Дубовый Ист - Николай Николаевич Ободников

Из чудовищной норы, из этого зева тьмы, выкарабкивалась Тома.

Ее бледные пальцы взбирались по неровностям. Плечики содрогались в спазмах. Лицо ничего не отражало, кроме тупого усердия. Казалось, дуб выталкивал ее из себя. Воан поднял глаза. Дуб тяжело дышал, словно роженица в потугах. Под корой перекатывались жилы, образовывавшие венистый узор.

Подбежали остальные. Соня взвизгнула. Шустров выхватил пистолет, а потом лейтенанта качнуло вперед, и он вытошнил себе на ботинки.

Тома легла голой грудью на землю, и все невольно отступили.

Черноволосая девушка наконец выбралась из норы и распрямилась. Ее длинные ноги дрожали, как у только что родившегося теленка. Черные, вываренные во мраке глаза окинули пространство вокруг себя. Задержались на Соне. После этого Тома сделала в ее сторону нетвердый шаг.

— Иди-ка сюда, подружка. — Мила притянула оцепеневшую Соню к себе.

Взгляд Томы словно повис в воздухе.

Она по-прежнему смотрела туда, где только что стояла Соня. На лице Томы промелькнуло что-то вроде удивления. В полнейшем молчании она двинулась к краю площадки. Лучи фонарей подсвечивали ее белые бедра и ягодицы. Черноволосая девушка напоминала персонажа какого-то эротического кошмара.

— Что нам делать, Воан? — пискнула Мила, закрывая руками Соню. — Я сейчас задохнусь от ужаса!

Воан был шокирован не меньше остальных.

— Она нам не нужна, вот пусть и уходит.

Тома подбрела к темному нагромождению кустов, что росли правее тропинки, и сунулась в них. Пошарила там руками и вынула пустой пластиковый контейнер. Такие же контейнеры Воан и остальные видели по пути сюда. Не найдя ничего интересного, Тома выронила контейнер и шатающейся походкой заскользила по тропинке.

Мила и Соня стояли в обнимку, будто две сестры. Воан видел, что Соне стало хуже. По бедру девушки тонкой струйкой бежала кровь. Времени в обрез, если они хотят вернуться в том же составе. Шустров изучал дуб — с тем отвращением в глазах, которое можно наблюдать у мужчин, присутствовавших на родах жены.

— Эй, эй! — Воан помахал револьвером, привлекая их внимание. — Чего замерли? Изгоним всё это дерьмо. Взялись!

И они взялись.

6.

Мила помогала Соне доставать вещи из ее рюкзачка. Справедливости ради стоит отметить, что рюкзак тащила сюда Мила. Но она и понятия не имела, что внутри.

К мешочку с гвоздями добавился плотный пакет с чем-то сыпучим. Белые кристаллики напоминали по виду соль. Ну, конечно же, соль, что же еще? Это ведь полный комплект ритуального убийства из спортзала. Под луч фонаря легли: зеркало в черной раме, уродливые свечи, обвалочный нож и молоток. Последними Мила достала упаковку мелков «Радуга» и кухонную терку.

— Это всё? — спросила Мила. Больше всего ее смутила терка.

— Еще нужна кровь, но с этим проблем не будет, ага? — Соня надсадно дышала. — Могу я тебе попросить? Ниче, что я на «ты», добрая ты наша лечилка?

— Лишь бы в сестры не набивалась.

— Да боже ты мой, а что насчет просьбы?

— Да, конечно, проси. О чем угодно. Только не проси есть устриц. Я их ненавижу. Это уже, знаешь ли, не что угодно. Ладно, проси меня о чем угодно, кроме поедания устриц.

Соня какое-то время смотрела на нее. Потом вздохнула.

— Натри немного коры. Я потратила последнюю в спортзале. А потом начерти круг. Я скажу какой.

— А почему в спортзале круг был нацарапан?

— Потому что я недолюбливаю Кренника.

— Любым мелком?

— Любым. Но лучше розовым. Че терять-то? Мы же девочки.

Они улыбнулись друг другу.

Мила взяла терку и мешочек с одинокой бугристой чешуйкой на дне. С опаской подошла к дубу, держась подальше от норы. С другой стороны переговаривались Воан и молодой полицейский. Они вынимали тело из дупла, и Мила не хотела им мешать. Чем быстрее они всё сделают, тем быстрее вернутся домой.

Под возращением домой Мила подразумевала свою квартирку в Шатуре, где ее ждала чистая и теплая постель. Она прислонила терку к дубу, подставив ниже мешочек. Едва Мила сделала первое движение, как дуб вздрогнул. Будто дернулась огромная щека, сгоняющая муху.

Но разве Мила была мухой?

— Греб твою мать, что это было? — воскликнула она.

Соня ничего не заметила. В эти самые секунды она расставляла черные свечи и зеркало, что-то вымеряя между ними. Мила посмотрела на крону дуба. Довольно плотная. Есть шанс, что свечи не погаснут.

Натерев коры, Мила вернулась.

— Так, всё готово. Что дальше?

— Теперь мелок. Розовый, помнишь? Надо взять свечи в круг, чтобы они как бы оказались в невидимом треугольнике. По линиям круга просыпь соль и гвозди, а в центр — кору. Вот ее швыряй как угодно.

— О, ясно. Никогда не занималась таким.

Соня с недоверием взглянула на нее:

— Ты че, никогда молодой не была?

— Я выпивала и трахалась. Меня это вполне устраивало.

Подведя таким образом итог своей жизни, Мила начертила круг. Свечи стояли строго в умозрительном треугольнике, вписанном в окружность. Соль и гвозди не отняли много времени. Раскидать кору вообще не составило труда.

— Ну всё. Что-то еще?

— Нет. Ждем Тому.

Соня уселась за пределами круга. С потрясением в глазах уставилась на темневший провал, из которого выбрался один из «экземпляров». Мила тоже вышла из круга.

— А почему мы здесь?

— Что? В смысле? — Соня с неохотой посмотрела на Милу. — Какой-то тупой вопрос. Типично взрослый.

— Не старь меня раньше времени. Как мы вообще сюда добрались? Почему Тома нас пропустила?

Соня закрыла глаза, не желая ни слушать, ни отвечать.

— Что ты хочешь сказать?

— Тома мстит своим обидчикам, а ты ведь прикончила парочку. Она явно хотела, чтобы мы дошли сюда, — напирала Мила. — Вероятно, этого хочет дерево. Чтобы мы тоже расплатились за какую-то услугу. Такое ведь может быть? Но мне ничего не надо. Да я в жизни не полезла бы в дупло!

— Вот ты сама и ответила. А мне плевать.

— Разве что Воану что-то нужно…

Один глаз Сони приоткрылся.

— Он пугает меня. Сумасшедший какой-то. — Глаз опять закрылся. — Дай мне пару минут. Я ужасно хочу спать.

Мила решительно шагнула к ней и с силой сжала мочки ее ушей ногтями.

— Ты че, с ума сошла, крыса? — взвизгнула Соня.

— Будешь спать — умрешь.

— И че плохого-то? Отвали. Мне нужен сон.

У дупла что-то громко сказал Воан. Похоже, они тоже вот-вот закончат.

7.

Воан внимательно смотрел на Тому.

Теперь девушка напоминала ему испуганного зверька, вжавшегося в единственное доступное ему место, чтобы спастись. На деле же всё получилось ровно наоборот. Лучи фонарей заполняли дупло, насыщая его светом. Недолго думая, Воан положил свой фонарь у края убежища.

— Я не