Притворись мертвым - Анжела Марсонс

– Мне кажется, тебе нужно выпить чашечку чая.

Неожиданно Трейси поняла весь идиотизм своего положения. С какого перепугу она должна выполнять все, что он ей говорит? Ведь речь идет о ее жизни. Он ее похитил, напоил наркотиками, лишил ее свободы, а теперь еще и кормит! А она сидит, как одна из этих гребаных идиоток-кукол, с вымытым лицом и заколками в волосах…

И тут Трейси зацепилась за эту мысль. У нее заколки в волосах и одна свободная рука. Ей надо постараться сохранить способность рассуждать, пока эти две мысли не соединятся во что-то стоящее.

Мучитель поставил перед ней чашку чая и добавил в него молока.

– Будь умницей и выпей чай.

Трейси протянула руку к чашке, хорошо помня, как он реагировал на ее последний отказ повиноваться.

И поставила чашку назад на блюдце, покачав при этом головой.

Он выпрямился на стуле и нахмурился.

– Трейси, прошу тебя взять чашку.

И опять она покачала головой.

Тогда он поставил свою чашку на стол.

– Трейси, я больше не буду повторять. Ты должна выпить чай.

Ее сердце бешено заколотилось, но ей нельзя соглашаться. Поэтому она снова покачала головой.

Грэм резко встал, и пластиковый стул, на котором он сидел, упал на пол.

Обойдя стол, мужчина схватил чашку с чаем. Пока он занимал место у нее за спиной, Трейси подняла руку и вытащила заколку. Мучитель схватил ее за волосы на затылке и дернул голову женщины назад. Потом, держа чашку над ее ртом, стал осторожно наклонять Трейси в свою сторону. Она смотрела на его перевернутое лицо и знала, что это ее единственный шанс.

Теплый чай стал капать ей на губы, но на этот раз фактор неожиданности был потерян, и рот девушки оставался закрытым.

Жидкость уже стекала по ее подбородку. Мужчина понял, что у него возникла проблема, и остановился. Двумя руками он не мог одновременно держать ее за волосы, лить чай и открывать ей рот.

Это секундное колебание было все, что было нужно Трейси.

Она вскинула руку с зажатой в ней заколкой.

В своем воображении она видела это движение как неожиданный удар кнутом, как тычок, который займет какие-то наносекунды. В реальности же это напомнило повторение эпизода в замедленном темпе, и никакая сила воли не могла заставить ее руку двигаться быстрее.

Грэм отпустил ее волосы, легко отвел удар, и заколка, вместе с ее единственным шансом на освобождение, оказалась на полу.

Освободившейся рукой мучитель крепко зажал ей ноздри, тем самым показывая, что у нее нет выбора, кроме как открыть рот.

– Вот так. А теперь… – произнес он, поднося чашку к ее губам.

Он поднимал чашку все выше и выше, и жидкость водопадом лилась ей в горло.

– Умница. – На его лице появилась улыбка.

Трейси знала, что он вливает в нее еще одну порцию наркотика. Поэтому она инстинктивно закашлялась, но было слишком поздно. Жидкость уже попала в желудок.

Грэм вздохнул и склонил голову набок. Но в его глазах не было сожаления. Трейси увидела в них такой ледяной холод, какого не видела никогда до этого. Ее сердце выскакивало из груди, но она не могла оторвать взгляда от этих глаз. Еще никто в жизни не смотрел на нее с такой невероятной ненавистью. У нее даже покраснели щеки.

– Грэм, я же единственная, кто тебе помог, – с трудом выдавила она из себя. – Ты что, забыл?

– Конечно, помню, – ответил монстр, но выражение его лица ничуть не изменилось. – Но ты со своей помощью немного запоздала или?..

Трейси почувствовала, как ее щеки стали пунцовыми от стыда. Он был прав, и она это знала. Ведь сначала ей было так же любопытно, как и всем остальным, и, черт побери, несколько минут она даже наслаждалась тем, что смеются не над ней, а над кем-то другим. Но потом почувствовала тошноту в желудке и бросилась к двери.

Трейси не хотела, чтобы кто-то испытывал то же, что и она сама. Однако он был прав в том, что помощь пришла недостаточно быстро.

– Грэм, мне жаль, что…

Взмахом руки мужчина заставил ее замолчать.

– Теперь это ничего не значит. Тебе пора, Трейси.

И она поняла, что для нее пробил смертный час.