Кольцо Гекаты - Наталья Солнцева

По столу медленно растекалась белая сливочная лужа.

– Боже мой, Марк! – завопила Динара, входя в кухню. – Что это такое?! Что ты делаешь?

– Мы вишневые кораблики пускаем! – радостно сообщила Марта, глядя на маму большими и черными, как у самой цыганки, глазами.

– Молчи, боцман! – сердито крикнул Марк. – Здесь я капитан!

– Артем! – позвала Динара, без сил опускаясь на табуретку. – Иди сюда! Посмотри на этот кошмар!

Господин Пономарев поспешил на зов и застал на кухне следующую картину: по столу растекались купленные им вчера в гастрономе сливки, а сверху плавали несколько крупных вишен. Пакет с остальными ягодами держала в руках Марта, увлеченно следя за действиями брата: Марк как раз спускал на воду очередную вишню.

– Вам что, воды мало? – возмутился Артем. – Зачем сливки испортили? Останетесь сегодня без завтрака!

– Это Белое море! – серьезно заявил Марк. – В нем вода должна быть белая!

– С чего ты взял?

– А почему же оно так называется?

Артем вздохнул, не зная, как ответить.

– Вот видишь, папа! – обрадовалась Марта. – Обыкновенная вода не подходит. И кораблики из газеты нам тоже надоели.

– А это что, по-вашему? – нашелся Артем и показал на вишни. – Где вы видели круглые корабли?

– Это батискафы, – терпеливо объяснил Марк. – Неужели ты не понимаешь?

– Батискафы плавают под водой, а не на поверхности.

– А мы и ждем, когда они утонут! – с детской непосредственностью сказала Марта.

– Как они могут утонуть? Это же стол!

– Мы хотели сливки в корыто вылить, – вмешался Марк. – Но их оказалось слишком мало, всего два пакета.

– Вы понимаете, что это продукты? – взвилась Динара. – Это не для игры! Для еды! И кто это все теперь убирать будет?

– Мы! – улыбнулась Марта. – У нас следующая игра – «собаки профессора»!

– Что еще за собаки?

– Танат и Керра, доберманы. Они вчера так весело лужу лизали, что нам тоже захотелось!

Близнецы высунули языки и принялись слизывать со стола сливки.

– Я этого не вынесу! – простонала Динара, хватаясь за голову. – Что ты смотришь, Артем? Скажи им! Давно ли мы стоматит лечили?

– Ничего, стол чистый, я вчера его с содой вымыл. Как чувствовал! Идем, не стоит им мешать.

Они сели на диван в гостиной, посмотрели друг на друга и расхохотались.

– У тебя одна щека намылена, а другая нет, – сказала Динара, вытирая слезы, выступившие от смеха.

Артем машинально снял с шеи полотенце и вытер щеку. Он уже забыл и о Белом море из сливок, и о «собаках», слизывающих его. Господин Пономарев погрузился в предстоящие заботы.

– Ты сегодня на работу идешь? – спросила Дина Лазаревна, улавливая перемену в его настроении.

– Обязательно.

– Так ведь суббота!

– У меня же Никитский, ты знаешь. Надо помочь человеку.

– Он женщину убил, твою клиентку, между прочим, – возразила Динара. – А ты хочешь, чтобы он вышел сухим из воды. Это что, мужская солидарность? Сколько он тебе заплатил?

– Много. Но не в этом дело.

– В чем же?

– Не убивал он Галину! Я сыщик, у меня нюх, интуиция. Никитский не виноват. Кто-то умело его подставил, очень умело. Кто-то, кто знал его, как облупленного – привычки, темперамент, пристрастия…

– И кто это может быть?

– Не знаю… В том-то и дело, что у Никитского нет близких друзей. Он сам об этом говорит. Я проверил: так и есть. Он компанейский, обходительный мужик, но его общительность – маска. Дмитрий Сергеевич умеет договариваться с партнерами, ладить с сотрудниками, выпить, с кем надо, сказать комплимент – но в личной жизни это скучающий ловелас, стареющий и от этого впадающий в меланхолию. Пьеро, который привык быть Дон-Жуаном. Отсюда и его появившаяся тяга к алкоголю.

– Дон-Жуан не стареет! – возразила Динара. – И не пьет! А если даже и пьет, то точно не от тоски.

– От чего же тогда?