Золото гетмана - Виталий Гладкий

– Кыш! – сказал Глеб дрожащим голосом, будто перед ними был не призрак, а курица.

Увы, призрачное видение не исчезло. Оно даже стало ярче, и комната осветилась. Мало того, призрак двинулся к Глебу явно с нехорошими намерениями. Это уже было слишком. Совсем не соображая, что делает, Глеб нащупал на тумбочке левой рукой пустую бутылку из-под минералки, правой перекрестился и хрипло каркнул, как старая ворона:

– Изыди! Сгинь, нечистая!

А затем пустил в ход свое метательное «оружие». Бутылка пролетела сквозь призрачную человеческую фигуру, врезалась в дверь и разбилась с таким грохотом, что Глебу показалось, будто гостиница вздрогнула. Сияние стало уменьшаться, и вскоре призрак скукожился до пятна размером с футбольный мяч, а затем и вовсе исчез, оставив после себя неприятный запах – то ли болота, то ли прелых листьев.

«Что крест животворящий делает…» – ни к селу ни к городу вспомнилась ему реплика героя одной старой комедии, и Глеб глупо хихикнул. Подождав какое-то время, Глеб поднялся и почему-то на цыпочках пошел к выключателю. Люстра под потолком зажглась неожиданно ярко (вечером она еле тлела), и Глеб почувствовал огромное облегчение. Все его страхи исчезли в момент, словно их и не было.

– Вылезай из своего «бункера»! – Глеб стянул с Федюни одеяло. – Будем похмеляться. Там у нас кое-что осталось.

– В-все… Я в з-завязке. Б-больше н-не пью… – напарник дрожал как осиновый лист. – Иначе к-крыша поедет…

Похоже, Федюня на сей раз решил, что у него глюки. «Ладно, пусть его, – подумал Глеб. – А я выпью. Потому что меня начинает знобить… Интересно, что это было? В привидения я не очень-то верю, скорее, это какое-то физическое явление…»

Едва он выпил рюмку коньяка, как в дверь постучали. «Кто бы это мог быть?» – удивился Глеб. И пошел открывать.

В коридоре стояла дежурная администраторша весьма преклонного возраста. Глеб, увидев ее вечером, даже подивился: почему владелец гостиницы не взял на работу, как это заведено у нынешних буржуев, молодую красотку, у которой ноги растут от ушей?

– У вас все в порядке? – спросила женщина, бросив любопытный взгляд на стеклянные осколки, которые Глеб так и не удосужился убрать.

– В общем… да, – ответил Тихомиров-младший.

Администраторша скептически улыбнулась и предложила:

– Если хотите чаю, то спускайтесь ко мне на первый этаж.

С этими словами она развернулась и ушла. А ведь ей что-то известно, вдруг понял Глеб. Чай – это предлог для общения. Интересно…

– Пойдем пить чай, – сказал Глеб напарнику, когда смел с пола стеклянный бой и выбросил его в урну. – Нас угощают.

– Чай? – Федюню все еще знобило. – Ч-чай это х-хорошо…

Комнатка дежурной администраторши была крохотной, но по-домашнему уютной. Чай она заваривать точно умела: он был крепкий и ароматный. Наверное, женщина добавляла в него какие-то травки.

– А меня зовут Анна Никитична, – сказала она, когда Глеб и Федюня назвали свои имена.

Когда была выпита первая чашка, Анна Никитична вдруг спросила:

– К вам приходил Он?

Федюня поперхнулся на последнем глотке. Глеб, который предполагал нечто подобное, усмехнулся и ответил несколько неопределенно:

– А мы думали, что нам мерещится…

– Все так думают. Все, кому Он является.

– О как… Выходит, Он не к каждому благоволит?

– Только к тем, кто приезжает в Чернигов искать клады.

Глеб смешался. Стараясь не подавать виду, он неторопливо налил в чашку заварку, добавил кипятку, а затем спросил:

– Я похож на кладоискателя?

– Вы – не очень. А вот ваш товарищ… – Анна Никитична повернулась к Федюне, который следил за ней как завороженный. – Федор, сознайтесь, что вы любитель приключений.

– М-м… – промычал Федюня, пряча глаза.

За него поторопился ответить Глеб:

– Вы почти угадали. Мы археологи. В основном находим черепки. Но ежели подвернется клад… не буду лукавить, такая находка нас очень радует.

– Только не в Чернигове.

– Почему?!

– О, это давняя история…

– Расскажите, – попросил Глеб. – Если, конечно, это вас не затруднит.

– Я на смене. Так что беседа с вами для меня сплошное удовольствие. Быстрее время пробежит…

Анна Никитична долила воды в чайник и включила его; судя по этим приготовлениям, она намеревалась говорить долго.

– Дело в том, что в Чернигове много различных находок связано с именем гетмана Полуботка, – начала она свой рассказ. – Чернигов – его вотчина. В 1978 году, неподалеку от Успенского собора Елецкого монастыря, во время земляных работ был случайно найден фамильный склеп Полуботков. В просторном каменном помещении, выложенном из кирпича, находились четыре деревянных гроба – один детский и три взрослых. На крышках двух гробов для взрослых головками бронзовых гвоздей были нанесенные узоры, а напротив лиц мертвецов сделаны круглые стеклянные вставки. На одной из крышек был прибит большой серебряный крест. Текст гравировки на поверхности креста свидетельствовал, что в том гробу покоился прах Леонтия Полуботка, родного отца гетмана Павла Полуботка. Там же была найденная небольшая металлическая икона. На одной ее стороне просматривалось изображение казака, державшего за повод оседланного коня; став на одно колено, казак склонил голову перед иконой на стволе дерева. А на второй стороне иконы был вычеканен образ Богоматери с грудным ребенком и ангелами вокруг нее…