Маэстро, ваш выход! - Вячеслав Жуков

Увлеченный чтением материала по делу об убийстве председателя совета директоров топливной корпорации Леонида Розовского, майор Туманов не сразу отреагировал на стук в двери. И только, когда он повторился еще и еще, Федор оторвался от бумаг и громко сказал:

– Входите. Кто там?

Дверь открылась, и в проеме показалось лицо человека, который повел себя довольно робко. Не смотря на приглашение майора войти, он еще раз переспросил:

– Можно, да?

Федор не раз убеждался, что излишняя скромность вредна. Всего должно быть в меру. В меру нахальства, в меру скромности. И всего остального тоже в меру. Так правильно формируется личность. А если чего-то не хватает, или избыток, то эта личность ущербная. Похоже, такая вот и предстала перед ним.

– Я же вам сказал, входите, – проговорил майор, разглядывая вошедшего.

Человек прошел к столу. Им оказался толстячок лет пятидесяти с небольшим. Причем, его красное, вспотевшее лицо показалось Федору знакомым.

– Садитесь, – майор любезно кивнул на стул.

Толстячок уселся на стул, который от его веса едва не заходил ходуном, особенно, когда он попытался поудобней разместить на нем свою пухлую задницу.

Федор с сожалением подумал о том, что вот пара, тройка, таких посетителей и им самим придется сидеть на полу. Новых стульев полковник им точно уж не выпишет. Но долг обязывает майора относится ко всем предельно вежливо, независимо от их комплекции, и потому Федор сделал вид, будто не заметил жалобного стона мебельного атрибута, спросил:

– Слушаю вас?…

– Моя фамилия, Глотов, – поспешил заявить о себе посетитель.

– Вот как, – сказал на это Туманов. Хотел добавить, что на ловца, как говорится и зверь бежит, но воздержался, зная, что господин из другого ранга и, возможно, к грубым метафорам оперов не приучен.

– Да, – произнес Глотов с небольшой заминкой. – Я только что разговаривал с вашим начальником…

– Полковником Васильковым? – решил уточнить Туманов.

Глотов сказал, кивнув:

– Он посоветовал обратиться лично к вам. Вот почему я, собственно, здесь.

Федор отложил толстую папку, набитую бумагами, в сторону, тем самым, давая понять, что готов выслушать Глотова.

– Понимаете, в чем дело… как бы это сказать, – произнес Глотов, несколько волнуясь. – Мы были с Леонидом Розовским компаньонами…

– Точнее бы назвать, вы были его так называемой «крышей»? Представитель закона. Человек с положением. Есть «крыша» криминальная. А вы – «крыша» от власть имущих. Верно? – спросил Туманов. На что Глотов не стал возражать, но и не стал опровергать сказанное майором. Сказал, улыбнувшись:

– Уж вы скажите тоже. Ну, помогал я ему иногда в делах…

– Прошу заметить, в делах незаконных, – уточнил Туманов. – Коллеги из управления по борьбе с экономическими преступлениями проводили проверку топливной корпорации, руководимой Розовским. И нашли там массу нарушений. Там и ваша фамилия, между прочим, фигурирует, – проговорил майор, впрочем, не заметив особого беспокойства в глазах толстячка. По всему чувствовалось, что все сказанное Тумановым не новость для него. Сейчас его больше беспокоило другое, и он признался майору:

– С этим ладно. Я как-нибудь утрясу. Меня сейчас другое беспокоит…

Туманов давно подметил за собой одну особенность, которая прижилась в нем, это умение безошибочно отличать хороших людей от типичных негодяев. Глотов на хорошего человека явно не тянул.

– И что же? – поинтересовался майор.

– Понимаете, я был вынужден прибегнуть к услугам одного человека, с богатым криминальным прошлым…

– Вор в законе – Зибор? – спросил майор, видя по лицу толстяка, что попал в самую точку. И Глотов услышав о Зиборе, занервничал.

– Понимаете, мне пришлось. Деваться было некуда. Курьер привез три миллиона долларов. И вдруг, пропал. Вместе с деньгами. А его, между прочим, прислали серьезные люди….

Туманов все понял, усмехнулся.

– Которые теперь наехали на вас? Я правильно понял?

Глотов горестно вздохнул.

– Вы не представляете, на что они способны. Моя депутатская неприкосновенность для них ничего не значит. А у меня, семья. Вы понимаете?

Майор пожал плечами.

– Пока, не особенно. Мы не занимаемся охранной деятельностью. Бывает, конечно, но это в особо исключительных случаях, когда дело касается безопасности важных свидетелей. Но вы для нас таковым не являетесь. Поэтому, мы не можем вас охранять, – проговорил Федор, заметив на лице толстяка нескрываемое разочарование.

– От кого охранять, Федор Николаевич? Если эти люди захотят убить, они это сделают. И никакая охрана не поможет, – разочарованно констатировал толстячок, чем еще больше удивил Туманова.

– Тогда что же вы хотите от меня? – спросил майор.

Лицо Глотова приняло оживленный вид.

– Понимаете, те серьезные люди, которые направили к Розовскому курьера, требуют теперь, чтобы я вернул три миллиона долларов…

Теперь до Федора кое-что стало доходить, и он кивнул.

– Еще они требуют разобраться, кто убил их курьера. Поэтому мне нужны факты. Нужно знать, где те проклятые три миллиона, и каким образом мне их вернуть. Нужны фамилии тех, кто убил курьера, – потребовал Глотов, на что майор Туманов задумчиво хмыкнул, не понимая, на каком основании этот толстячок требует от него всего и так много. И имеет ли он, вообще, право требовать. Вошел, такой робкий, а сейчас разошелся не в меру. А не пора ли его осадить, чтоб не так мягко было его толстой заднице?