Расплата за любовь - Евгений Костюченко

Все стенки и переборки кубрика были густо оклеены фотографиями голых красоток, и первые полчаса Алина потратила на то, чтобы содрать все это безобразие. Впрочем, то была не ее инициатива, а приказ старшины Риты Саблиной. Вместе с бумажными останками красоток набралось еще несколько ведер мусора — бутылки, банки с окурками, стоптанные башмаки и драные тельняшки. А кроме носового кубрика на буксире были еще и две каюты, со спальными откидными полками и диванами, обитыми дерматином, а еще был камбуз, где среди мисок и ржавых сковородок девчонки нашли иссохшую крысу. Никто ее не испугался. Наоборот, было решено, что, раз уж крыса скончалась на корабле, а не убежала с него, значит, кораблю ничего не грозит. Наводя порядок, Алина и не заметила, как буксир отошел от причала. Когда же она поднялась по крутому трапу на палубу, берег уже отдалялся, на глазах исчезая за пеленой дыма.

Палуба дрожала и раскачивалась под ногами.

— Алька! — позвал ее Стрельник через открытую дверь рубки. — Не хочешь стать на вахту?

Она встала рядом с ним, и он уступил ей место у штурвала. Алина робко взялась за полированные рукоятки.

— Как этим управлять? А где приборы?

— Прибор тут один — компас. Следи, чтобы метка все время была на румбе «сто сорок», точнее — между четверкой и нулем. Когда надо будет сменить курс, капитан назовет тебе новые цифры. Вот и все. Этот рычаг — обороты. Не трогай. Этот — реверс. То есть задний ход. Да не трогай же. Держи штурвал и смотри на компас.

— Джипом управлять было веселее, — сказала Алина.

— Как там дети? — спросил Ян, склонившись над развернутым рулоном карты.

— Идет борьба за чистоту. Мичман пытается раскочегарить печку. Ян, а почему мы уходим от берега? — спросила Алина, глядя на пустынный горизонт под нависшими тучами.

— Уходим от одного берега, приближаемся к другому.

— А когда он появится, этот другой берег?

— Примерно через час ты увидишь по правому борту скалы и полосатую вышку. Там сменим курс.

— Через час? — ужаснулась она. — А когда же мы будем в городе?

— Ориентировочно через три часа выйдем на Петрокрепость. Там можно высадиться. Взять тачку. Через час будешь в городе.

— Четыре часа? Это поздно, — сказала она и тут же пожалела об этом, увидев, что Ян нахмурился. — То есть, я хотела сказать, что меня же будут ждать там. Люди из Москвы приедут, а меня нигде нет…

— Подождут. Рулевой, повторите, где должна быть метка?

— На цифре «сто сорок», — Алина наклонилась над компасом и увидела, что сбилась с курса.

Она лихорадочно крутанула штурвал, и Ян перехватил ее руки.

— Полегче, рулевой, полегче.

Он стоял сзади, положив свои ладони поверх ее.

— Все очень просто, Алька. Держи курс. Ни о чем не думай. Пока мы дойдем до города, все изменится к лучшему. Просто потому, что наступит новый день. Нам некуда спешить. Мы успели вытащить пацанят из пожара. Мы свое дело сделали. Из Москвы приедут твои ребята, и тоже сделают свое дело. Все будет хорошо.

Она вздохнула:

— Мне до сих пор не верится, что мы успели. Все время кажется, что в лесу кто-то остался. Словно мы там кого-то забыли.

— Не забыли. Вся команда на борту. Есть даже лишний человечек. Но и он нужен. Следи за курсом, Алька. А я проведаю моториста.

Алина не могла понять, почему ее по-прежнему терзает неясная тревога. Наверно, слишком много пришлось пережить за сегодняшний день. А ведь была еще и бессонная ночь… Неудивительно, что напряжение не покидает ее. Надо расслабиться. Надо смотреть на компас и ни о чем не думать.

Рита сменила ее у штурвала.

— Там уже чай пьют, идите скорее, а то варенье слопают, — сурово сказала она, вытирая стекло компаса рукавом тельняшки.

— Не хочется. Я лучше с тобой постою.

— Идите, идите, там вам и картошку оставили, — натаивала Рита. — Поешьте обязательно. На пустой желудок вахту стоять тяжело.

Она спустилась в кубрик и съела две холодные печеные картофелины, запив чаем с малиновым вареньем.

Брагин и Ян, сидя рядом с ней за откидным столиком, тихо переговаривались.

— …А я и не собираюсь никому отдавать такой крейсер, — говорил мичман. — Найти бы хорошую стоянку.

— Поставим буксир в яхт-клубе, — предложил Ян. — Никто его искать не будет. Перекрасим. Выпишем документы на маломерное судно. Ни одна собака не подкопается.