Клуб избранных - Александр Овчаренко

– Лично я ничего не хочу! – улыбнулся Гершевич, осторожно ставя пустую кофейную чашку на край стола. – Как Вы догадались, мемуары я не покупал: материал мне предоставил мой клиент, он же просил довести до Вас условия сделки. Вы передаёте мне флэш-карту, которая хранится в одной из банковских ячеек. Назвать банк?

– Откуда Вам это известно?

– Ещё раз напоминаю вам, господин Краснопольский, что я профессиональный посредник, и всё, что мне известно, предоставлено моим клиентом, имя которого я Вам не назову, потому что сам не уверен в его подлинности. Могу лишь заверить Вас, что мой клиент представляет очень солидную организацию, которая не скупится в отплате Ваших услуг. Меня просили передать Вам подписанный чек, на котором Вы сами проставите нужную Вам сумму.

– До неправдоподобности щедро! А если я запрошу сумму с шестью нулями?

– Они уже проставлены! Вот чек, а это «паркер», которым чек был подписан. Вам остаётся поставить число перед шестью нулями и обналичить чек. Мой клиент даже согласен, что сначала Вы обналичите чек, а уже потом передадите мне интересующую его флэш-карту. Да, и не забывайте о правах на публикацию мемуаров вашего дяди. Ну что, Вы согласны?

– Не уверен. Меня пугает и та поспешность, с которой ваш клиент пытается завладеть «флэшкой», и его подозрительная щедрость.

– Кажется, я начинаю терять терпение! Может, это Вас убедит, – вздохнул посредник и поставил на стол диктофон. – Включите сами! – пододвинул он диктофон Макару, и устало откинулся на спинку кресла.

Макар нажал на диктофоне кнопку воспроизведения и в комнате раздался до боли знакомый голос «деда»: «…Перед уходом из Конторы я позволил себе скопировать небольшой фильм. Это даже не фильм, так, отрывок из видеонаблюдения за одним государственным чиновником. Чиновник этот сейчас в большую силу вошёл, так что компромат на него было приказано уничтожить. Я приказ выполнил, но перед этим копию с кассеты видеонаблюдения за этим чиновником снял. Зачем я это сделал, я тогда и сам не знал. Теперь понимаю, что если информацией этой с умом распорядиться – большая польза для России будет. Информацию эту я на «флэшку» скинул…»

– Вы считаете, что сейчас самое время обнародовать запись на флеш-карте? – спросил Краснопольский, выключая диктофон.

– Этого я не знаю, я посредник, а не политик, но поверьте моему опыту: держать возле себя вещи, за которые, не торгуясь, платят миллионы долларов – крайне опасно для жизни. Это мой Вам бесплатный совет, как бывшему соотечественнику, а бесплатные советы я раздаю крайне редко.

Краснопольский выдержал паузу, потом взял «паркер» и с вздохом пододвинул к себе чек.

– Вы упомянули об Альфие Касимовой? – спросил Макар, и рука его зависла над чеком.

– Да это так. А Вы были с ней знакомы?

– За несколько месяцев до командировки в Америку я делал серию репортажей о подающих большие надежды молодых специалистах под общим названием «Наследники России». Альфия была одной из них. После возвращения из Лондона она работала в Аппарате президента Приволжской Тарской республики.

– Неужели! Блестящая карьера, можно только позавидовать.

– Она погибла, вернее её убили: авиационная катастрофа президентского вертолёта. Возможно, это сделали те же люди, которые наняли Вас.

– В этом мире всё возможно, – после небольшой паузы произнёс заметно погрустневший посредник. – Поэтому я не хочу, что бы Вас постигла участь Альфии Касимовой. Да, и вот ещё что, Макар! – неожиданно перешёл на «ты» Гершевич, – Когда будешь проставлять в чеке сумму, не стесняйся! Помни о бедном еврейском юноше из Ленинграда, который вынужден работать за скромные десять процентов.