Когда никто не видел - Хизер Гуденкауф

– Шутка? – Мара недоуменно нахмурила брови и беспомощно оглянулась на мужа. – Какая такая шутка?

Джим, похоже, был готов взорваться.

– А вот какая: Кендалл с Эмери выманили девочек из дому среди ночи. Наша старшая дочь обманом заманила сестру в ловушку.

– Нет! – Глаза Кендалл расширились от страха. – Нет, это была не я. Я через несколько дней забросила переписку и попросила Эмери тоже перестать.

Мара смотрела на дочь так, словно видела ее впервые.

– Кендалл…

– Вы планировали это вместе? – спросил Джим. – Вы обе там были?

– Нет, папа! – закричала Кендалл. – Ты же прекрасно знаешь, что я в ту ночь была дома. И знаешь, что я бы никогда такого не сделала. Как и Эмери.

– Это ты так говоришь, Кендалл. – Голос у Джима сорвался. – Я, оказывается, совсем тебя не знаю.

Я приготовилась вмешаться, прежде чем ссора зайдет слишком далеко и у одного из них вырвутся слова, о которых он будет жалеть всю оставшуюся жизнь. Одновременно я посмотрела на Кору. Она просто сидела, словно в трансе: руки безвольно лежат по бокам, лицо совершенно ничего выражает.

– Значит, все сообщения были не от Джозефа? – уточнила она. – И его не существует?

– Прости меня, Кора, – выдавила Кендалл. – Я ужасно виновата. Это была просто шутка, глупая шутка. Если бы я знала, что Вайолет и Джордин вздумают тебе навредить…

– Мне нужно в ванную, – перебила Кора и резко поднялась с кровати. Она выглядела опустошенной и отстраненной, как будто не слышала последних слов сестры.

– Дай помогу, – встрепенулись Мара, бросаясь к дочери.

– Я сама, – пробормотала Кора и медленно покатила стойку для капельницы в ванную.

– Позволь хоть медсестру вызвать. – Мара потянулась к кнопке вызова.

– Нет, не надо, все хорошо, – выговорила Кора все тем же пустым, безэмоциональным голосом. Оказавшись в ванной, она осторожно закрыла дверь и с легким щелчком заперла щеколду.

– Проклятие, Кендалл, – выплюнул Джим. – Какого черта ты устроила?

– Прости, – простонала девочка, раскачиваясь взад-вперед. – Я ужасно виновата.

Джим схватил ее за локоть и потянул к двери.

– Убирайся, – прошипел он сквозь стиснутые зубы. – Видеть тебя не могу.

– Прекрати! – закричала Мара, втискиваясь между ними. – Убери от нее руки!

Помню, я повысила голос, призывая семейство Лэндри успокоиться. Потом предложила сделать перерыв на несколько минут, прийти в себя, а затем снова собраться и обсудить признания Кендалл.

Джим Лэндри на это лишь горько рассмеялся.

– Хватит с меня разговоров, – пробормотал он и выскочил вон из палаты, раздвинув жену и старшую дочь плечами.

– Мне очень жаль, – заплакала Кендалл, когда Мара обняла ее. Именно тогда я заметила, что Кора так и не вышла из ванной. Я подошла к двери и осторожно постучала.

– Кора, – позвала я. – Кора, у тебя там все в порядке?

Нет ответа.

Я постучала сильнее.

По-прежнему ничего. И тут я заметила, как из-под запертой двери сочится прозрачная жидкость.

– Что это? – удивилась Мара у меня за спиной.

– Зовите медсестру, – спокойно приказала я и снова попыталась дозваться: – Кора, открой дверь.

Через несколько секунд в палату вошла медсестра.

– Открывайте, – велела я. Медсестра ловко отперла дверь и толкнула ее. В углу, опустив голову на колени, сидела Кора, рядом валялась скрутившаяся спиралью пластиковая трубка, а содержимое капельницы, собравшееся на полу, уже окружала кровавая лужа. Сначала я подумала, что кровь натекла из того места в сгибе локтя, куда в вену вводили иглу, но, когда Кора подняла голову от колен, сразу стало ясно, что это не так.

– О боже мой, – выдохнула Мара.

– Это вы виноваты! – зашипел на меня Джим Лэндри. – Вы же должны был помочь ей!

Стежок за стежком Кора стягивала швы с лица; пальцы у нее были липкими от крови. С живота она швы, должно быть, уже сорвала, потому что на больничном халате ярко алело большое пятно.

Я упала на колени и схватила девочку за окровавленные пальцы.

– Зачем, Кора? – Голос у меня срывался. – Зачем ты себя мучаешь?

– Это была не Кендалл, – прошептала она. – И не Вайолет с Джордин. Они ничего не сделали.

Пять месяцев спустя Томас Петит. 14 сентября 2018 года

Позже мне удалось просмотреть видеозапись с лобовой камеры локомотива. Я был как никогда близок к смерти. Видео не лучшего качества, без звука, но ясно, что мы с Джоном Довером переговариваемся. Видно, как я спотыкаюсь и падаю навзничь, а Довер пытается помочь мне подняться. Чудо, что я остался жив, но не менее удивительно, что, пытаясь спасти меня, не пострадал и Довер. В итоге я отделался разрывом вращательной манжеты плеча. Могло быть гораздо хуже.

Не стоило ездить на вокзал. Да и вообще, сейчас я хотел бы многое сделать по-другому. До сих пор не понимаю, почему Джордин лгала и продолжает лгать, хотя не сделала ничего плохого, разве что улизнула из гостей и попыталась разыграть подругу.

Однако не Джордин отправляла Коре лживые сообщения, не она избивала подругу и ранила ножом. Но почему-то сочла нужным указать на невиновного человека, своего учителя. Я пытался потребовать у внучки объяснений, но она не захотела или не смогла сказать ничего, кроме того, что была смертельно испугана и боялась попасть в тюрьму.

Как говорит Тесс, мы, скорее всего, до конца так и не поймем внучку. Ей выпала тяжелая жизнь. Родители бросили девчушку совсем крохой на пороге нашего дома. Мы старались заменить ей семью, но это ведь совсем не то же самое, когда рядом с тобой сидят за ужином и каждую ночь укладывают тебя спать настоящие мама и папа.

Мистер Довер ушел в отставку с преподавательской должности и, насколько мне известно, уехал из штата. Где бы он ни осел, надеюсь, он смог начать новую жизнь.

С трудом выбравшись из-под поезда с поврежденным плечом, я многое обдумал и рассказал сержанту Грейди о ранце, спрятанном в дымоходе. Полицейский его выудил, и оказалось, что никаких вещественных доказательств, связывающих Джордин с преступлением, внутри нет. Слава богу, меня даже не арестовали за фальсификацию улик. Думаю, никто просто не видел смысла бросать старика в тюрьму за попытку защитить внучку.

Раз в неделю мы ездим в Грейлинг, и я сначала отвожу Джордин к психологу, а затем Тесс – к физиотерапевту. Мы заключили сделку со следствием, которая состояла в том, что Джордин обязали посещать психолога, иначе ей предъявят обвинение в даче ложных показаний. Вроде бы беседы с доктором помогают. Наша девочка стала намного спокойнее, хоть и более замкнутой. Тесс говорит, что через несколько