Рубиновый капкан... Игры кукловодов / Ruby trap: puppeteers' game - Марк Шо

– Выкладывайте, что собрали, – произнес Малколм.

– Наше бюро в Египте передало информацию, что источник продолжающихся митингов в странах Северной Африки – русские, – начал Ритц. – Кто именно, мы пытаемся вычислить. Наш источник в Москве, а также сведения, полученные по дипломатическим каналам, говорят о том, что в Арабских странах работает автономная группа россиян. Своей основной целью она ставит дестабилизацию ситуации на Ближнем Востоке, осложнение политической обстановки в государствах, где представлены интересы США. Теперь, когда им удалось сместить двух лидеров, я имею в виду Тунис и Египет, мы можем ожидать дальнейшей эскалации в Йемене, Алжире, Иордании, может быть, в Бахрейне, где вот уже двое суток продолжается пикетирование на Жемчужной площади.

– О худшем, да, об этом можно догадаться из новостей и по live отчетам CNN. Скажите же о том, что делается для предотвращения дальнейшего падения имиджа США? Как можно откровенней.

Коллинз и Ритц оба молча выдержали паузу. Наконец, Коллинз с определенной долей сарказма в голосе произнес:

– Я молю Бога, чтобы Вы, Малколм, когда-нибудь оказались на нашем месте. Вы ведь никогда не работали в разведке. Люди, рискуя жизнью, добывают сведения, и то, что сейчас удача не нашей стороне, не на их стороне, я никак не могу вменить им. Русские начали операцию, просчитали её, а они, поверьте мне, умеют работать, и выигрывают нас по всем статьям. Сначала Викиликс, теперь Суэц, а потом – Бог знает что. Объективности ради отмечу, что появился прецедент. Теперь надо держать ухо востро.

– Господа, – не выдержал Малколм, который, расстегнув верхнюю пуговицу, встал из-за стола и произнес: – вы оба руководители мощных и оснащенных, многочисленных и не имеющих недостатка в средствах разведывательных служб мира. Мне больно слушать вас. Вы говорите как немощные бабы, уж простите меня… Хорошо, попробуем сосредоточиться? – спросил он, повернув голову в сторону Коллинза, сидевшего от него справа, затем совершил такой же реверанс в сторону Ритца. Оба кивнули.

– Итак, прошу вас найти и обезвредить группу «ваших» диверсантов, действующих от имени и в пользу России. Кому как не Вам, Коллинз, нужно сделать это? Вам, Ритц, было бы неплохо как можно скорее найти тех, кто лично участвовал в краже переписки по государственным каналам, которая впоследствии была передана Викиликс. Я же приложу максимум сил для того, чтобы предотвратить утечку информации в средства массовой информации, и попытаемся сыграть на том, чтобы назначить своих людей в странах, где произошел либо планируется мирный или военный переворот. Поэтому Вас, Коллинз, прошу передать в распоряжение Госдепа двоих аналитиков из Вашего ведомства. Они могли бы выдавать нам свои сводки о состоянии дел, а также поддерживать взаимодействие наших ведомств в эти критичные для нас дни.

– Нет проблем, – произнес молчаливый Коллинз. Он поправил галстук и пометил у себя в блокноте.

– Что еще, господа? – Малколм не унимался.

– Русские требуют прекращения суда над Бутом.

– Ну и прекратите его.

– Вы, Малколм, по-осторожнее на поворотах-то!

– Боже правый, неужели не понятно! Промедление с нашей стороны грозит ущемлением американских интересов на десятилетия вперед, тех самых позиций, которые пришли к нам за полвека тяжелой борьбы. То, что происходит сейчас, определяет, как и в каком мире мы, США, будем жить через 5–10 лет. Если какой-то там Бут застрял в нашем суде, я бы немедленно его освободил.

