Десять пуль на сундук мертвеца - Алексей Макеев

– Вон туда… пожалуйста, по лестнице на второй этаж.

Гуров прошествовал мимо, не поблагодарив. Шумавин, проходя следом, с усмешкой бросил охраннику «вольно, боец». На втором этаже вся группа остановилась в ожидании Ромки Левочкина. Вот хлопнула дверь внизу, забубнили голоса. Потом неуверенно-торопливые шаги стали приближаться. Шумавин, который осторожно заглядывал между пролетами вниз, кивнул головой. Роман!

– Я думаю, что нам сюда, – громко заявил Гуров и двинулся по коридору в поисках двери с надписью «директор».

Шумно шествовать по коридору им удалось всего секунд тридцать. За это время Ромка взбежал по лестнице, и, не поднимая глаз на своих друзей, подошел к третьей от лестницы двери. Дверь открылась почти сразу, как только он постучал.

– Здравствуйте, господа! – заворковал голос, и перед мужчинами предстала молодая женщина с огромными наклеенными ресницами и в коротенькой юбке, открывающей не очень красивые ноги. – Простите, кто из вас Лев Иванович?

Гуров добродушно кивнул и изобразил снисходительную улыбку. Девушка тут же сосредоточилась на нем, успев, однако, бросить взгляд на Крячко, оценивающе разглядывающего ее ноги.

– Прошу сюда, господа, – повела она рукой в сторону открытой двери. – Олег Михайлович ждет вас.

Когда сыщики гуськом проходили в кабинет, Крячко шепнул Гурову в ухо:

– Не переигрывай…

Все, что происходило дальше, было похоже на дешевый фарс, но, видимо, в среде предпринимателей и не такое бывает. Высокий худой мужчина вышел из-за стола навстречу гостям. Последовала церемония представления. Крячко Гуров представил как своего помощника, ведающего вопросами ремонта и реконструкции помещений, а Шумавина, стоявшего с каменным лицом, как руководителя службы безопасности. Наверное, на такие встречи «безопасников» руководители не берут, о чем Гуров подумал слишком поздно. Он быстро выкрутился, заявив, что его помощник прибыл, чтобы на месте оценить имеющиеся меры безопасности.

Никитенко оценил серьезность предложений Гурова, но с необходимостью использования для общих целей одного из помещений здания не согласился. По его мнению, абсолютно все равно, где будет находиться помещение. Гуров стал развивать свою мысль и попросил показать имеющиеся комнаты. Никитенко был вынужден согласиться, и все вышли в коридор.

Лев сразу ухватился за ручку двери, за которой недавно скрылся Левочкин, но Никитенко стал возражать, что там у него уже есть арендатор и смысла ссориться с ним, расторгая договор, он не видит. Других помещений у него не было, кроме чисто технических на первом этаже и в подвале. Следовало потянуть время, потому что Гуров велел Роману выйти от психолога под любым предлогом не позже, чем через час. И этот час им нужно было продержаться в здании.

– Я предлагаю посмотреть ваш зал, – предложил Гуров, нарвавшись на удивленный взгляд Никитенко. Пришлось снова выкручиваться. – Я, безусловно, бывал в вашем зале, но это все ночью, вечерами. А рассмотреть его оснащение и истинное состояние можно только днем. Ведь, если мы с вами договоримся, нашим девочкам тут выступать.

Вообще-то Гуров чисто физически ощущал, что Никитенко к ним интерес потерял. И этот интерес придется как-то восстанавливать. Тем более что для оперативной разработки психолога нужно было организовать второй визит к нему Романа. Первый будет ознакомительным, после которого паренек расскажет все, что увидел и узнал. Потом они спланируют второй, чтобы максимально выявить в процессе этого визита преступную деятельность психолога. Если она, конечно, существует, эта престранная деятельность.

И Гуров решился! Как же он раньше не придумал такого надежного хода? Это же просто. Вот что значит, когда ты все-таки далек от этой среды. Быть мужем театральной актрисы – это одно, а заниматься бизнесом в этой среде – совсем другое.

– Ну, зал у вас и при обычном освещении вполне прилично выглядит. Я не ошибся, уважаемый Олег Михайлович, придя к вам со своими проектами. Знаете, если вам неинтересны начинающие коллективы и исполнители, если вам хватает и своих танцовщиц, то я ведь могу предложить несколько иного рода сотрудничество. Например, посредничество в привлечении для участия в ваших программах относительно известных и интересных актеров. Как?

– Актеров? Наших, местных, или…

– Ну, местных вы и сами можете пригласить. Тут вам, я думаю, посредники ни к чему. А у меня хорошие связи в московской актерской среде. Даже не столько среди самих актеров, сколько в среде их администраторов и концертных директоров.

– Лев Иванович, простите, – возник рядом Шумавин с мобильным телефоном в руке. – Это вас, срочно. По вчерашнему проекту.

– О, прошу прощения, Олег Михайлович! Рвут на части. Буквально одну минуту!

Гуров взял трубку и для вида приложил к уху. Вся эта интермедия означала только то, что Роман вышел от психолога и ждет их на улице. Значит, надо сворачивать визит, но сворачивать так, чтобы оставалась возможность наведаться сюда еще раз.

– Да, слушаю, – сказал Лев в молчащую трубку. – А-а, конечно… да. Да, мы готовы сотрудничать с вами по всем пунктам, которые обсуждали с нашими партнерами в Питере… Ну и отлично. Давайте обмениваться документами. Я дам команду подготовить проект договора, и через неделю он будет у вас…

Прощаться с Никитенко пришлось быстро, но содержательно. Главное, чтобы был повод оказаться здесь завтра. И плохо, если завтра тут не будет самого Никитенко. Может, он уедет в командировку, улетит на Мальдивы. Но, к счастью, бизнесмен таких планов не имел. Договорились, что сегодня Гуров позвонит и они определятся со временем завтрашнего визита. Надо было оставить себе лазейку, ведь никто не знал, о чем договорился Ромка с психологом.

Паренек стоял у входа в магазинчик и пил из маленькой бутылочки кока-колу.

– Ну, как ты? – Гуров положил Роману руку на плечо. – Все хорошо?

– Да, наверное, – устало улыбнулся Ромка.

– Ладно, пойдемте куда-нибудь с глаз долой и поговорим.

Рассказ Левочкина был коротким. Когда он пришел в кабинет, психолог, по сравнению с его вчерашним поведением, уже не был похож на простецкого приятного дядьку. Сейчас он в самом деле был похож на доктора. Он угостил Романа кофе и принялся сам рассказывать о проблемах паренька. То, что из короткой вчерашней беседы и сегодняшних наблюдений он сделал профессиональные выводы, подкупало. Фактически Юрий Иванович поставил правильный диагноз. Он рассказал, что занимается личностными проблемами в молодежной среде, что это его профиль, тема его научной работы.

– Так на чем вы расстались, что он предложил? – спросил Крячко. – Или ты выскочил, так и не дождавшись предложений?

– Почему? – пожал плечами парень. – Он предложил подумать. По его словам, я должен сам решить для себя и согласиться с проблемами. А потом понять, что твердо хочу от них избавиться. Тогда он приступит к работе. Теперь все зависит от меня.

– Так пошел бы ты к нему еще раз, если бы не мы? – снова спросил Крячко.