Не время умирать - Дмитрий Янковский

В которой генерал Головин так и не добрался до заседания в Роспотребнадзоре, а Наталья вычисляет место нахождения Ковалева.

Выслушав Наталью, Головин задумался, откинувшись на спинку заднего сиденья. Наталья нервничала, устроившись рядом. От водителя их отделял шумопоглощающий прозрачный экран с закрывающимися шторками.

– Получается, что нам придется вступить в конфронтацию с ФСБ? – напрямую уточнил Головин.

– Нет. Нам придется самим обезвредить опасного преступника и предателя, – ответила Наталья. – Потому что это очень ловкий преступник, который пустил ФСБ по ложному следу. И если мы не успеем доказать за отпущенное нам время ложность этого следа, во-первых, он успеет убежать за границу, а во-вторых, пострадает хороший человек.

– Вы знаете, Наталья Викторовна, я рад вам помочь. Честно. Вы большая молодчинка! Во-первых, благодаря вам удалось выяснить рейс, на котором привезли в Москву опасную болезнь. – Генерал по привычке не решался называть чуму своим именем, срабатывал приказ и правила конспирации. – За ночь всех удалось задержать, из них, представляете, оказались пятнадцать заболевших! Боюсь представить, что было бы, если бы мы продолжали считать Ширяева первичным источником заражения, а всех, прибывших вместе с Санбаевым, упустили. Они бы поехали на работу, половина из них в метро, потом кто-то вызвал бы «неотложку» или врача из поликлиники… А так, похоже, все теперь на карантине в первой инфекционной и восемьдесят первой больницах. Во-вторых, вы серьезный и ответственный человек. Не думаю, что вы что-то высосали из пальца. В-третьих, мне бы очень хотелось поймать преступника, стрелявшего в полицейского на выезде из больницы.

– У меня есть видеозапись из «Изумруда». Там преступник командует бандитами в перестрелке.

– Это хорошо. Думаете, он выведет на Ковалева?

– Надеюсь, что да. Надо передать материалы в ФСБ, – уверенно заявила Наталья. – Но не по инстанциям, а от вашего имени, напрямую некоему Трифонову. Полагаю, он в вашем же звании. Каждая минута дорога. Если мы задержим Стежнева, то он может сдать Ковалева, его планы. Тогда и уже генерала-предателя можно будет задержать.

– Очень сомневаюсь в результативности такого подхода, – признался Головин. – Сильно не уверен, что ФСБ возьмет да и выложит нам все на блюдечке. Даже мне. И еще я очень сомневаюсь, что Стежнев действительно является сотрудником ФСБ.

– Почему? – удивилась Наталья. – Он же показывал удостоверение и Пичугину, и полицейским.

– Вы думаете, Ковалеву сложно было справить настоящее удостоверение? Это не такая большая проблема, как кажется. Меня мучают сомнения. Действующий офицер ФСБ не стал бы работать так грубо, оставляя столько улик, как в «Изумруде». Я вряд ли ошибусь, если предположу, кто Ковалев прикрывает настоящего преступника, возможно из бывших фээсбэшников, уволенных за проступки, и выдал ему удостоверение, а также подтверждает его статус для сотрудников других служб. Он дает ему как раз те задания, которые не может провернуть сам, как действующий офицер, или поручить другим действующим офицерам. Я не верю, что настоящий офицер может заниматься такими грязными делами, за какими замечен Стежнев, вот так, в открытую.

– Это плохо. – Наталья приуныла. – Тогда запись из «Изумруда» ничего не даст. Если мы передадим ее в ФСБ, то лишь зря потратим время. Они не смогут или не захотят, беспокоясь о чистоте мундира, установить связь между Стежневым и Ковалевым. Значит, и не начнут расследование…

– Даже если бы начали, это слишком долгая волокита. Но запись ваша может помочь. – Головин нажал кнопку переговорного устройства и велел водителю ехать в отделение, где работала оперативная группа под предводительством Самотохина.

– Чем же? – с надеждой спросила Наталья.

– На записи Стежнев. Причем в момент совершения преступления. Мы ведь не обязаны знать, что у него удостоверение сотрудника ФСБ, так? Значит, для нас он обычный преступник. Обязаны дать в розыск! Вот и попробуем включить программу распознавания лиц, а Самотохин проведет сверку по камерам, может, где и заметим Стежнева. Раз он преступник, то МВД обязано и может его задержать. Он попробует предъявить удостоверение, а мы возьмем и позвоним дежурному по управлению и сделаем официальный запрос, есть ли такой сотрудник. Скорее всего, Стежнев ни в одном отделе не числится. И что тогда? Мы его арестовываем и допрашиваем. И, возможно, он нам сдает Ковалева.

– Это лучше, чем ничего… – ответила Наталья без особого энтузиазма в голосе. – Сработает, если Стежнев расколется. Но он может бояться Ковалева больше, чем отсидки. И на это потребуется немало времени, Ковалев успеет скрыться.