Пассажирка с "Титаника" - Наталья Солнцева

Убедившись, что в Рудном он не найдет ни девушек, ни «ищейку», убийца поджег дом «на катакомбах». Облил бензином из канистры, обнаруженной в гараже, и бросил спичку. Конспиративный коттедж занялся пламенем. Прошло несколько минут, и дом загудел. Огонь вырывался из окон, стекла лопались от жара.

Поджигатель стоял и смотрел, как горит тайное убежище Плутона. На его лице в красных отблесках пожара играла дьявольская улыбка.

Зачем он сделал это? На всякий случай. Вдруг в доме остались какие-то носители информации? Некоторые помещения коттеджа могли быть напичканы скрытыми камерами, и он решил не рисковать.

– Плутон хитер, но я еще хитрее, – бросил он и быстро зашагал прочь, к оставленной неподалеку машине.

Надо было срочно возвращаться в Москву и заниматься поисками Лаврова. Прикончить его и успокоиться. Потом отыскать Хасу и Тахме, избавиться от них тоже. «Зачистить» всех, кто может распустить язык.

«Мне следовало не допускать до этого, – корил он себя. – Уну права. Я недооценил бывшего мента. Теперь необходимо исправить ошибку!»

Начинало смеркаться, в низинах появилась сизая мгла. Он ехал по шоссе и скрежетал зубами от досады.

– Теряю время…

Голова побаливала, шея ныла, будто он неловко повернулся. Образ жены преследовал его. И еще что-то неопределенное и тревожное действовало ему на нервы. Дурное предчувствие! Раньше он не признавал предчувствий и полностью полагался на свою удачу. До сих пор фортуна была на его стороне.

По дороге он несколько раз проверял, нет ли за ним хвоста. Казалось, кто-то наблюдает за ним… выискивает его в вечернем сумраке, сквозь расстояние и туман, рассеиваемый фарами арендованного автомобиля. Кто-то, знающий о нем больше, чем он хотел бы.

Где-то посередине пути он заметил, что спустило колесо, выругался и съехал на обочину. На небо вышла луна в светлом ореоле, заливая ленту асфальта и лес мертвенной голубизной.

Убийца вышел из машины, открыл багажник и достал насос. Менять колесо было лень. Так, периодически подкачивая пробитую шину, он добрался до ближайшей станции техобслуживания. Та оказалась закрытой.

На окраине Москвы он потерял терпение и все-таки поменял колесо. На город опускалась ночь.

«Удача отвернулась от тебя, Менат», – произнес голос жены, и он очнулся.

– Неужели я уснул за рулем? – процедил он, широко раскрывая глаза, которые упорно слипались. – Такое со мной впервые. Не бойся, Уну! Я не дам тебя в обиду. Я вернулся, правда, не победителем… но и не побежденным.

Он разговаривал вслух, чтобы не провалиться в дрему. Потом включил радио, которое бесило его. Главное – не уснуть. Плевать на плохие новости, пошлые песенки и глупую болтовню дикторов…

Машина вильнула и едва не столкнулась с встречной легковушкой. Он не почувствовал, как снова нырнул в мягкую черноту забытья, и снова его пробудил голос жены: «Осторожнее, милый!»

Он вздрогнул, крутанул руль и понял, что лучше остановиться и вздремнуть хотя бы часок. Или поймать такси.

Город светился разноцветными огнями. Улицы опустели. Деревья махали ветками, словно пророчили беду.

Красовский свернул в какой-то двор, уронил голову на руки и отдался сонному блаженству. Во сне ему чудился чей-то настойчивый взгляд, который ищет его среди ярко освещенных проспектов, домов и скверов. Ищет и натыкается на плотный туман.

«Я еду к тебе, Уну, – говорил он жене, которая ждала его в Поднебесной. – Я еду… еду… Но сначала я должен убить ищейку…»

Кто-то постучался к нему в окошко и спросил:

– Эй, мужик! Ты в порядке?

– А?.. Д-да… черт… – отозвался он, поднимая голову. – Чего тебе?

Это был парень, который выгуливал собаку. Подстриженный пудель рядом с ним умильно вилял хвостом.

– Да так, ничего. Гляжу, человек в машине, – пояснил хозяин пуделя. – Может, плохо человеку… помощь нужна.

– Ничего не нужно! – отрезал он и включил зажигание.

Выехав со двора, опустил стекло. В салон хлынул ветер и слабый запах выхлопных газов.

Красовский, а это был он, опомнился и сообразил, что ему нужно делать. Не бессмысленно мотаться по улицам, а искать Лаврова. Найти и убить.

«Что со мной? – удивлялся он. – Когда такое было, чтобы меня в машине сморил сон? Старею…»

Эта мысль на минуту огорчила его и рассеялась. Он вспомнил о своих грандиозных замыслах, о жене, которая неожиданно расцвела и мучила, искушала его своей красотой, томила душу… о том, как они купят чудесную мраморную виллу в Италии и заживут припеваючи… о том, что он впервые в жизни по-настоящему увлекся женщиной… и женщина эта была близка и одновременно недоступна. Он обладал ею, но не мог ею овладеть. Он сам себя обманул, наказал. Загнал в угол…

Красовский яростно мотнул головой, достал подробную карту Москвы и расстелил ее на коленях. Снял с шеи цепочку с кристаллом горного хрусталя.

– Ты здесь, ищейка, – зашептал он, держа отвес над картой и медленно перемещая его с квадрата на квадрат. – Здесь!.. Я чую тебя, как волк чует запах дичи…

Маятник то неподвижно замирал, то беспорядочно колебался. У Красовского дрожали руки, он нервничал, и волнение мешало ему сосредоточиться.