Знаки судьбы - Чжоу Хаохуэй

* * *

С оружием наготове капитан Ло Фэй и Инь Цзянь вбежали с лестницы и пинком распахнули дверь в 2107. Там на полу без сознания лежал Лю Сун. Хань Хао исчез.

– Куда он делся? – сдавленно бросил Инь Цзянь.

С лихорадочной поспешностью он обшарил номер, проверил ванную, шкаф и окно.

Присев на корточки, Ло Фэй осмотрел Лю Суна.

– Все выходы из здания перекрыть, – скомандовал он в микрофон. – Двоих – в центр безопасности отеля.

В коридоре снова послышались шаги, и в номер вошла Му Цзяньюнь. Вид тела на полу вызвал у нее секундную оторопь.

– Откуда здесь командир Лю? Что, черт возьми, случилось? – спросила она растерянно.

Времени на разъяснения не было. Ло Фэй поднес пальцы ко рту и ноздрям Лю Суна, проверяя, дышит ли тот. Затем сильно надавил на точку акупрессуры между носом и верхней губой. Через несколько секунд Лю Сун наконец пошевелился.

– Начальник Ло, – пролепетал он. Затем его глаза распахнулись, а голос стал напряженным и настойчивым. – Вы задержали Хань Хао?

Ло Фэй покачал головой:

– Когда мы прибежали, его уже не было.

– Далеко уйти он не мог… – Лю Сун завозился, пытаясь приподняться, но упал на спину и, морщась от боли, зажал ладонью рану в груди.

Ло Фэй убрал его ладонь и сам просунул руку под рубашку: там был бронежилет. Пуля его не пробила. Ло Фэй вздохнул с тихим облегчением.

– Я был чертовски неосторожен, – хрипло выдавил из себя Лю Сун. – Не ожидал, что он саданет в меня.

Ло Фэй ободряюще положил руку ему на плечо:

– Оставайся на месте. У тебя, видимо, сломано ребро.

Подошла Му Цзяньюнь. Несмотря на тревогу за Лю Суна, ее мысли были все еще заняты операцией. Сдерживать свои вопросы она больше не могла:

– Что Хань Хао делал здесь, в отеле? Что вы, черт возьми, затеяли?

– Капитан Ло Фэй свел все воедино, – проговорил Лю Сун между сипловатыми вдохами. – И рассчитал точно. А я, черт возьми, просто не справился с этой задачей.

И они быстро ввели Му Цзяньюнь в курс дела.

Двумя днями ранее

Ло Фэй вызвал Инь Цзяня и Лю Суна в свой кабинет для импровизированной встречи.

– Нам известны две вещи, – начал он. – Первое: из кабинета Дэн Хуа, когда произошли убийства, никто не мог ни войти, ни выйти. Второе: запись убийцы между отключением электричества не фальшивка. Эти две вещи звучат как парадокс. Но если мы его распутаем, то придем к новому выводу: убийца все это время находился в офисе.

– Но мы же вроде условились, что в офисе не было никого, кроме вице-президентов Мэн и Линь, – заметил Инь Цзянь. – Запись пошла с того момента, когда обе жертвы вошли в офис, и продолжалась непрерывно до первого блэкаута. Между этими двумя точками никакого вмешательства произойти не могло. Когда отключилось электричество, в комнате было явно два человека. Откуда же взялся третий?

Ло Фэй поднял голову.

– Еще один парадокс. Но бояться этих противоречий не нужно. Их впору даже приветствовать. Дело в том, что большинство парадоксов имеют естественное объяснение. Мы можем найти ответ. – Инь Цзянь слегка просветлел, пытаясь собрать кусочки воедино. – На момент отключения людей в комнате было всего двое. До блэкаута войти в офис никто не мог, но убийца был там. Единственное объяснение тому, что произошло…

Он собирался продолжить свою гипотезу, но осекся. Довод звучал чересчур абсурдно, чтобы быть высказанным вслух.

– Единственное объяснение, – понимающе кивнув, подхватил нить его рассуждений Лю Сун, – состоит в том, что убийцей был один из тех двоих в офисе.

Инь Цзянь осторожно покосился на Ло Фэя. Тот молча кивнул, но Инь Цзянь покачал головой:

– Хотя как такое возможно? Вице-президенты Мэн и Линь были единственными людьми в офисе. Оба намечены в жертвы Эвменидами. Не забудьте запись сразу после первого отключения. На момент появления убийцы оба по-прежнему лежали в своих постелях.

– Такими мыслями вы загоняете себя в угол, – сказал Ло Фэй, приподняв брови. – Хотя я вас не виню: мне самому потребовалось немало времени, чтобы обдумать это. Наш противник тщательно все спланировал, и, если б этот кусок пенопласта не был запачкан кровью и не упал на террасу внизу, я, честно сказать, не думаю, что нашел бы ответ.

Инь Цзянь посмотрел на Лю Суна, который изучал куски пенопласта под окровавленной одеждой.

– Помните, что вы несколько минут назад сказали о Лю Суне? – спросил Ло Фэй.

– Я сказал, что он точь-в-точь как человек с камер наблюдения, – ответил Инь Цзянь и, осознав что-то, азартно щелкнул пальцами. – Ах, вот оно что! В пенопласт обрядился кто-то другой. Не Эвмениды!

Ло Фэй одобрительно кивнул.

– Первую ловушку вы обошли, – сказал он. – «Убийца» на записи – совсем не Эвмениды. Это был человек примерно того же роста, только гораздо более худой.

Инь Цзянь с Лю Суном переглянулись.

– Вице-президент Мэн! – выпалил Лю Сун. – Но как объяснить тот факт, что на записи в офисе запечатлены трое?

– Это вторая ловушка, – вздохнул Ло Фэй. – Поначалу это сбивало меня с толку. Но как только я понял, что фигура, которую мы приняли за Эвменид, – на самом деле Мэн Фанлян, тупик исчез. Помните, в ту ночь были две отдельные записи с двух разных камер?

Инь Цзянь хлопнул ладонью по столу.

– Запись постели вице-президента Мэн была фейковой!

– Ну вот, все сходится, – сказал Ло Фэй. – Часы были на той стороне кабинета, где находился Линь Хэнгань, то есть на той самой, где якобы появился убийца. До сих пор у нас не было причин сомневаться в записи постели Мэн Фанляна.

– Та запись, должно быть, была закольцована, – сказал Лю Сун, соображая. – Первый блэкаут длился пять минут. За это время Мэн Фанлян, должно быть, обрядился в пенопласт, чтобы засветить свою фигуру, сделав ее более похожей на фигуру преступника. Должно быть, он держал в мыслях, что может включиться аварийный генератор, поэтому держался к камере спиной, чтобы полиция заподозрила Эвменид. А когда электричество отключилось снова, взялся за работу.

Инь Цзянь теперь расхаживал по кабинету, продолжая свои рассуждения:

– Вице-президент Линь принял снотворное, поэтому не мог сопротивляться, когда Мэн Фанлян вспарывал ему горло. Убив Линь Хэнганя, он снял с себя тряпье, сунул в рюкзак и сбросил на террасу. А веревка, которую мы затем нашли? Он заранее спрятал ее на террасе. Мэн Фанлян сделал все это, чтобы внушить нам мысль, что кто-то якобы ворвался в офис и убил вице-президента Линь. Куски пенопласта, однако, выдали бы его, поэтому он выбросил их в окно, полагая, что те в силу своей легкости рассеются по большой площади и таким образом не привлекут ничьего внимания. Но не учел, что один кусок, испачканный кровью Линь Хэнганя, все же попадет на террасу.