Звездная дверь - Марина Шамова

Сглотнув, я на мгновение поддалась панике и вцепилась в Фила — настолько мне не хотелось снова оказаться на этом страшном ледяном столе. Но глас рассудка подавил эту вспышку трусости, и я без возражений позволила себя усадить.

— Так-с, Филипп, мальчик мой, с тобой мы давно знакомы, а вы, мисс?.. — доктор выжидательно поднял седую бровь, усевшись на кресло напротив.

— А я… — бросив быстрый взгляд на Гилмура, я поняла — сохранить инкогнито не получится, настолько щеняче-преданно тот смотрел на врача. — Меня зовут Долорес, я знакомая Филиппа.

— Что ж, очень приятно, Долорес, — не настаивая на фамилии, сказал мистер Фитцджеральд. — И с чем пожаловали? Нашли медвежий капкан?

— Не совсем, док, — засуетился Фил, сунувшись было ко мне помочь снять ботинки, но я отстранила его злобным шипением.

— Ш-ш-шс-с… Резанные раны, неглубокие, — выдохнула я, с трудом разув правую ногу, и содрогнулась — бинт был целиком красный и мокрый от крови.

«Ещё одни ботинки на выброс», — скорбно подумала я, сунув обувку в руки топчущемуся рядом Гилмуру, и взялась за вторую ногу.

Врач никак не прокомментировал несколько ляпин крови на белоснежном кафеле, капнувших с моих безнадёжно испорченных повязок, лишь деловито поинтересовался:

— Что принимали?

Чуть подумав, я вспомнила утреннюю «похмельную» таблетку.

— Аспирин.

После того, как он срезал бинты, я рискнула взглянуть на ноги и сглотнула вязкую слюну — настолько неприятным оказалось зрелище. Хуже, чем во время обработки в ванне… Кажется, началось то ли раздражение, то ли воспаление, и это меня совершенно не радовало!

— Док, давай моим методом, — внезапно прорезался Фил, когда я уже хотела уточнить — как мне с этим жить дальше.

В печальных глазах врача отразилось лёгкое удивление пополам с озадаченностью.

— Уверен, мальчик мой? — недоверчиво переспросил он, и, дождавшись решительно кивка Гилмура, пожал плечами. — Что ж, твоё право. Но должен заметить, что раны, хоть и болезненные — но отнюдь не такие опасные, чтобы…

— Всё под контролем, док, — Гилмур снова решительно перебил старика, и самостоятельно полез куда-то на стеллажи, покуда я только глазами хлопала.

— Прошу прощения, а о чём, собственно, речь-то? — занервничала я от всей этой сцены.

— Прогрессивные методы лечения. Без иголок и швов, — подмигнул мне мужчина, с победным «хе!» вытаскивая наружу небольшую склянку тёмного стекла с плотно прилегающей крышкой. — Но промыть всё равно надо.

— Без швов? — недоверчиво посмотрела я на врача и тот, пожав плечами, кивнул.

— Будем считать — вам крупно повезло, мисс, — с этими словами он повернулся к Филу и, приподняв бровь, уточнил. — Полагаю, дальше разберёшься без меня?

— Ага, — безмятежно ответил Гилмур, и, поставив баночку на стол рядом со мной, полез к рукомойнику, притулившемуся в углу кабинета. — Не пристраивать же вас к промывке ран, в самом деле.

— А шуму-то было, право слово, — проворчав это, Фитцджеральд удалился, заметно недовольный тем, что его отвлекли таким пустяком.

Я же боролась с желанием окликнуть его, потому что решительно не понимала — каким образом мой самоуверенный спутник собирается разбираться с тем месивом, что сейчас являли собой мои ступни. А потом стало поздно, поскольку Фил достал откуда-то металлический тазик, наполнил его водой и приступил к промывке ран.

Прогнала я его секунд через пятнадцать, когда поняла, что ещё немного, и разобью ему голову этим самым тазиком. Не то чтобы он орудовал неумело или неловко — нет. Просто покуда я находилась в сознании и не беспомощном состоянии — предпочитала разбираться с такими вещами сама.

— Я бы сделал это быстрее, — обиженно фыркнул мафиозо, устраиваясь на подоконнике — самом дальнем от меня месте, куда я велела ему сесть.

— Без обид… — прошипела я сквозь зубы, промокая мокрым бинтом растрепавшиеся края ран. — Я потом всё… объясню.

— Ловлю на слове, Долорес, — легко согласился Фил.

Через десять минут закончив эту малоприятную процедуру, я повертела головой в поисках дезинфицирующего средства.

— Мазь слева от тебя, — напомнил мне мужчина, и я, спохватившись, взяла баночку чуть подрагивающими пальцами.

— Что это? — уточнила я, с трудом откупорив крышку и принюхавшись к густому, желтовато-белёсому содержимому.