– Да, но есть общественное мнение наших граждан, которое формируем не мы, – уклончиво произнес Ритц: – Наконец, такое решение можно принять только в Белом доме, – сказал он, намекая на то, что сие скорее задача ведомства Малколма доложить об этом президенту. Они с полчаса пообщались, затем расстались, пообещав приложить усилия к скорейшей стабилизации ситуации в Арабских странах.

13 февраля состоялась очередная встреча Смита и Санина, на этот раз в Вашингтоне в холле гостиницы «Шератон». По воскресеньям в 18 часов там имел обыкновение играть русский оркестр скрипачей, гостивший в США вот уже в течение двух последних месяцев. Обоих встречавшихся это устраивало. Они сели поближе, чтобы слышать друг друга, оба еще при входе включили устройства анти-прослушки, у Санина спецустройство было в кармане пиджака, в то время как Смит вставил его к себе в телефон. Они договорились о встрече по собственной инициативе, через запасные каналы связи, так что в данный момент их встреча проходила на публике, но, хотя и открыто, все же о ней никто заранее не был оповещен, как это было в прошлый раз.

– Что происходит, Иван?

– Ровно то, о чем я говорил в прошлый раз. Если не будет встречных шагов, ничего мы с тобой изменить не сможем. Вы начали потрошить Бута, у нас есть сведения, что у ЦРУ появились определенные успехи в этом направлении.

– Итак, Бут в обмен на мир?

– Совершенно верно. Вместе с безусловным миром внутри России. Заметьте, что делаете вы, я имею в виду американцев. Пользуясь тем, что между Россией и Грузией имеются более чем натянутые отношения, вы развернули там базы лагерей террористов, или бандитов – как хотите, которых мы выкорчевывали в течение нескольких лет из Чечни. Из Грузии вы направляете, финансируете тех, кто в Дагестане, в Карачаево-Черкесии, а иногда и в Чечне проводит террористические акции, имеющие устрашающий эффект, в первую очередь на население тех районов. Ответьте мне: для чего?

Смит молча слушал. Врать было бессмысленно: они откровенно, бездоказательно, но информировано говорили обо всем. Надо было выслушать.

– И не нужно говорить, что это арабы из Саудовской Аравии, или же Пакистан. За арабами стоят чьи-то интересы, так всегда было и будет. Мы, россияне, со времен прихода Путина к власти по сей день ни разу не перешли эту черту. Мы не направляем наше оружие внутрь США. Но сколько же можно? Доку Умаров взорвал мальчишку в Домодедово. Неужели мы, две сверхдержавы, не можем объединиться, чтобы раздавить к одной матери тех, которые отравляют нам жизнь? – достаточно эмоционально произнес Санин.

– Иван, мы же не политики. Нам остается делать свое дело. Я, конечно, донесу до руководства Ваше мнение. Насчет диверсий внутри России даю Вам слово: мы приложим необходимые усилия, чтобы подобные действия, если они и имели место в той или иной форме, не повторялись в будущем… У нас в конторе, в ВПК, на Капитолийском холме, да и в Белом доме есть как голуби, так и ястребы. Чтобы проводить решения на высоком уровне, нужно давление, адекватное обстоятельствам, которое бы вынудило бы другую сторону принять предложение оппонента.

– В том-то все и дело. Данная ситуация требует действий без промедлений, причем с обеих сторон. Я не идеалист, поверьте. Но мне кажется, назрело время, когда нужно мыслить не как оппоненты, а как коллеги. Мы же можем с Вами найти общий язык! Мы, два человека, работающие на свои фирмы, которые противоборствуют друг с другом, – мы оба сидим и разговариваем за одним столом. Точно так же могут и они, я в этом убежден.

Смит оглянулся по сторонам, поправил хамелеоновые очки и сделал глоток из стакана, который был у него в руке. Его инстинкты автоматически работали на оттяжку времени, параллельно с прощупыванием атмосферы внутри здания и зала, где они находились. Наконец, он произнес: