Спи, милый принц - Дэвид Дикинсон

— Мам, а ты не думаешь выйти за лорда Пауэрскорта?

Леди Люси некоторое время собиралась с мыслями. Какие странные вещи говорит иногда Роберт. Впрочем, она и сама думала об этом — всего минуту назад. В Генри Джеймса так сразу не вникнешь.

— Ну, милый… — что бы ему такое сказать? Наверное, самое верное — правду, и чем раньше, тем лучше. — Я вышла бы, если бы он меня попросил. Но этого пока не случилось.

— А он попросит?

— Надеюсь. Надеюсь, что рано или поздно он на это решится. Вероятно.

— И ты тогда согласишься?

— Да, — она рассмеялась. — Да, тогда соглашусь.

Роберт почему-то не сомневался, что лорд Пауэрскорт попросит. Мама же вон какая красивая. Все мальчики в его школе так и говорят.

— А что ты об этом думаешь, Роберт? О том, что мы вдруг возьмем да и поженимся?

— Ну, он здорово вяжет узлы и вообще хорошо управляется с моим кораблем, — ответил практичный Роберт.

— Я думаю, ему приходится думать и о другом. Очень часто.

И леди Люси объяснила Роберту, что Пауэрскорт — следователь, что он раскрывает преступления, иногда даже убийства. А по временам выполняет секретные поручения правительства — он и в Венецию ездил с таким поручением. Глаза у мальчика становились все больше и больше.

— Так он ездил в Венецию с секретным заданием? И когда мы были на Круглом пруду, он тоже обдумывал всякие тайны? Ух ты! — Роберт примолк, усваивая новые сведения. — Мам?

— Да, милый?

— А можно, я в школе об этом расскажу? Если ты за него выйдешь. О том, чем он занимается — лорд Фрэнсис. О расследованиях.

— Только совсем немного, милый. Совсем немного.

Кэб, уже выехавший на последнюю прямую, медленно катил по челсийской Кингз-Роуд. Полная луна время от времени показывалась над крышами Слоун-сквер.

— Так что, сам понимаешь, Фрэнсис, не думаю, что с Робертом возникнут какие-нибудь сложности.

— Понимаю. Послушай, может быть, мне стоит иногда приходить к вам переодетым? Ну, чтобы произвести на Роберта впечатление. В накладной бороде? Или в облике прачки?

Кэб остановился у дома 25 на Маркем-сквер.

— Фрэнсис, ты не зайдешь ненадолго? Не выпьешь чашку чая?

— С наслаждением, леди Люси, — ответил, расплачиваясь с кебменом, Пауэрскорт. — С совершеннейшим наслаждением.

В дом сестры на Сент-Джеймсской площади он возвратился поздно. Однако леди Розалинда еще не спала.

— Фрэнсис, — произнесла она, делая вид, что приводит в порядок подушки на одном из канапе. — Как ты поздно. Ну, что Бетховен? Что леди Люси? Есть какие-нибудь новости?

Пауэрскорт понимал — так ясно, как если бы все было написано на окнах, — сестра подозревает, что он сделал леди Люси предложение. Она уже несколько дней намекала ему, что время для этого настало.

— Концерт был великолепен. Леди Люси чувствует себя превосходно.

— Ты ничего мне не хочешь сказать? Ничего нового?

— Нет, пожалуй что, не хочу.

— То есть новостей у тебя никаких? — с грустью произнесла леди Розалинда. При этом взгляд, которым она впивалась в брата, говорил, что тот явно что-то утаивает.

Пауэрскорт улыбнулся ей широченной улыбкой. Черт, сказал он себе, я счастлив — и как это скроешь? Однако удовлетворять ее любопытство в четверть первого ночи не собираюсь.

— Я, пожалуй, пойду лягу, Розалинда, — и Пауэрскорт расцеловал сестру в обе щеки.

— Пембридж! Пембридж! Ты спишь?

Леди Розалинда с силой потрясла мужа. Он, разумеется, выглядит спящим, но лучше все же проверить, так ли это.

— Пембридж! Послушай!

Пембридж с большим трудом выбрался из объятий сна.

— Господи, женщина! Ты хоть на часы посмотри.

— Так ведь и я о том же. О времени. Фрэнсис только что вернулся домой. Только что. В четверть первого ночи. А концерт, между прочим, закончился в десять тридцать. Это самое позднее. И он улыбается от уха до уха. Я думаю, он его все-таки сделал.

— Кого? — спросил сонный Пембридж.

— Да предложение же, дурень! Леди Люси!

— А ты его об этом спросила? — осведомился рассудительный Пембридж.

— Спросила. Еще бы я не спросила, — запальчиво ответила его супруга. — Он сказал, что ничего нового сообщить не имеет. Дважды сказал. Но при этом все время улыбался. Вот я и подумала — интересно. Очень даже интересно.

Ранним утром следующего дня леди Люси Гамильтон лежала в своей постели на Маркем-сквер, гадая, где именно ей предстоит обратиться в жену лорда Фрэнсиса Пауэрскорта. Отправятся ли они в ее родовой дом в Шотландии, полный военных реликвий и длинных, холодных коридоров замок вождя клана? Или в Нотргемптоншир, в поместье Фрэнсиса? А может быть, церемония состоится здесь, в Лондоне, в соборе Святого Иакова на Пикадилли или Святого Георга на Гановер-сквер? И что, вообще говоря, полагается надевать на второе венчание? Ну, что бы ни полагалось, у нее этого точно нет. И леди Люси принялась серьезно обдумывать новый наряд — в особенности шляпку.

Лорд Фрэнсис Пауэрскорт тоже лежал в постели на Сент-Джеймсской площади, размышляя о том, где ему предстоит обвенчаться с леди Люси Гамильтон. Может быть, в Роуксли, думал он, в собственной его маленькой церкви — служить будет его викарий, у него такой прекрасный голос, а петь местный, вечно фальшивящий хор. Хотя леди Люси может захотеть выйти замуж в Шотландии, откуда родом ее семья. У сестер, конечно, будет на этот счет собственное мнение — и лорд Пауэрскорт вздохнул.

С лестницы донесся громкий шум. Кто-то с великой скоростью поднимался по ней.

— Фрэнсис! Господи! Ты все еще в постели! Ты хоть на часы посмотри, друг любезный. Посмотри на часы.

— С добрым утром, лорд Джонни Фицджеральд. Ты врываешься в мою спальню в четверть восьмого утра. У нас что, революция или еще что-нибудь? Нация в опасности?

— Одевайся, Фрэнсис. А после прочитай вот это.

Фицджеральд сжимал в руке номер «Таймс».

— Газету, если уж от этого никак не отвертеться, я могу почитать и в постели. Мне приходилось делать это и прежде. И к какому же разделу «Таймс» ты советуешь обратиться? «Рождения, браки и смерти»? Финансовому? Или футбольному?

— Не понимаю, как люди могут вести себя столь легкомысленно, еще даже не выбравшись из кровати. Ей-богу, не понимаю, Фрэнсис. Вот посмотри здесь. Четвертая страница, маленькая заметка в самом низу.

«Беспорядки в Ирландии». «Крушение поезда под Кру». Нет, не то. «Новости с президентских выборов в Вашингтоне». Нет. А, наверное, это:

Загадочная смерть в Перудже.

От нашего корреспондента.