Рикошет - Сандра Браун

Посетитель поднял мутные от усталости глаза и хрипло сказал:

— Я знаю, что произошло. Бармен насмешливо поднял брови:

— Это точно. Уж ты-то знаешь наверняка.

После потасовки с Савичем Дункан прямиком отправился в этот бар. Охранники, которые вывели его на улицу, посоветовали заглянуть в какое-нибудь местечко и остыть, а уже потом возвращаться. Он не сердился на них. Они просто выполняли свою работу. Ему еще повезет, если Савич не станет подавать на него в суд за оскорбления.

Он послушно ушел и возвращаться не стал. Все равно попытки допросить охранников Горди Балью ни к чему бы не привели. Он был не в том состоянии, чтобы расследовать убийство подобной важности. Да сейчас это и бесполезно. Ни один человек Савича его не выдаст. Кровь Горди еще слишком свежа.

И он отправился искать утешение в бар «У Смитти», где виски подают неразбавленным и не нужно ни от кого скрывать раздирающую сердце боль. Против воли он снова посмотрел на безмолвный экран за стойкой бара. Пресс-конференция продолжалась. Как сказал бармен, тело пошло на корм рыбам. Так почему бы на этом не успокоиться? Не заткнуться и не перейти к «Сейнфелду»?

Выловленная из реки вторая босоножка Элизы уничтожила всякую надежду на то, что она выжила после падения с моста. Неважно, сама ли она прыгнула или ее толкнули. А теперь прекращались и поиски тела. Расследование пора закрывать. Завтра все примутся за другие дела, отложенные десять дней назад.

Все, но только не он.

Внезапно дверь распахнулась, впустив в бар посетительницу и порыв ветра с дождем. Она покрепче затворила за собой дверь, потом повернулась. Дункан заскрипел зубами и схватился за стакан.

Диди подождала несколько секунд, пока ее глаза не привыкли к темноте. Потом она разглядела в баре Дункана и пошла прямо к нему. Сняла дождевик, стряхнула с него воду. Села на соседний стул и резко встряхнула мокрыми волосами, окатив Дункана брызгами.

Он нахмурился и демонстративно смахнул капли с рукава рубашки.

— Ты в курсе, изобрели очень удобные штуки, зонты называются.

— Сегодня утром я оставила свой у тебя в машине.

— Вышла прогуляться? Шла себе по улице и случайно заглянула сюда, чтобы выпить?

— Я поразмыслила и установила, что ты можешь оказаться здесь.

— И как ты это установила?

— На моей памяти ты приходил сюда только один раз: когда мы расследовали убийство матери и ребенка, которым отрубили головы.

Дункан поднял стакан:

— Спасибо, что напомнила. Мне как раз не хватало этого воспоминания, чтобы взбодриться.

— В тот раз ты мне сказал, что здесь хорошо напиваться. — Она брезгливо огляделась. — Так и есть. Диетическую колу, — заказала она бармену. Когда тот поставил перед ней напиток, она кивнула на стакан Дункана: — И сколько таких он уже успел выпить?

— Скажем так: я рад, что вы сможете отвезти его домой.

— Так много?

— Диди, проваливай отсюда, — пробормотал Дункан.

— Слушай, это я должна на тебя злиться, а не ты, — сердито сказала она. — Я несколько часов колесила по городу под проливным дождем, искала тебя. И домой к тебе заезжала, и в спортзал, и куда я только не заглянула.

— Я тронут.

— Зачем ты сбежал сюда, никого даже не предупредив? Почему не отвечал на звонки?

— Подсказываю: хотел побыть один.

— Черта с два. Вдвоем веселее. — Она сняла с соломинки обертку, сунула ее в стакан с колой и втянула в себя чуть не полстакана.

— Если хочешь поднять мне настроение и подбодрить, то напрасно теряешь время, — сказал он. — Что бы ты ни сказала, веселее мне все равно не станет.

— Тогда какого черта тебе вздумалось напиваться, как свинья?

— Хочется, и все! — рявкнул Дункан.

Несколько секунд она смотрела ему в глаза, потом перевела взгляд на экран телевизора. Шеф Тэйлор все еще сыпал прочувствованными фразами. По бокам стояли Билл Жерар и Като Лэрд.

— Ты знаешь, что поиски официально прекращены? Он кивнул.

—  — Так решили после того, как судья и Жерар поговорили с шефом Тэйлором. Эти фотографии, на которых миссис Лэрд в компании Савича, изменили ситуацию. — Она сделала паузу, давая возможность Дункану высказаться. Он молчал, угрюмо глядя в стакан. — Сегодня судья не хотел ничего говорить или отвечать на вопросы, зато настоял на своем присутствии на конференции, когда будут объявлять решение. Еще они… хм… решили помалкивать о связи миссис Лэрд с Савичем столько, сколько смогут, или пока их не вынудят. Это против правил, но так, конечно… лучше. Для всех, — и Диди сделала большой глоток колы. Дункан по-прежнему молчал. Через некоторое время она спросила: — Ты сегодня ел?

Он покачал головой.

— Тебе надо поесть.

— Мне надо поесть. Мне надо поспать. Мне надо сосредоточиться на других расследованиях. Диди, я все это знаю, — вспылил он. — Я уже достаточно от тебя этого наслушался за последние дни. Хватит опекать меня. Убирайся отсюда. Езжай домой. Оставь меня в покое.

Ее задело, что он отказался от заботы и помощи. И рассердило.

— Да что с тобой творится в последнее время? Дункан, расскажи мне. Это из-за нее? — Она испуганно посмотрела на него. — Ведь из-за нее, правда? Она зацепила тебя, да? Я имею в виду, по-настоящему зацепила. С самого начала.

Дункан поставил локти на стойку бара и стиснул голову руками, запустив пальцы в спутанные волосы.

— Да, — хрипло сказал он. — Она зацепила меня с самого начала.

Она предчувствовала это еще с вечера, когда был убит Гэри Рэй Троттер. А может, Дункан был обречен с того раза, когда впервые увидел Элизу на торжественном вечере. Гор-ди Балью стал для него переломившим хребет перышком. Но причина его плачевного состояния — двуличная женушка судьи. Раз уж она повстречалась на его пути, Дункан неминуемо должен был упасть в пропасть.

— Еще порцию, — сказал он, толкнув стакан к бармену.

— Дункан…

— Я по-хорошему просил тебя проваливать.

— Дункан, что случилось, то случилось. Ты ничего не можешь поделать.

— Вранье. Я могу напиться.

— Ладно, сдаюсь, — сказала Диди. И махнула бармену, чтобы тот наполнил стакан.

Потом заметила, что пресс-конференция закончилась. Диктор вкратце пересказывала ее итоги. Затем на экране замелькали кадры «Сейнфелда». Она смотрела на молчащий экран, когда Дункан сказал:

— Она просила меня о помощи.

Диди посмотрела на его профиль. На измученном заботами лице Дункана играли отсветы телевизионного экрана.

— Элиза Лэрд?

— Она приходила дважды. И дважды я ей отказал. Диди боялась услышать подробности, но продолжила расспросы: