Бюро проверки - Александр Архангельский

— Муся, поднимайся, завтракать пойдём!

Она приоткрыла один глаз, скорчила недовольную рожицу и, ещё раз потянувшись, пропела:

— Не вставай, не утро, не доброе, воскресенье бывает так редко!

— Будем считать, что сегодня суббота.

— А она ещё реже!

— Тогда прикрой срамные части тела.

— Что это в них срамного? Ноговицын! Ты чего? Сиськи, что ли, никогда не видел? — она откинула простыню.

— Муся, что ты со мной делаешь, — сказал я и безвольно пересел на кровать.

— Нет-нет-нет, — решительно ответила она. — Я по утрам не люблю, и зубы ещё не почистила, во рту ночные кошки, и вообще, мне надо пописать! Ой, Ноговицын, мы с тобой испачкали простыню. Куда у вас бросают грязное бельё?

Не стесняясь своей наготы, Муся отправилась в ванную. Прокричала через всю квартиру:

— А какое полотенце?

— Свежее возьми, в шкафу. — Я ответил тихо, чтобы не тревожить маму, которая забаррикадировалась в спальне.

— Не слышу!

— В шкафу! — пришлось усилить голос.

— Лучше ты принеси.

Вернувшись к комнату, она велела отвернуться (зачем, если только что была голой?) и оделась. Застелила постель, попросила принести сырую тряпку и протёрла стулья и стол.

— Какая ты хозяйственная.

— Ничего я не хозяйственная. Не дождёшься! Ненавижу эти швабры-мабры.

— А зачем же тогда…

— А затем, что надо жить по-человечески. Мамочка тебя избаловала, а со мной всё будет по-другому. Ты, Ноговицын, морально готовься. Будешь ходить в магазин за продуктами, я своими золотыми ручками картошку отбирать не стану. И в готовке будешь помогать. И в стирке. Зато я обожаю гладить мужские рубашки, мне нравится запах, он такой горячий, чистый… Всегда будешь как с картинки.

«В Кабуле. Или Когалыме. А в Москве — если оттуда вернусь», — подумал я, а вслух сказал:

— Но это же несправедливо?

— Несправедливо — что?

— То, что я буду и работать. И бегать в магаз. А ты бездельничать и мной помыкать.

— И насчёт работы — тоже всё изменится. Окончится Олимпиада, и устроюсь.

— К папичке?

— К Евгении Максимовне. Шучу. Я же не ты, у меня профессия нормальная, бухгалтера́ везде нужны. А это что тут у тебя?

Я не успел её остановить — и она отворила алтарь. Вежливо сместила занавесочку, долго изучала и, ничего не говоря, закрыла дверцу.

Тогда я подошёл и, тоже молча, положил в карман янтарную запонку. Пока ещё не понимая, для чего.