Мальчишник без правил - Наталья Солнцева

С того дня я заставил себя выбросить из головы Юко, нашу горькую встречу, ее подарок, собственную тайную страсть. Я тебе не конкурент, старик! Впрочем, делить нам, по ходу, уже нечего.

Гена замолчал и, сжав зубы, крутил руль. Алек оставался безучастным к происходящему. Белый автомобиль растворился в белом снегу. Две мощные фары освещали путь, который вел в никуда…

* * *

Лариса нырнула обратно в пелену метели и тут же уперлась в засыпанный снегом капот «хендая». От пропасти машину действительно отделяли несколько метров. У нее внутри все похолодело при мысли, что могло случиться…

Вернер остался любоваться звездным небом или просто умыл руки, как он обычно делал. Когда Лариса выразила желание вернуться к Ренату, он лишь фыркнул и пропал из виду.

Она постучала в обледенелое стекло. Дверца тут же распахнулась, Ренат схватил ее за руку и увлек внутрь.

– Где ты была? – сердито спросил он. – Не слышала, как я тебя звал?

– Я же говорил, нечего паниковать, – проговорил с заднего сиденья Бартини.

– Мы чуть не свалились с обрыва, – сказала Лариса, дыша на свои озябшие пальцы. – Впереди скалы отвесно уходят вниз, в пропасть.

– Какие еще скалы? – возмутился Ренат.

– Не знаю. Мне Вернер показал, какая там глубина…

– Вернер! Ну, тогда все ясно! Он мастер пудрить мозги. Где он, кстати?

– На краю пропасти. Смотрит на звезды. Да-да, ты все правильно понял! За стеной снега – ни облачка. Ночь, луна, скалы, обрыв. Параллельная реальность!

Ренат обескураженно хмыкнул и покосился на бесплотного пассажира.

– Что скажешь?

Итальянец молча пожал плечами. Объяснять необъяснимое – зря тратить слова.

– Вперед ехать нельзя, – предупредила Лариса. – Разобьемся.

– А назад?

– Я не проверяла…

– Может, взлетим? – в голосе Рената зазвенел сарказм. – А, Бартини? Ты же авиаконструктор! Должен разбираться в таких вещах.

– Обычный внедорожник не приспособлен для полетов, – молвил тот. – Тебе это известно не хуже, чем мне.

Разговор не перерос в перепалку исключительно потому, что снаружи раздался шум и «хендай» осветили фары другого автомобиля.

– Кто-то едет! – оживился Ренат. – Наконец мы выясним, где застряли и как отсюда выбраться! К черту Вернера с его фокусами! К черту все приколы!

Он нажал на клаксон, подавая незнакомому водителю сигнал. Чтобы тот сориентировался и избежал столкновения…

* * *

– Ты слышишь, Алек? – встрепенулся Гена, вглядываясь в пелену снега. – Мне почудилось? Или кто-то сигналит?

Он затормозил, и его едва ползущий по дороге «БМВ» остановился. Гена ничего не видел ни впереди, ни по бокам, кроме густо падающих хлопьев. Пришлось открыть дверцу и крикнуть в рассеянную фарами тьму:

– Эй! Тут есть кто-нибудь?

Из белой круговерти выступила мужская фигура.

Гена вышел из машины и двинулся навстречу незнакомцу. Они застыли в метре друг от друга. Через минуту рядом с мужчиной появилась женщина.

– Каневич? – донесся до Гены ее голос. – Это вы? Я Лариса! Узнали меня?.. Ренат сказал, вы мне звонили…

Гена не мог поверить в такую удачу. Они не разминулись, не разъехались в разные стороны, не заблудились в этом снежном аду! Неведомая сила свела их вместе.

– Мы все-таки встретились! – выдохнул он. – Со мной Алек! Он без сознания. Я вез его домой, но… Черт знает, куда мы попали! Это объездная дорога?

– Понятия не имею, – призналась Лариса. – Здесь недалеко обрыв, так что вам повезло. Вы целы.

– Обрыв? – ахнул Гена. – На кольцевой?

– Я видела пропасть между скал…

– Господи!

– Вы меня искали? – спросила Лариса, чтобы не вдаваться в подробности. – Что-то удалось вспомнить?

– Мы были на пожаре в Озерном… Вернее, там все сгорело. Кошка чуть не задрала Алека… – сумбурно проговорил Гена. – Она пела странную песню…

– Кошка-гейша?

– Значит, мы не психи, – улыбнулся парень. – Это внушает оптимизм. Да, гейша… в кимоно, с хвостом и когтями. В общем, она мне кое-что напомнила… Оказывается, я давно вожу с собой одну штуку… Минутку!

Он отошел на пару шагов и сразу пропал из виду. Лариса терпеливо ждала. Ренат недовольно ворчал:

– Куда он делся? Надо было не отпускать его!

Между тем Гена рылся в бардачке, выбрасывая оттуда перчатки, солнечные очки, салфетки, карты и прочие накопившиеся мелочи.

– Ну, где же ты?.. О, вот! – он схватил забытый и заброшенный подарок Юко, спрятал за пазуху и, прихрамывая, поспешил обратно.

Алек даже глаз не открыл. Одеяло под ним намокло от талого снега, края были испачканы сажей. В салоне стоял слабый запах гари и крови.

– Потерпи, старик, – пробормотал Гена. – Скоро все утрясется. Обещаю…

Он решительно приблизился к Ларисе и протянул ей завернутый в фольгу японский веер.

– Возьмите…

– Не трогай! – предостерег ее Ренат. – Мало ли что он тебе сует! Я этим мажорам не верю.

Прекрасная гейша в розовом кимоно, словно мираж, возникла рядом с Геной, склонилась в изящном поклоне и… рассыпалась на тысячи снежинок.

Ренат протер глаза и сердито уставился на сверток в руках парня.

– Что это?

– Веер…

– Давайте сюда, – кивнула Лариса, оттесняя Рената в сторону. – Не мешай!

– По-моему, это подстава, – буркнул он.

Она отмахнулась, развернула фольгу и увидела японский овальный веер-лепесток, сделанный из обтянутого шелком проволочного каркаса и деревянной ручки.

– Я не знаю, кому можно его передать, кроме вас, – взволнованно проговорил Гена. – Это все, что осталось от Юко… Она привела меня сюда! Иначе как бы мы встретились в этом кромешном снегу? Ночь, метель, пустое шоссе…

– Скалы, пропасть, – добавила Лариса. – Отсутствие связи.

– А мне все-таки удалось дозвониться! – Гена помолчал, обдумывая ее слова, и переспросил: – Я не ослышался? Вы сказали – пропасть?

– Обе машины стоят на краю обрыва, – подтвердила она. – Отсюда не видно, но он там есть, поверьте. Лучше не искушать судьбу.

Парень обернулся на свой «БМВ» и озадаченно покачал головой.

– Значит, дальше дороги нет? Ну и дела…