Каникулы в Простофилино - Дарья Донцова

– Бизнеса хватит на двоих, – недрогнул папа. – А если не переругаетесь и продолжите дело, оно и дальшепокатится. Это мое окончательное решение, и обжалованию оно не подлежит. У меняздоровье уже не то, вдруг что случится. Так что пусть Вадя учится, емууправляющим становиться.

Мила вылетела из кабинета багровая от злости,обида захлестнула ее с головой. Но потом Вадим умер, и Людмила сталаединственной наследницей фирмы и накоплений.

Похоронив Вадима, Эльза разительно изменилась.Вскоре она усыновила Якова… и начала заниматься «убийственным» бизнесом. СамаЭльза Генриховна в деньгах особо не нуждалась, она пеклась о Яше, мальчике,который, чего греха таить, в последние годы стал ей ближе и родней сына. Радиблагополучия Якова Эльза была безжалостна и не прощала должников. Тех, кто, какМирра Лыкова, не сумел вовремя расплатиться, она ставила перед дилеммой: либо втрехдневный срок вносите долг, либо прощайтесь с жизнью…

– А Мирра жива? – с надеждойспросила я.

– Сейчас она в больнице, – ответилОлег, – врачи надеются на благополучный исход. Хотя в случае с Миррой неочень уместно употреблять слово «благополучный», придется ей жить с мыслью отом, что она из жадности убила мужа.

– Ее привлекут к суду?

– Прямых доказательств вины нет, –мрачно ответил Куприн, – одни косвенные улики. Эльза мертва. В подушкекорень некоего растения? Объяснение простое: приобрели думку в виде мишки вмагазине, кто и что в него зашил, никому не известно. Разве люди распарываюткупленные подушки и роются в них?

– Почему же Мирра не выбросила думку, несожгла ее? – запоздало удивилась я.

Олег потер затылок.

– Тут есть один нюанс, о котором ты незнала. Мирра уничтожила злополучную подушку, но недомогание ее не прошло. Когдамы обыскали комнату, то нашли под тумбочкой у кровати Валерия небольшуюкоробочку вроде освежителя воздуха, и в ней лежал кусок корня. Эльзадействовала так: объясняла заказчику, где будет спрятан момбат, а сама велелакурьерше незаметно приклеить в доме еще один контейнер. Если деньги послесмерти объекта выплачивались без проблем, то курьер вместе со всем барахломзабирал и дубликат ядовитого корешка, а коли клиент хотел обмануть, невозвращал долг и сам уничтожал хранилище момбата, то яд продолжал действовать,теперь уже на него. Просто и эффективно. Курьерам – а мы допросили двух женщин– Эльза Генриховна говорила: «В контейнере специальный консервант воздуха, безнего цветы загнутся. Прилепляйте его тайком, а то еще закапризничает хозяин, незахочет воздух в комнате очищать, и растения погибнут. Если такое случится, выбудете отвечать». Вот глупые тетки и старались изо всех сил. Хотя заказчикисами убегали подальше в момент установки момбата, боялись горшков и леек сядом.

– Неужели Мирра избежит суда? – тупоповторила я вопрос.

– Да, – коротко ответил Олег.

– Но ведь Виолетта рассказывала о преступлении, –засуетилась я.

– И что? Кто видел, как Эльза засовывалав медведя момбат? Есть свидетели ее сговора с Миррой?

– Виолетта говорит…

– А Мирра говорит, – оборвал меняОлег, – что Валерий пил горькую и буянил, что, кстати, подтверждаетсямассой его сотрудников и прислугой. Умер мужик от белой горячки, былкремирован. А еще Мирра утверждает: Виолетта ей завидует, вот и оговаривает.Вопросы есть?

– Надо исследовать пепел!

– Зачем?

– Вдруг момбат оставил там следы!

Куприн протяжно вздохнул.

– Вилка, этот яд не определят. Валериясожгли в обычном крематории, любой адвокат легко развалит обвинение. Скажет,например, что в урну попали не останки бизнесмена, служитель крематорияперепутал прах, да еще и приведет парня, который начнет каяться в содеянной ошибке.Нет, Мирра останется безнаказанной, а сведения о других клиентах Эльза унесла ссобой.

– Кто убил Эльзу?

Олег побарабанил пальцами по столешнице.

– Она покончила с собой. Приняла яд,выпив сок ядовитого растения.

– Не может быть!

– Правда. А рядом с телом нашли записку,в которой Эльза Генриховна написала такие слова: «Я виновата лишь в том, чтолюбила. Сначала Антона, потом сына Вадима, затем Яшеньку. Признаюсь в убийствеЛидии Капстынь, она долгие годы пыталась увести у меня Антона Петровича, но ейэто никак не удавалось. Теперь, когда Каркин мертв, я отомстила мерзавке.Прощайте. Человеческий суд несправедлив, а божий добр, меня на нем оправдают».

– Но это неправда?

– Убийство Капстынь? Правда. И фактсамоубийства подтвержден. Записка написана рукой Эльзы Генриховны. Она лишилажизни Лидию, а потом отравилась.

– Я о любви Капстынь к Каркину. Хотя этоне самый важный вопрос, полно других! Из-за чего поругались Антон Петрович иЭльза? Что было в предсмертном письме Каркина? Кстати, где оно?

– Мила сожгла бумагу в камине.

– Значит, не сумеем его прочитать, –вздохнула я.

Олег усмехнулся уголком рта.

– Ну почему же?

Я возмутилась.

– Только что сам сказал: от посланияостался пепел!

– Криминалистика давно научиласьвосстанавливать уничтоженные огнем бумаги. Если человек, решивший скрыть следы,просто швырнет лист в пламя, а потом не перемешает пепел кочергой, есть шансувидеть текст. К тому же письмо Каркина сгорело не полностью.

– И что же в нем было? Говори скорей!

Куприн попытался сложить полотняную салфеткукорабликом.

– Надо же, – забормотал муж, –и как только у людей получаются фигуры из тряпок?

– Если не хотел рассказывать мне правду,то не следовало и начинать, – протянула я, – но теперь-то придетсяидти до конца.

– Мы сумели разобрать не весь текст.

– Ясно.

– Кое-что осталось непонятно.

– Ладно, начинай.

Олег откашлялся.

– Хорошо ли мы знаем близких людей?

– Ты кого имеешь в виду?

– Всех. Мужа, жену, брата, сестру, папу,маму… Ну вот, допустим, Ленинид. Что ты можешь о нем сказать?

– Какое отношение к делу имеетпапенька? – изумилась я.

– Ответь, пожалуйста, – попросилОлег.

– Он сидел много раз за решеткой.