— Я называю это «Спасатель», — бесстыже задрав футболку, Филипп указал на один из шрамов у себя на боку. — Всегда стопроцентное срабатывание.

Недоверчиво прищурившись, я осторожно зачерпнула немного снадобья — маслянистое, оно слегка холодило кончики пальцев, — и нанесла на один из порезов, выглядящий наименее болезненно. Вопреки ожиданиям, боль не только не усилилась, но почти сразу отступила, а пульсирующий жар сменился приятной прохладой.

Не удержавшись от восторженного вздоха, я поспешила замазать ступни целиком, под одобрительным взглядом Фила, и мне стало так хорошо, что даже смогла распрямиться.

— Да уж… воистину — «Спасатель». Из чего оно? — почти безмятежным тоном поинтересовалась я, шевеля пальцами на ногах и наслаждаясь тем, что эти движения даются совершенно свободно.

— Секрет фирмы, — выразительно округлив глаза, Гилмур прижал палец к губам и усмехнулся. — Возьмём с собой, пожалуй. Ещё пара таких обработок — и будешь бегать как новенькая.

— Да ладно, — недоверчиво посмотрела я на него. — Пара? А как часто надо наносить эту мазь?

— Раз в день, лучше на ночь. Сейчас забинтуем тебя, и поедем.

Я уже успела воспрять духом, как ядовитый червячок сомнения шевельнулся в сознании.

— Ты это делаешь, чтобы я быстрее поработала на твоего дядю? — тон поневоле оказался весьма враждебным, но Фила это не смутило.

— Нет, просто хочу, чтобы ты меньше страдала, — пожал он плечами. — К тому же, я всё равно сказал ему, чтобы ты сможешь взяться за дело не раньше, чем через пару недель.

Ещё какое-то время посверлив его взглядом, я сдалась, поскольку злиться и сердиться почему-то решительно не получалось.

— Ладно. Спасибо тебе.

— Всегда пожалуйста, детектив, — широко улыбнулся Фил. — Всегда пожалуйста…

Эпилог

Я устроилась в «феррари» с подобающим ситуации комфортом — ботинки я надевать не стала из соображений брезгливости, и щеголяла сейчас домашними тапочками, выданными мне на выходе доктором Фитцджеральдом. Без требования возврата, что было довольно любезно с его стороны.

Спохватившись, я поняла, что не сказала Филу — где меня сбросить, и виновато улыбнулась ему:

— Прости, не мог бы ты отвезти меня к термам?

Мужчина настолько явственно озадачился, так что я поспешила пояснить:

— Мне нужно машину забрать, ты же сам сказал — она там осталась.

— А, — он расслабленно махнул рукой. — Не переживай, о ней позаботятся лучшим образом, пока нас не будет. Постоит с недельку на охраняемой парковке — ни пылинка не сядет!

«Неделька?..»

— Не совсем поняла, — осторожно сказала я. — Какая неделя? Зачем на парковку? Просто верни меня домой, хорошо?

— Обязательно, — бодро кивнул Фил. — Как вернёмся из отпуска — сразу домой.

— Какого отпуска?.. — окончательно опешив, я растерянно почесала затылок.

— В Майями, — в голосе Гилмура не было и тени смеха — убийственная серьёзность.

— М-майями? — заикнулась я, даже не пытаясь совладать с вновь накатывающим раздражением. — Мы куда едем, черти бы тебя взяли⁈

— Не поверишь — в Майями! — бодро заявил этот наглец.

— Немедленно вези меня домой! — завопила я, не удержавшись и саданув его кулаком по плечу. — Я не собиралась никуда из города!

— Может и не собиралась, но совершенно точно хотела, — Фил даже не почесался от моего удара. — Это называется — работа бессознательного. Вот я и решил, что это шикарная, совершенно уместная идея, которую непременно нужно реализовать.

Разинув рот от такой наглости, я снова несколько раз беззвучно хватанула воздух, поскольку так виртуозно выкручивать ситуацию в свою пользу — против меня! — не удавалось даже матери. Хотя она-то в подобных вопросах форменный эксперт.

— Брось, детектив, тебе совершенно точно нужно отдохнуть, — безмятежно протянул Гилмур. — Вкусная еда, роскошные пляжи, сосновый лес и восхитительная компания — что ещё нужно для отличного отпуска? Ты вообще когда-нибудь была в отпуске?

— Была! — резко ответила я, прикидывая — как бы всё-таки заставить его развернуться не силовыми методами.

— Сомневаюсь, — хмыкнул этот излишне инициативный мерзавец. — После учебки ты сразу, естественно, ломанулась в патруль, там пахала как лошадь — два года, а потом сразу на вольные хлеба. А волка, как мы знаем, ноги кормят, так что вряд ли ты позволяла себе полноценный отдых у океана.

Крыть было нечем, но это не значило, что я готова была пойти на поводу у этого «террориста».

— Ты меня фактически