Время легенд - Норма Бейшир

— До сих пор не верится, что я добилась своего, — сказала Джейм Николасу, когда они остались вдвоем в комнате на втором этаже консульства. — Наконец-то после долгих лет разлуки я встречусь со своим отцом.

— Неужели ты нервничаешь? — спросил Николас, недоверчиво посмотрев на нее.

О» Джейм кивнула.

— Немножко, — смущенно призналась она. — Так много времени прошло. Я изменилась, и он, конечно, тоже. Что я ему скажу?

Николас провел рукой по ее волосам.

— А что бы ты сказала ему девятнадцать лет назад?

Джейм улыбнулась.

— Я бы спросила, привез ли он мне какой-нибудь подарок.

Лондон, понедельник, 14 апреля, 14.52

Премьер-министр Британии Тэтчер официально объявила о том, что ее страна одобряет американские планы нанесения внезапного удара по Ливии, добавив, что для Британии немыслимо оставить без поддержки Соединенные Штаты, когда они вынуждены защищаться.

В тот же день восемнадцать бомбардировщиков «F — 111»

Третьего авиасоединения поднялись с трех аэродромов Королевских воздушных сил в Англии и отправились в полет за 2800 морских миль через весь континент — Франция отказалась предоставить им коридор в своем воздушном пространстве, — чтобы присоединиться к Шестому флоту в заливе Сидра.

Время, отпущенное на раздумья, истекало…

Триполи, понедельник, 14 апреля, 20.30

— Он уже здесь, — объявил Форрестер.

Джейм посмотрела на Николаев, и тот показал ей большой палец. На ее лице засияла улыбка.

— Не хочешь ли познакомиться с будущим тестем? — спросила она нарочито беззаботным тоном.

Николас улыбнулся.

— Даже не знаю. Что, если я ему не понравлюсь и он отправит меня в лагерь террористов, чтобы ливийцы упражнялись на мне в стрельбе?

— Нет, папа этого не сделает, — возразила Джейм. — Он сам влепит тебе пулю.

— Именно этих твоих слов я боялся больше всего.

— Как я выгляжу? — спросила она.

— Ни дать ни взять арабская принцесса, — ответил Николас, изучая критическим взором ее ярко расцвеченный наряд.

Джейм глубоко вздохнула.

— Что ж, пойдем.

Они рука об руку спустились по лестнице к кабинету британского консула. Форрестер распахнул дверь, и Джейм увидела своего отца. Ее сердце бешено забилось.

Отец оказался не столь высоким, как представляла Джейм, но ведь и она сама сильно выросла. За это время отец заметно погрузнел, а его волосы побелели. Возраст оставил свой отпечаток на его лице, и все же, глядя на отца, Джейм поняла, что узнала бы его где угодно.

Она осторожно шагнула вперед.

— Папа? — произнесла она прерывающимся голосом.

Отец широко улыбнулся.

— Да, это я, принцесса. — Он протянул ей руки. — Господи, как долго я ждал этой минуты!

— Папа! — Залившись слезами, Джейм бросилась ему на шею. Отец сжал ее в медвежьих объятиях, и они оба разрыдались, не скрывая своих чувств.

Прошедших двадцати лет словно и не было.

Залив Сидра, вторник, 15 апреля, 1.45

В ту минуту в заливе царили тишина и спокойствие.

Шестой флот, выйдя на исходный рубеж, замер в напряженном ожидании, готовый через пятнадцать минут нанести удар. Вплоть до 1.59 у него сохранялась возможность отменить нападение.

В 1.45 он его не отменил.

Вашингтон, округ Колумбия, понедельник, 14 апреля, 18.58

Гарри Уорнер сидел в своем кабинете, с надеждой взирая на часы. В Ливии уже наступила среда. Белый дом продолжал молчать, а значит, решение о нападении все еще было в силе.

Гарри Уорнер никогда не был очень уж религиозным человеком, но в эту ночь он молился.

Триполи, вторник, 15 апреля, 1.58

— Мне бы не хотелось прерывать вашу трогательную встречу, — извиняющимся тоном приговаривал Форрестер, выталкивая спутников из здания британского консульства на улицу, — но мы должны немедленно выбираться отсюда. С минуты на минуту появится Рашид.

— Куда теперь? — спросил Николас.

— В заключительной стадии этой игры лучше всего поставить на Тунис. Мы успеем добраться до тунисской границы за пару часов.

— Если, конечно, у нас есть эти два часа, — задумчиво произнес Лайнд, вглядываясь в зловеще-спокойное черное небо.

Форрестер посмотрел налево и направо, разглядывая темную улицу.

— Проклятие! — нетерпеливо пробормотал он. — Куда задевался Рашид, черт возьми?

Лайнд бросил взгляд на часы.

— Если он не объявится в ближайшие минуты, нам уже некуда будет спешить.

— Они говорят так, словно грядет Страшный Суд, — сказала Джейм, обращаясь к Николасу.

Отец повернул к ней серьезное лицо.

— Еще ближе, — мрачно произнес он.

— Привет, Джим. Давно не виделись, — послышался голос сзади.

Все четверо разом повернулись. Мужчина, стоявший в тени, выглядел ровесником Лайнда и явно был американцем. Только Лайнд узнал его в лицо.

— Привет, Лью, — невозмутимо отозвался он. — Даже сейчас ты чертовски напоминаешь выпускника университета Лиги плюща.

— А ты по-прежнему строишь из себя супермена, — парировал тот.

— В нашей профессии без чувства юмора не обойдешься, не так ли? — произнес Лайнд. — Порой это единственное, что оберегает нас от комнаты с мягкими стенами.

Лью? Джейм похолодела.

— Это Льюис Болдуин? — спросила она, повернувшись к отцу. «Тот самый человек, что погубил так много людей?» — добавила она мысленно.

— Он самый, — негромко ответил Лайнд.

— Настоящий предатель, — вмешался Форрестер, медленно двинувшись вперед.

— На вашем месте я бы не делал глупостей, господин Форрестер, — предостерег Болдуин. Он вышел из тени, и теперь было видно, что у него в руке пистолет. — Удивлены, что я вас знаю? А зря — благодаря решимости вот этой милой девушки во что бы то ни стало найти своего отца я почти с самого начала знал обо всех вас.

Джейм посмотрела на него и перевела взгляд на отца.

Ее глаза округлились от потрясения.

— Это тот самый человек… — заговорила она.

Лайнд кивнул.

— Болдуин продавал Каддафи оружие с тысяча девятьсот восемьдесят второго года, — сообщил он. — Ракеты «ред-ай», винтовки «М — 1», «М — 16», «кольт-кобра», советские автоматы Калашникова и гранатометы «РПГ».