Евангелие Люцифера - Том Эгеланн

АЛЬ-ХИЛЛА

30 августа 2009 года

1

Бригада землекопов отбрасывала камни и песок на протяжении десяти часов, начиная с шести утра, пока наконец не добралась до входа. Дело было в воскресенье.

Внушительный вход шириной в четыре и высотой в три метра. Полотна двустворчатых дверей, выполненных из какого-то металлического сплава, украшал символ — треугольник с кругом-солнцем внутри — на всех трех пластинах каждой из створок.

Треугольник Осириса.

Странно. Треугольник Осириса был египетским, а не вавилонским символом.

Петли на дверях отсутствовали. Инженеры утверждали, что створки дверей должны открываться каждая в свою сторону. По-видимому, они должны раздвигаться. Открыть двери не представлялось возможным. Несколько часов инженеры искали механизм, который отвечал за их открытие. И ничего не нашли. Поскольку на дверях не было ручек или замков, во всяком случае снаружи, инженеры предположили, что они открываются и закрываются только изнутри. Что само по себе странно. Это означало, что некто закрылся внутри — с очевидными последствиями для себя. Или же где-то в другом месте был оставлен проход, который впоследствии замуровали. Тоже нелогично.

Просвечивание специальным военным оборудованием — К. К. что-то говорил про оптические и инфракрасные сигналы, нейтронное излучение и ультразвуковые волны — обнаружило шедевр механики из шестеренок, запоров, болтов и металлических крюков, которые опирались на металлические стойки.

— И как же нам открыть эти двери? — спросил К. К.

— Выбора нет, — сказал главный инженер. Голос его приобрел мощную, почти звериную окраску. — Этот запор и эти створки прочны, как банковский сейф. Если мы хотим попасть внутрь, следует применить силу.

— Но как?

— Можно попробовать приоткрыть створки при помощи домкрата. Гидравлики. Или срезать запоры сварочным аппаратом, лазерным резаком или супердрелью.

Он был полон энтузиазма, идеи били ключом.

— Да что с вами, инженерами, такое, откуда эта страсть к разрушению? — спросил я наполовину шутя, наполовину серьезно. Я представил себе, как двери будут поддаваться резакам в какофонии хруста, дребезжания, скрежета и свиста. — Эти двери — культурное достояние, — продолжал я. — Посмотрите, какие они красивые! Нельзя их разрушать, их непременно надо сохранить для будущего!

— У вас есть ключ?

— Фактически есть.

— Рад буду воспользоваться им.

Я повернулся к К. К.:

— У меня есть мысль, как открыть эти двери.

— Да, и какая?

— Я весь внимание, — сказал главный инженер.

— Треугольник Осириса символизирует трех египетских богов: Осириса, его жену Исиду и их сына Гора. Треугольник Осириса был обнаружен археологами лишь в двух местах в мире — в Египте, среди настенной живописи и барельефов, а также на наскальных рисунках греческой префектуры Магнезия. Именно из Магнезии египетские мудрецы привозили свои магические камни.

— Магические камни? — спросил главный инженер.

— Сегодня эти магические камни называются магнит. Слово происходит от греческого magnitis lithos, что значит «камни из Магнезии». Там есть месторождения магнетита, или магнитной железной руды.

— И археологи знают о таких вещах? — спросил К. К.

— Ну да.

— Зачем вы нам это рассказываете? — нетерпеливо спросил главный инженер.

— В древности треугольник Осириса был символом магнетизма. Теперь понимаете?

— Нет, — хором сказали главный инженер и К. К.

— Посмотрите на дверь. Вот треугольник Осириса. Каждая створка двери состоит из трех металлических пластин. Для посвященных этот символ означал ключ.

— Что за ключ? — спросил К. К.

— Если поместить на каждую пластину по мощному магниту посредине треугольника, то возникнет магнитное поле, замкнется электрическая цепь, которая и откроет замок.

Где-то в районе военного лагеря завели грузовик.

Главный инженер снисходительно улыбнулся:

— Интересная теория, Белтэ. Действительно интересная. Но есть несколько моментов, которые опровергают ее. Магнитный замок был запатентован в 1989 году. Такой замок состоит из электромагнита и арматурной платы и зависит от наличия электричества. Я, конечно, не археолог, но, насколько я понимаю, этой пирамиде 4500 лет.

— Не разрушайте эти прекрасные двери, — обратился я еще раз к К. К.

Я знал, как хотелось К. К. проникнуть внутрь, поэтому не верил, что он послушается меня.

Но он послушался.

— Бьорн прав, — сказал он. — Двери сами по себе являются большой культурной ценностью. Давайте сначала испробуем другие возможности, чтобы открыть их.

2

К. К. и я почти дошли до штаба, когда нас нагнал начальник службы безопасности Дик Стоун. Мы заперлись в прохладной комнате, взяли в холодильнике по банке пива. Даже начальнику службы безопасности захотелось «будвайзера».