, чтобы его сотрудник в громкий скандал попал, так все и спустили на тормозах. Можешь телефон Яшина на прослушивание поставить?

– Основания нужны.

– Яшина видели с человеком, похожим на разыскиваемого террориста, – ответил Гуров.

– Мало ли кто на кого похож, – неуверенно сказал Кулагин.

– А ты хочешь видеокассету получить и запись разговора? – Гуров поймал на себе недоуменный взгляд Крячко, разозлился: – Может, вам собственноручно написанные признания нужны? Яшин замазался по маковку в истории с фальшивыми долларами и мог попасть в поле зрения спецслужб. Мужик он слабый, придавили и вербанули.

Гуров сочинял, как говорится, по ходу дела, но чем дольше говорил, тем больше ему собственные сочинения нравились.

– Нанять дорогостоящего террориста и не дать ему связь не могли. Ведь взрывчатку он от кого-то получить должен. Значит, нужен связной. У верхов среди криминала верных людей нет и быть не может. Идти через финансовые структуры слишком долго, много звеньев, много людей, много риска.

Станислав слушал друга, возмущался и восхищался одновременно. Нельзя строить версию на пустом месте. Имелся лишь крохотный фактик, на инструктаже боевиков присутствовал мужчина, похожий на Яшина. Из такого предположения Гуров целую историю сочинил.

– Не знаю, где я попал, где промазал. Яшин на роль связника очень подходит. Регулярно общается с помощником Президента.

– На основании предположений ставить прослушивание...

– Не морочь мне голову, – перебил Гуров. – Ты не на пресс-конференции, мы не журналисты, знаем, сколько вы слушаете. Вероника Николаевна женщина тщеславная, своего супруга способна в любую авантюру завлечь.

– А конкретно? Допустим, я попал в кабинет начальника управления, о чем докладывать?

– Скажи, что у ментов что-то есть.

– И что?

– Сигнал проверяется, давай не будем в это лезть, пусть генералы решают между собой, – сказал Гуров, подал Кулагину его плащ, проводил до двери.